Эльфы на лапках разносят заразу…

…или «желтый Джек» против клопов Шермана!

«– Изолировать и выжечь очаг эпидемии, – Ларош оглянулся на окно, уже покрывшееся пепельным налетом, – обычная практика в таких случаях. «Чумные доктора» действуют в соответствии с инструкциями.

– Еще несколько веков назад ваши доктора заливали кипящее масло в раны! – напомнил Маэлир. – Пора бы уже понять, не все на свете болезни лечатся прижиганием.  Как там говорил утром наш бородатый друг? «Эльфы на лапках разносят заразу»?»(с) Кувшин проклятых даров

Те, кто читают книгу в процессе написания, в курсе, что персонажи оказались в эпицентре войны – дым, огонь, кругом солдаты, горы трупов и все, как положено. Ну а пока они будут как-то выпутываться, давайте посмотрим, что там было в реальной девятнахе.

Гражданская война США – достаточно уникальное по многим параметрам явление. Как писал один историк: «начали её с гладкоствольными мушкетами в наполеоновских колоннах, а закончили сидя в окопах, с многозарядными винтовками и пулеметами». Сюда же первый в истории бой броненосных кораблей, первые пушки на железнодорожной тяге (бронепоездами их можно назвать довольно условно), первый корабль, ставший жертвой вражеской подводной лодки, ну и так далее.

Что мало кто знает – гражданка в США имела (а может и стала, а может и ворона) шансы стать первым конфликтом, в ходе которого масштабно применялось биологическое оружие.

До девянахи биологическая война велась достаточно примитивно и по большей части сводилась к «давайте кинем в них грязью трупами, авось тоже заболеют. Особняком стоит разве что миф про зараженные оспой одеяла, про который я уже как-то писал.

Однако к середине девятнахи наука биология уже малость продвинулась. 

Например, главный защитник южных рабовладельцев, если кто не в курсе, выглядел примерно так:

Комар жёлтолихорадочный, или кусака жёлтолихорадочный (лат. Aedes aegypti). Настоящий южный джентльмен, природный кровопиец. Является переносчиком желтой лихорадки, «Желтого Джека». (А также лихорадки денге, чикунгуньи, вируса Зика, и некоторых других болячек)

«Течение заболевания варьируется по тяжести от умеренного лихорадочного состояния до тяжёлого гепатита с геморрагической лихорадкой. Тяжёлое течение характеризуется внезапным началом, сопровождающимся лихорадкой до 39-41 °С, ознобом, сильной головной болью, болью в мышцах спины и конечностей, тошнотой, рвотой. При молниеносно протекающем развитии болезни больной умирает через 3-4 дня.

Летальность заболевания составляет от 5-10 % до 15-20 %, а во время эпидемических вспышек - до 50-60 %. Специфических препаратов для лечения жёлтой лихорадки не существует.»

 Фишка в том, что переболевшие (и выжившие) получают пожизненный иммунитет, поэтому на Юге желтая лихорадка также считалась «болезнью чужаков» и «жемчуны» не без оснований рассчитывали – любая армия, которая до зимы попробует вторгнуться на Юг, пропадет еще покруче, чем Наполеон зимой в России. Стоит отметить, что генералы северян (например, командующий армией США Уинфилд Скотт) это мнение разделяли, причем не без оснований. В 1862 году армия Макклеллана, пытаясь взять Ричмонд, влезла в болотистую местность, по поводу чего командующий южанами Джонсон высказался в стиле «ну, они у меня теперь лягушками станут».  Образовавшееся после дождей болото вокруг небольшой, в общем-то, речушки Чикахомини обошлось янки примерно как большое неудачное сражение – по оценке армейского главврача, единовременно болели примерно 20% личного состава, порядка 20 тыс. Если янки не помирал от малярии, в очереди за его душой стояли брюшной тиф, дизентерия и так далее – в июле 1862 на 106 тыс бойцов армии Потомака было зафиксировано более 40 000 случаев заболеваний, почти половина из них -- диарея и дизентерия. Стоит отметить, что комары, разумеется, плохо понимали важность дела Юга и грызли всех подряд, но позиция южан была лучше, а заболевших можно было эвакуировать в Ричмонд. Всего за апрель-август 1862 года медицинская статистика янки фиксировала примерно 124 тыс случаев заболеваний. В итоге Peninsula campaign «кампания на полуострове» закончилась отступлением северян и затягиванием войны еще на три года.

