Отрывок из проды Герой Кандагара 3

Проехав по аллее, повернул у ворот стадиона и поехал за него. Оттуда доносился смех и громкий разговор парней, даже немного нервный. И чуть не схватился за голову, когда увидел всё.

За стадионом, под высоким забором из шлакоблока, пристроено что-то вроде маленькой сцены из бетона. Вернее, площадка. Для чего она, непонятно. И вот возле этой площадки скопилось пацанов человек тридцать наших. Кто в джинсах с кроссовками, кто в брюках с туфлями. Толпа разномастная, рубашки, футболки, кто во что горазд. Стояли кучками, переговаривались. Некоторые щёлкали семечки и жевали жвачки. Импортные не достанешь, поэтому в ходу были мятные, которые делали на местной макаронной фабрике.

А у блоков, где сидел с детдомовцами в стороне, другая компания, поменьше. Артапедовская. Человек пятнадцать-двадцать. И они с центра, дальний от нас район. Они напряжены сильнее чем наши. Всё больше молчали или переговаривались тихо. Одеты примерно так же. Артапед в кроссовках, синих спортивных штанах с тремя полосками и в спортивной чёрной футболке-майке с голыми плечами. 

Сенсей стоял чуть в стороне от наших и болтал с каким-то мужичком лет тридцати. Одеты оба нормально, в брюках и туфлях, однотонных светлых рубахах с закатанными рукавами. По сравнению с жилистым Витей, его друг более плотный, мощный. Короткая стрижка светлых волос ёжиком, лицо волевое. 

Увидев меня, толпа Артапеда оживилась, Он сразу выступил вперёд и замер. Смотрел, как я еду, взглядом хищника. Представляю, что он сейчас чувствует… Готов меня зубами грызть. А во мне уже закипала злость, даже крепко сжал ручки руля.

Кивнув сенсею и его собеседнику, подъехал к браться Буграм и Шорику. Они вальяжно сидели на этой бетонной площадке.

Солнце уже скрывалось за деревьями, которые отбрасывали непомерно длинные тени на асфальт и стену стадиона. В парке играла негромко музыка, а здесь сейчас стало тихо. Все взгляды были прикованы ко мне.

— Здорово! — лихо затормозив, поднял в приветствии руку. 

— Где шляешься? — недовольно спросил старший Бугор, сплюнув под ноги шелуху из-под семечек. По сравнению с младшим братом выглядит слабовато. Но тоже крут, говорит, что скоро кэмээса по боксу возьмёт. Перебитый когда-то нос делал лицо недобрым, тем более он сейчас был напряжён, как и многие. Потом добавил недовольно: — Нам тут краснеть за тебя, что ли?

— Иду, иду… — прислонив велик к стене, я пошёл к Артапеду.

Он тоже двинулся вперёд. Обе толпы оживились. Мы встретимся на асфальте, это плохо.

— Пошли на траву! — я нарочито небрежно указал пальцем под деревья.

Небрежно махнув туда же, Артапед свернул. Шёл он впереди, поэтому, остановившись под деревьями, развернулся.

А толпы двинулись к нам. Но мирно, спокойно. Драка толпой тут пока не планировалась. Но могло быть что угодно. Самый острый момент — окончание драки. Кому-то что-то может сильно не понравиться, и пойдёт замес.

— Кто за тобой стоит? — остановившись, вдруг спросил Артапед. Зло, требовательно. Сжал и разжал кулаки-колотушки. Но почему-то его напористость угасла. Раньше он был намного агрессивнее.

Я ошарашен таким неожиданным вопросом, но решил вести себя непринуждённо. Театрально повернулся, заглянул за спину и развёл руками:

— Где? Никого нету!

— Я серьёзно говорю… Кто за тобой стоит, что даже Драм с Марком пришли. Твои моему бате сегодня голову проломили?

— Да нужен мне твой батя! — говорил так, будто весь расслаблен, но сам уже был на полном взводе. Мне казалось, что подошвы кроссовок грузнут в землю вместе с травой. — Ты сюда пришёл драться или сопли растирать? 

Толпа подтянулась, создав большое кольцо. 

— Ну… — Артапед самоуверенно и зловеще улыбнулся. —Тогда держи голову на шее крепче!

Он уверенно двинулся вперёд, поднимая руки в стойку. Весом не меньше меня будет, ох сейчас и начнётся! 

Я встал в тэобразную стойку и прорубил несколько раз воздух ладонями с растопыренными пальцами издав клич каратиста жалобно и тихо:

— Кийяяя!

