Либо меч, либо физика...
Автор: Итта ЭлиманОн очнулся, когда Борей ткнул его в бок, указывая на трибуну. К этому времени Травинский уже исчез, а вместо него на ораторское место влетел маленький жилистый парнишка в кожаной одежде. Именно влетел, потому что буквально ничего не весил.
На вид он был очень юным, еще безусым, с черными волосами до плеч и узкими глазами, сверкающими как угольки. При этом на поясе у парнишки висел настоящий меч в ножнах, который он тут же извлек и отмахнул им в воздухе восьмерку. Лезвие сверкнуло отблесками факелов. Этот угрожающий жест мгновенно заставил толпу притихнуть и насторожиться.
— Тигиль Талески, — шепнул Чесу Борей, — непревзойденный мечник. Я летом ему по физике помогал. Помнишь?
— Помню. Выходит — либо меч, либо физика… Так, да?
Борей не успел ответить, потому что непревзойденный мечник, держа меч на вытянутой руке, проорал в толпу зло, напористо, фальцетом:
— Чего разорались? В театр пришли? Сплетни послушать? К ведьмам Травинского и к ведьмам Уздок! Вам говорят о важном! Заткнитесь и слушайте! А нет, тому лично проткну колено…
— А ты что же, — выкрикнул взрослый рыжий парень, — подружка Травинского? Защищаешь его?
— Идиот! — Тигиль раздраженно скривился. — Я защищаю тебя. И всех остальных. Я тренер.
— Ты? — загоготал рыжий.
Кто-то из его дружков подхватил, было, издевки, но крупный лысый парень, в котором Чес узнал главного соперника Борея по рукопашному бою Дамаса, дернул рыжего и что-то заговорил тому на ухо, указывая на Тигиля.
Однако возмущенные возгласы студентов уже вспыхнули. Мол, сами нас позвали, мол, такое себе, бояться щуплого пацаненка. Кто-то пискнул про манеры.
— Кто это сказал? — Тигиль резко повернул острие своего меча в сторону говорившего. — Ты?
Он спрыгнул с трибуны и широкими шагами направился к мальчишке, напомнившему о манерах. Несмотря на то, что Тигиль был маленьким, он выглядел настолько решительным и опасным с этим обнаженным мечом, что отступили даже старшаки.
— Первокурсник? Родители прислали тебя учиться, а может, чем черт не шутит, спастись от войны… Тебе привили хорошие манеры. И как они тебе помогут? Ка-а-ак? Если ты получишь карнаонским мечом по шее? Засунь свои манеры в задницу и сосредоточься на главном. Усек?
Испуганный мальчишка отрывисто кивнул, но Тигиль уже резко повернулся ко всем.
— Это война! — чуть не брызгая слюной, выкрикнул он. — Война! Вы же все, все пойдете на корм бешеным амазонкам. Несчастные вы идиоты! Ученые, в хрене моченые!
Он поперхнулся, откашлялся и пошел назад к трибунному камню.
Студенты примолкли. Было слышно как дождь лупит в стены замка.
Вернувшись на постамент, Тигиль оглядел притихшую, ожидающую новых неожиданностей толпу и уже куда спокойнее проговорил:
— Мне плевать, верите вы, что они придут, или нет. Я исхожу из того, что могут. Я знаю, что если сюда явятся женщины с ножиками, вы все сдохнете, не успев даже обосраться? Не верите? Да и не жалко вас! Те, кто видел врага, кто попал под первую раздачу, те сразу заткнулись и внимательно слушают, что я скажу. Потому что знают, что я прав…
— Он прав… — проговорил Чес.
— Знаю… — откликнулся Борей.
— Я не хотел в это вмешиваться, — продолжал Тигиль. В его голосе звучал металл и непоколебимая уверенность в собственных словах. — Меня попросили. И теперь я смотрю на вас и говорю: я в вас не верю. Не верю! Но если хоть один выживет благодаря моим тренировкам — что ж, уже результат. Сейчас от вашей храбрости или трусости итог один — корм червям. Я попробую вас научить брать меч с правильного конца. Хотя бы это. Но предупреждаю! Тех, кто запишется в мою команду, ждет ад. Поблажек не будет. Я буду жесток. Вы будете потеть, блевать и хотеть сдохнуть. И даже если кто выдержит ту школу, которую я прошел сам, нет гарантии, что он продержится в бою хотя бы минуту. Поэтому хорошенько подумайте, прежде, чем ставить свое имя в листе Тигиля Талески.
— Зачем он так?! — ужаснулся Борей. — К нему же никто не запишется…
— Как раз наоборот, — не согласился Чес. — Я бы записался.
Студенты молчали. Все до единого.
— Другое дело, — оглядев усмиренную толпу, кивнул Тигиль. — Итак. Те, у кого в штанах не гнилые груши, приходят на тренировку завтра в семь утра. Не опаздывать, отрабатывать занятие с начала до конца. Все! Мне больше нечего вам сказать. Слушайте Эмиля. Эмиль, теперь ты!
И он ловко спрыгнул с камня, держа бастард так, что всякому было ясно — на лету муху разрубит.
Реплик не последовало.
(Эпизод из свежей главы "Белая Гильдия 2")