Рассекая тьму #27 (То, что остаётся-2)
Автор: Эрри ТошК вечеру второго дня новый контакт вошёл в паз, управляющая решётка отвечала без задержки, а накопитель удерживал заряд дольше часа.
— Сначала вспомогательное питание, — произнёс Сэл. — Затем ограничение поля на одну двадцатую. После первого устойчивого контура — выравнивание фаз.
Шима включил питание.
— Код допуска?
— Девять, три, один, семь.
Система отвергла комбинацию.
Зир нахмурился.
В мастерской стало тихо. Старик перевёл взгляд на вырезанную возле царапины маленькую Звезду.
— Госпожа Огма меняла код, — сказал он медленно. — После рождения господина Гису.
— Какой поставила? — спросил Шима.
— Я должен помнить.
Сэл хотел предложить обойти защиту, но Азке заговорила первой:
— Почему должны?
Зир посмотрел на неё.
— Я присутствовал при настройке.
— Это было много лет назад, Зир.
Шима приблизился к панели. Возле клавиш остались едва заметные потёртости: чаще других нажимали первую, шестую, восьмую и девятую. Он попробовал две последовательности, получил предупреждение о последней попытке и остановился.
— Что было после рождения папы? — спросил он.
— Госпожа Огма приказала заменить окна в детской, купила три системы очистки воздуха и запретила всем носить одежду с жёсткими застёжками.
— А потом?
Зир закрыл глаза. Несколько мгновений на его лице не было ни дворецкой невозмутимости, ни раздражения старика, которого застали за слабостью, — только усталость человека, слишком долго хранившего чужую жизнь в подробностях и впервые обнаружившего, что некоторые детали начали ускользать.
— День, когда господин Гису впервые привёл господина Касу в дом, — произнёс он наконец.
Он назвал четыре знака. Шима ввёл код. Панель вспыхнула голубым.
Несколько секунд царила тишина. Над старым столом Огмы висело ровное голубое кольцо, достаточно плотное, чтобы удерживать лёгкий предмет. Шима осторожно поставил внутрь починенный планёр и включил двигатель. Модель поднялась, прошла по кругу, достигла прежней мёртвой точки и впервые повернула вправо.
— Получилось, — выдохнул он.
Планёр сделал ещё один круг. Шима засмеялся — открыто, громко, не оглядываясь, позволено ли ему занимать столько места своим голосом.
Зир стоял возле панели и смотрел не на восстановленную машину, а на ребёнка.
— Папе покажу, — сказал Шима. — И Касу. Не буду отправлять запись.
— Почему? — спросил Сэл.
— Хочу увидеть, как они смотрят.