В толпе кто-то хохотнул. 

Сблизиться я ему не дал. Как только он собирался ударить, качнув маятник, резко с разворота всадил ему в низ живота ногой уширо гери. И попал!

Но это остановило его лишь на мгновение. Артапед бросился вперёд с яростью. Я опять уже в своей стойке, просел на задней ноге и отклонил корпус назад. 

Артапед рванул на сближение дерзко, и резко выставив подальше в сторону левую ногу, ловко ушёл в сторону. А я только чуть повернул корпус, показав, что буду бить ногой. Сам же пригнувшись в движении, резко бросился ему в ноги. 

Почувствовав тяжёлый удар в голову, врезался в его живот плечом, и попытался схватить ноги, но схватил только одну. На боль не обращал внимания. Двумя руками вцепился в его ногу как клещ.

Вокруг раздавались крики поддержки, каждая толпа кричала своему.

— Артапед! Гаси его!

— Новик! Бееей!

А дальше пошла вакханалия. Он пытался бить по голове и бокам, из неудобных положений, но недолго. Я толкал его. Артапед пытался удержаться, отпрыгивая на свободной ноге. Но он не кузнечик. 

Бровь полыхнула болью и с криком я его толкнул сильнее. Артапед стал заваливаться на спину, но ловко извернулся, чтобы опереться на руки. Это не совсем удалось, и он упал почти лицом в траву. Я всем весом грохнулся сверху. Он извивался как уж, и оказался довольно сильным. Как-то выкрутился на бок, пытался опять бить, но я сверху, и притяжение Земли работает сейчас в мою пользу. 

Левый глаз у меня уже залит кровью. После недолгих терзаний Артапед оказался на спине, а я прижал к траве двумя коленями его левую руку, своими руками жёстко отжал к траве и правую. Так сказать, распял его. Он пытался бить меня коленями, но эффекта было мало. 

Вот тут я и начал крошить ему лицо локтем.

— Ах ты сука! — завопил он.

— Сука… лежит внизу! 

Каким-то чудом он резко рванул правую руку, моя не удержала. И он коротко, но хлёстко ударил в голову. Я услышал, как клацнули зубы и разбилась нижняя губа. У него из носа бежала кровь, размазалась по всему лицу.

Опять двумя руками отжав его руку, ударил ещё раз и тут меня резко схватили за ударную руку. 

— Всё! Харош! — рявкнул Младший Бугор, склонившись над нами. — Всё уже ясно! Новик победил!

Хотелось вырвать руку и добавить ещё, но я услышал возмущённый возглас: 

— Нафига локтем по лицу бить! 

— А коленями можно, да? — зло ответил младший Бугор, глядя с вызовом на плотного недовольного паренька из Артапедовской толпы, которого я впервые видел. — Главное — победил! А как, это уже не важно! По яйцам не бил!

Я поднимался и внимательно наблюдал за поднимающимся Артапедом, не продолжит ли он драку. Но он был настолько потрясён и окровавлен, что больше моей крови не хотел. 

— Пошли! — Бугор потянул меня в сторону.

Вся наша толпа двинула обратно к бетонной площадке у стены стадиона. 

Я начал приходить в себя, вытер кулаком глаз. Мир будто поделился пополам — с левой стороны всё было завуалировано красной пеленой. И стала приходить сильнее боль. И ещё ныли рёбра с правой стороны.

Наши были довольны, даже посыпались шутки. 

— Киййя! — Петруха с микрорайона на ходу передразнил моё кривляние, став в ту же стойку и рубя воздух растопыренными пальцами.

Все дружно засмеялись.

— Молоток! — хлопнул меня сбоку по плечу сенсей. Улыбнулся. Развернулся и пошёл с другом к Дворцу спорта.

— Ха! — театрально выдал Шорик. — Знаете, что Артапед говорил? Я этому пацану башню отобью, а потом пойду на танцы! Ха, ха!

— Не, сегодня ему точно не до танцев будет! — улыбаясь, выдал Бугор. - А у тебя нижняя губа насквозь пробита! 

— Заживёт... Ладно! — я ещё раз вытер глаз и посмотрел в сторону, куда ушёл Артапед со своими. Они уже удалялись по тропинке в сторону танцевального пятака.

— Надеюсь, на этом влияние твоей улыбки закончится! — я двинулся к стене, где припарковал велик. — Бывайте, пацаны. Поеду домой ремонтироваться!