Субботний отрывок

Присоединяюсь к флэшмобу от Марики Вайд  https://author.today/post/931241 

А возьму я этот отрывок из новой главы "Градусы невозврата" (третья книга из серии "Опережая время") - она называется " Между землёй и небом ".  Предательски убит Семён Малахов, ранен старший сыскной агент Клим Каретников, за всё это Сушко винит самого себя:

  Лицо Сушко побледнело и пошло красными пятнами, левая щека зашлась в судорожном тике. И он рукой сжал предательски дёргающуюся плоть, стараясь унять её безудержную дрожь. 

 - Я виноват! Я мог спасти Семёна Малахова ещё вчера… Мог, но отложил предупреждение на сегодня,  проспал смерть своего сослуживца, спасшего мне жизнь при ликвидации банды налётчиков три года назад… Супруга  умоляла Семёна уйти  из Сыскной – от пуль и ножей преступников, от смерти, грозящей из-за угла, ради новорождённых детей, ради семьи, ради жизни… А я отговорил Малахова уходить из сыскных. Я сам послал его на гибель! – Сушко говорил тихо, но его совесть и душа кричали, а слова покаяния застревали в горле – тяжело судить самого себя. 

   В ответ на этот эмоциональный монолог Леонид Алексеевич стремительно шагнул к сыщику, уверенно положил тому руку на плечо и заставил сесть на стул, а потом в самое ухо Сушко начальственно-отрезвляющим тоном произнёс:

 - Рассказывайте всё! Рассказывайте без утайки. Ну же, Лавр Феликсович, хватит изводить себя  самобичеванием.  Подобное поведение Шереметевского мгновенно вывело Сушко из замешательства. И сыщик подробно рассказал о своей тайне, интересе военной разведки и жандармов к делу «Чёрных королей» и обстоятельствах смерти Викентия Румянцева, а закончил свою длинную речь информацией о Лисе, его преступной связи с революционерами-террористами, упомянул и о вчерашнем предупреждении полковника Аксёнова. 

 - Малахов и Каретников пострадали по наводке Лиса, они знают его в лицо. Террористы или хотя бы один из них – главарь Сергей Бабушкин, он же Останин и Колосков, который в розыске за участие в событиях 1881 года, контактируют с Офицером, но не знают, что он ещё и Лис, - закончил мысль Сушко Шереметевский, а потом добавил. – И кажется мне, что задержанный Каретниковым бомбист слишком легко сдал нам свою боевую группу. Потому что она не станет сдаваться при задержании. И опять не будет свидетелей, подтверждающих связь Лиса с антиправительственной экстремистской организацией.

 - В отличии от военных и жандармов нам нужен и Лис, и Офицер, - вставая со стула, заговорил Сушко. – Клим Каретников ранен, потому группу задержания поведу я сам.

 - Решение ваше похвально и своевременно, но террористы нам нужны живыми. Целыми или битыми-помятыми – тут как получится, но способными давать показания, - продолжил свои наставления Леонид Алексеевич, а потом задал вопрос, который его интересовал не меньше прочих. – Почему же вы, Лавр Феликсович, не рассказали мне о том, что у вас есть прямые доказательства вины Лиса, о том, что привлекли к делу не только гражданских, но и военных. 

 - Я никому не верил, никому не мог довериться, ради безопасности Вяземского и Лодочкина. Сами помните, что Вощинин по этому поводу даже выслушать меня отказался. Военная разведка вышла на меня сама – для них Лис военный преступник, клятвоотступник и  предатель. Вчера вечером полковник Аксёнов потребовал ничего далее от вас не скрывать, а просить помощи и содействия. Но я опоздал, выстрелы уже прозвучали. Семён Малахов погиб… - оправдываясь, заявил Сушко