Котиков флешмоб

В память о моей Хельме. Вчера моя трехцветная королева покинула меня по старости. 17,5 лет вместе. 

А в этом году мы ее немножечко увековечили в "Волках глубокого космоса" вот в таком вот лице: 

— Отставить научную свару! — гаркает Варг, треснув кулачищем по столу. — После ужина хоть поубивайте друг друга, а сейчас дайте пожрать спокойно!

В другом кулаке кэп сжимает румяную куриную ножку и раздраженно взмахивает ею, как волшебной палочкой, подкрепив заклинание парой смачных гирганейских зирков. Увы, они на сегодня не последние… Потому что донести курицу до своих гневливых уст кэп не успевает. На законное капитанское довольствие вдруг непонятно откуда стремительно пикирует знакомый мне мохнатый комок, хватает его всеми четырьмя лапешками, успешно вырывает, камнем шваркается на стол, машет короткими крыльями в попытке взлететь… безуспешно — перегруз. Издав негодующий мяв, скачет, дробно стрекоча когтищами по столешнице, неэлегантно кувыркается с краю и скрывается с добычей под столом.

— Это что еще за, зиркову мать, такое?! — изумляется кэп, проводив похитителя взглядом, и наклоняется, дабы оценить, далеко ли тот уковылял с его жареной курочкой? Мои лапы при этом поджимаются совершенно инстинктивно. А изображать изумление на фейсе мне и не надо: я, как и Варг, тоже в афиге.

— Пищага! — взвизгивает кто-то тоненьким голосом.

— Сам ты пищага, — насмешливо возражает Цилли, которая по трюмам «Дерзающего» этого добра насмотрелась.

— Упс… — тихонько роняет Соколова ложку в солянку. Будет нам теперь и «упс» и по стопийсят вахт до самого конца полета! И затрещины тоже будут. Ну, Ярка… Ну, нянька фигова!

Прилитие крови к голове неизменно стимулирует мозговую деятельность — по себе знаю, вот и когда Вегус выпрямляется, на свирепой его морде сияет простая, как гвоздик из клозета гауптвахты, отгадка.

— Та-а-ак, — страшно довольным тоном тянет он, пока пушистая жопа где-то там с урчанием вгрызается в добычу. — ЭТО, по-вашему, тоже почетный академик, а?

Ледышки его, которыми он вперивается сначала в Ярку, а потом и в меня, так и искрятся ликованием и прочим всяким таким… нехорошим. Потенциальными звездюлями, например. Ответа требуют.

— Да Нетка ж его знает, кто это? Кто-то голодный. Берите мою, я все равно курицу не люблю! — находится мать всех беспризорных пушистых говнюков Славии и Адоры, подскакивая с места и всовывая Варгу в ручищу куриную запчасть с собственной тарелки. Почетные академики забывают о жаркой дискуссии и, замерев, удивленно таращатся на эту сцену. Потом принимаются под стол заглядывать в попытках идентифицировать похитителя. А Соколова с ее обширным тактическим опытом тем временем старается занять позицию между буравящими ее айсбергами и источником энергичного чавканья. Дабы заслонить крепким славийским организмом лохматую шельму от тяжелой капитанской лапы. Тщетная затея, конечно. Крепок организм, да мелок. Двинет кэп — и полетит кубарем до самого шлюза, наматывая по пути на себя еще одну бедоносицу. Так клубочком в вакуум и выкатятся.

Тяжко вздохнув, поднимаюсь и вызываю огонь на себя. Жаль, принцесса моей мечты столовую не посещает — адорианцы, похоже, уже одной чистой энергией питаются. В ее присутствии градус моей храбрости так и рвется потолок просандалить.

— Никак нет, не академик, сэр! Обычная зверюшка — совиса из системы Двойной Бэнг. Вроде наших земных котиков. Маленькая еще, поэтому хулиганистая, — рапортую я.

— Маленькая — да удаленькая, — хмыкает Варг. — В тапки надула — что твой коборук!

Запускает руку под стол и вытаскивает оттуда нарушительницу корабельной дисциплины за шкирку. Та, вцепившись всеми конечностями в обглоданную косточку, только подвывает гневно, продолжая обтачивать остатки мясца.

— Ути, прелесть какая, — внезапно умиляется суровая Цилли. А академик Фост аж уши прижимает, припомнив, по ходу, как сам не так давно болтался таким вот манером в беспощадной капитанской клешне.

— У нее, небось, паразитов полно, — кривится Ак-Ябалак. Сам ты паразит!

Припомнив Таисьины коронные приемчики, Ярка немедля заламывает руки:

— Только не убивайте ее, дорогой капитан Вегус! Она не специально! Дитя ведь неразумное!

Одну руку. Второй она аккуратненько пытается изъять меховушку у Варга.

— Эт-то что еще за представление?! Младлей ты, портянку те в сопло, или старая кошелка, что взрывными семечками на базаре торгует? — удивляется ее дедуля и нехорошо так ногой по полу постукивает. Хорошо, сидит далековато, будет ей фора. А может, и мне. За компанию.

— Никого капитан убивать не станет, я не позволю! — сердито пыхтя, подскакивает с места Ксенакис и вклинивается между потенциальным душегубом и своей зазнобушкой. И тут остальной экипаж отмирает, и поднимается несусветный галдеж: один умиляется мелкой засранке, другой требует убрать животное из пищеблока, третий добавки под шумок просит — больно вкусная соляночка.

— Тихо! — снова гаркает кэп и спрашивает нас с Яркой: — Звать как?

Мы с подельницей переглядываемся, не понимая, куда это он клонит, и выпаливаем практически хором:

— Шельма!

Может, он, согласно варганским обычаям, имена всех им убиенных коллекционирует — на память, если таковые имеются, конечно? Я уже весь напрягся, подобрался, готовый к прыжку, чтобы повиснуть на капитане, как соплюк на Гугуне, и помешать ему вышвырнуть ее в вакуум, однако ж Одноглазый Дьявол что-то с этим не торопится.

— Шельма, значит? Заметно, — снова усмехается он, разглядывая пушистую засранку. Потом протягивает ей Яркино подношение:

— Кс-кс. Еще хочешь?

Обглоданная косточка со стуком падает на стол, и совиса с удовольствием принимается уписывать вторую куролапу. Куда только лезет?! Она, пожалуй, поэластичнее меня будет. Варг усаживает ее к себе на колени и велит экипажу возвращаться к приему пищи.

— Вы, двое юных природофилов — после ужина ко мне. Я вам чего-нибудь позатейливее в награду придумаю. Смотрю, наряды с вахтами вам, как джокорду — вакуумный толчок, — добавляет он для нас с Соколовой. Да что с ним такое, черная дыра раздери?! Тлетворное… ой, позитивное влияние нянюшки? Коварный тактический ход? Напрягает куда больше старого доброго «поорали-затрещин раздали-забыли».

А вы несите мне своих котиков. Приложу к разбитому