А вот с Новым Орлеаном южанам повезло меньше. Город в то время заслуженно считался «одним из самых нездоровых мест для жизни в стране» -- счет жертвам сезонных эпидемий шел на тысячи, а «исторический расчёт показывает, что из примерно 60 000 немцев, прибывших в Новый Орлеан в 1848–1858 годах и оставшихся там, около половины умерли от жёлтой лихорадки и холеры».

В общем, когда янки заняли эту выгребную яму, ой, простите, жемчужину Юга, командующий конфедератами действительно мог рассчитывать, что надо просто чуть-чуть подождать и он этих северян возьмет тепленькими – точнее, горяченькими, учитывая симптомы. Но тут случился облом.

Руководивший оккупацией Нового Орлеана генерал-майор Бенджамин «ОнВамНедимон» Батлер помимо падкости на всякие прикольные новые гаджеты типа айфонов пулеметов отличался еще и передовыми идеями по части мотивации подчиненных. В частности, согласно одной легенде, врачей он мотивировал следующими словами: «Он собрал команду военных и местных врачей и дал одному из них следующие приказы: «пока вы не допускаете появления желтой лихорадки в Новом Орлеане, ваша зарплата составит тысячу долларов в месяц. Когда желтая лихорадка появится в этом городе, вы перестанете их получать». Некоторые источники уточняют, что штуку баксов генерал обещал не всем подряд, а конкретному врачу. Но что является «медицинским фактом» -- организованная замотивированными докторами карантинно-медицинская служба действительно прекратила эпидемии. «За весь 1862 год от желтой лихорадки умерло всего два человека. За всю войну во время оккупации Союза от желтой лихорадки умерло всего 11 человек.»

К 1864 году, осознав, что на сознательность комаров надежды мало, конфедераты попытались использовать биологическое оружие в наступательных целях. Организатором операции стал доктор из Кентукки Люк Блэкберн (в сторону – вообще доктора в то время отличались повышенной кровожадностью). Весной 1864 года, узнав о вспышке желтой лихорадки на Бермудах, Блэкберн отправился туда – но не для помощи в лечении, а чтобы собрать побольше зараженной одежды у больных. Согласно показаниям одной из медсестричек, он «приказал ей накрывать больных и лихорадящих грудами одежды. После того как одежда пропитывалась потом и рвотой пациента, Блэкберн собирал зараженную одежду в чемодан».

Набрав несколько чемоданов с «биологическими бомбами» Блэкберн уехал в Канаду и там нанял некоего англичанина Годфри Хайамса, пообещав тому 60 тыс долларов за распространение зараженной одежды в городах северян через торговцев подержанной одеждой. Отдельный специальный «груз» с несколькими богато украшенными рубашками должен был быть доставлен в Белый дом, для президента Линкольна.

Хайамс вроде бы (по его словам) действительно разбросал по городам несколько сундуков, но не получив обещанных денег, обиделся и сдал план Блэкберна властям Союза. Впрочем, вернувшись в США в 1868 году, никакого наказания Блэкберн так и не понес, более того: «он занимал пост губернатора Кентукки с 1879 по 1883 год». 

«Есть мнение», что вся эта операция являлась не личной инициативой Блэкберна, а одобрялась и финансировалась властями Конфедерации до президента Джефферсона Дэвиса включительно. Но поскольку архивы Конфедерации были немножечко того «всей правды мы так и не узнаем».

В любом случае планам недоброго доктора не было суждено реализоваться вовсе не из-за недостатка финансирования или недобросовестности агента, а из-за банального недостатка научных знаний. Желтая лихорадка передается только через укусы комаров –  гипотеза об этом впервые была озвучена в 1881 году, а подтверждена лишь в 1900-м.

Ответный ход северян также «то ли был, то ли не был», но все южане (или не совсем все или это дворник был) хайли лайкли, что клопа-вредителя с характерной внешностью на Юг закинули шпионы-янки. Гадское насекомое получило прозвища «жук Шермана» в честь генерала Шермана или даже просто «линкольнит» в честь президента Линкольна и до конца войны исправно подрывало экономику Конфедерации, уничтожая капусту, фасоль, картофель, редис, репу, спаржу и даже фруктовые деревья. После войны капустный клоп-арлекин также продолжил свою вредоносную деятельность, но уже как обычный сельскохозяйственный вредитель.

Разумеется, никаких доказательств, что капустный клоп оказался на Юге по злому умыслу, а не попал туда естественным путем, никто никогда не приводил. Но кому и когда в таких вопросах требовались какие-то доказательства, когда и так все понятно, кто виноват?

«Эльфы на лапках разносят заразу,

Эльфа увидел - убей его сразу!»(с)Гномская народная мудрость.