1944. Предотвратить Ниш!

Как известно из истории, 7 ноября 1944 года произошёл один из самых трагических инцидентов с "дружественным огнём" в истории Второй Мировой войны, когда американская авиация нанесла удар по советской колонне 6-го Гвардейского стрелкового корпуса 47-й армии в Югославии. Тогда из-за тупорылых мудаков погибло 34 советских военнослужащих и ранено 39. Сожжено 20 автомашин с грузами.

Но что, если бы инцидента не случилось бы благодаря...инопланетному вмешательству? Этому и посвящён мой рассказ.

Звездный свет в системе Солнца всегда казался Руланду излишне желтым, почти болезненным по сравнению с мягким сиянием его родного Асгарда-2. Но за двести лет наблюдения этот свет стал для него привычным.

Руланд поправил манжету серебристого комбинезона. Высокий, под два метра ростом, с идеально правильными чертами лица и волосами цвета арктического снега, он выглядел бы для землян как ожившая статуя античного бога. Или, как теперь говорили в Европе, «истинный ариец» — ирония, которая вызывала у Руланда лишь горькую усмешку. Его раса, Норды, нашла эту планету в 1812 году. Тогда они видели дым горящей Москвы и слышали грохот пушек Бородино. За сто с лишним лет они изучили людей вдоль и поперек, признав их «перспективными, но опасно эмоциональными».

Главное правило было незыблемым: Смотри. Слушай. Не касайся.

7 ноября 1944 года. Окрестности города Ниш, Югославия.

Голографические экраны на борту невидимого для радаров разведывательного челнока «Эйр-1» мерцали красным. — Сектор 4-Б, — прозвучал спокойный голос бортового компьютера. — Группа из двадцати семи американских истребителей P-38 «Лайтнинг» заходит на боевой курс. Цель — колонна 6-го гвардейского стрелкового корпуса.

Руланд прищурился. Внизу, по пыльной дороге, растянулись грузовики и пехота Красной Армии. Солдаты махали руками самолетам, принимая их за своих. Они не знали, что американские пилоты совершили навигационную ошибку и приняли их за отступающие колонны немцев.

— До открытия огня сорок секунд, — сообщил компьютер. — Прогнозируемые потери: до 500 единиц живой силы, включая командный состав. Вероятность дипломатического скандала между союзниками — 89%.

Руланд почувствовал, как внутри него что-то надломилось. Двести лет он был тенью. Но смотреть, как одна группа «перспективных аборигенов» выкашивает другую из-за глупой ошибки, было выше его сил.

— Варианты противодействия? — сухо спросил он. — Вариант Альфа: Аннигиляция группы «Лайтнинг». Время выполнения — 4 секунды. Жертв среди пилотов США — 27. — Вариант Бета: Пси-резонанс. Прямое внедрение в кору головного мозга всех пилотов группы. Риск для психики субъектов — средний. Нарушение Директивы о невмешательстве — 100%.

Руланд посмотрел на экран, где в прицеле ведущего американского самолета уже отчетливо виднелись лица советских солдат. — Выбираю Бету. Синхронизация по моей частоте. Сейчас!

В кабине ведущего «Лайтнинга» лейтенант Теодор Эдвинсон уже положил палец на гашетку. Сердце колотилось. «Бей фрицев!» — пронеслось в голове.

И вдруг мир изменился.

Звук мотора не исчез, но стал каким-то ватным. Пространство кабины вдруг залил странный, невозможный фиолетовый свет, исходящий ниоткуда. Теодор почувствовал, как в его мозг, словно раскаленная игла, входит чужая, властная мысль. Это не был голос. Это был приказ, записанный прямо на подкорку, минуя слух.

«УХОДИ. ЭТО НЕ ВРАГ. ПОВОРОТ НА 180. ЗАБУДЬ ЦЕЛЬ».

Руки Теодора дернулись сами собой. Он с ужасом увидел, как его собственные ладони с силой рванули штурвал влево, хотя он сам хотел лететь прямо. Весь его отряд, словно связанные невидимыми нитями марионетки, одновременно выполнил безупречный, синхронный разворот.

Через минуту они уже летели в противоположную сторону. Наваждение спало так же внезапно, как и появилось.

Теодор тяжело дышал, его лоб покрылся крупными каплями пота. Он нажал кнопку рации: — Группа, это Ведущий… Кто-нибудь… кто-нибудь понимает, что сейчас произошло?

В ответ тишина. Лишь через несколько секунд раздался дрожащий голос ведомого: — Тед… я не мог управлять самолетом. Он сам… Кто-то заставил меня повернуть.

Эдвинсон посмотрел вниз. Там, на дороге, крошечные фигурки советских солдат продолжали свой путь. Они были живы. Но Теодора трясло не от облегчения. Он чувствовал присутствие чего-то огромного, холодного и совершенно нечеловеческого. Кто-то только что сыграл ими, как оловянными солдатиками.

На борту «Эйр-1» Руланд медленно опустился в кресло. Его лицо было бледным. — Цель спасена, — констатировал компьютер. — Зафиксирован мощный всплеск адреналина у объекта Теодор Эдвинсон. Вероятность того, что он сохранит осознанное воспоминание о вмешательстве — 94%.

Руланд закрыл глаза. — Я знаю. Теперь мы больше не наблюдатели. Мы стали участниками их войны.

Он понимал, что завтра его ждет трибунал сородичей. Но, глядя на уходящие вдаль американские самолеты, Норд впервые за сто лет почувствовал, что поступил правильно.