Завершаю "Системного кота"

Подходит к концу выкладка "Системного кота". Дописываю последние главы. Смешные рассуждения кота в моём блоге были именно из этого романа.

Несмотря на цифры в тексте, роман получился очень эмоциональным. Я даже пожалел, что писал про котов в постапе, а не про студентов в СССР. Впрочем, следующий цикл у меня будет именно про них. Его я назвал "Резонанс".

Они вышли из тумана, когда я сбился со счёта.

Сначала проступила тень. Потом стало понятно, что идущих двое. Чёрный шёл вплотную к Белоухой, бок о бок, и толкал её плечом. Шаг. Ещё шаг. Она упиралась, сворачивала, крутилась на месте. Он снова толкал. Без злости. Терпеливо, как толкают испуганного котёнка.

Густой туман лежал на них, как вата. 

У самой линии Белоухая снова застыла.

Я свесился с подоконника наружу, наполовину в белое. Вцепился зубами Белоухой в загривок и рванул на себя. С другой стороны её схватила Мурка. Вдвоём мы втащили её вовнутрь и уронили на пол.

Чёрный перелез последним и лёг на гладкий пол.

Туман таял на нём, как иней. И вместе с туманом таяли шрамы. Рубец на плече, оставшийся от поединка у ретранслятора, разглаживался на глазах. Исчезли царапины от Белоухой на морде.

— Чёрный, — позвал я.

Он поднял голову. Посмотрел на меня. Узнал: не зашипел, не отвернулся.

И ничего не ответил.

— Чёрный!

Тишина. Не та гордая тишина, какой он отвечал всем, кто ему не нравился. Другая, пустая. 

Я помнил наш первый разговор в бетонном убежище. Лапу размером с мою голову у меня на горле. «Ты кот, который приручил людей? Или кот, которого приручили?» Я помнил его «Дурак ты, домашний! Но дурак упрямый».

Он больше никогда не скажет «домашний».

Он говорил, что моя стая станет моей смертью. Что он выжил, потому что ему некого терять. Он был прав. Пока ему некого было терять, ему незачем было вылезать из-под земли. Туман бы его там не достал.

А сегодня ему было кого терять. И он пошёл.

Когда-то давно человеческая рука опустила в бочку с дождевой водой мешок, в котором пищали его котята. Тогда он кричал и царапался — и ничего не смог сделать.

Этой ночью он смог.

Чёрный поднялся. Обнюхал Белоухую. Она обнюхала его. Потом оба пошли в кладовку, к котятам.

Теперь их было двое, бессловесных. Отец и мать. И, похоже, они понимали друг друга лучше, чем кто-либо из нас.

Классовое действие: носители и потомство выведены из зоны перестройки. Учтён вклад класса «Вожак»: план, распределение задач. Опыт класса: +400. Текущий опыт: 985/1500.

Опыт.

Мне начислили опыт.

Я смотрел на строку и впервые в жизни не радовался цифрам.

https://author.today/reader/626188/5984473