Пишу и плАчу... от смеха =))

Машина остановилась возле большого двухэтажного особняка, как ни странно, белого цвета, окна в котором были наглухо закрыты шторами. Если где-то и горел свет, то этого было не видно. К черной деревянной двустворчатой двери вело невысокое широкое крыльцо с перилами, состоящее из трёх ступенек, а возле него стоял ящик для почты, такой же, как и возле других домов. Никаких горгулий, крестов, гробов и так далее. Ничего такого, чтоб можно было подумать, что здесь живет “древнее кровожадное зло”. Рудольф вышел и открыл дверь девушке.

- Никогда не водил домой женщин? - Она картинно отпрянула от Рудольфа и прикрыла рот рукой, распахнув в удивлении глаза. - Неужели водил… мужчин? То-то я думаю на меня никакой реакции не было, - она согласно закивала собственным мыслям, словно уже сделала какие-то выводы, явно не слишком лестные в отношении вампира.

- А с женщинами поосторожнее нужно. Сперва ты их приглашаешь в дом переночевать, спасая от беды, потом обнаруживаешь ее хозяйничающей на твоей кухне, потом зубная щетка в ванной, которая не твоя. Потом у тебя весь шкаф забит женскими вещами, и твоих остались пара полок. А потом ты уже отец десятка маленьких Рудольфиков, у тебя ипотека, десяток кредитов, свидетельство о браке и вообще теща приехала погостить… бессрочно, - говорила она с совершенно серьезным видом, но хитрые искорки в глазах выдавали ее с головой. - А так и не скажешь, что здесь живет вампир. А где же горгульи, големы-привратники? Хоть бы сухим плющом засадил периметр дома для большее зловещего антуража, - выдала она вердикт, осмотрев фасад здания, который и от других-то ничем особо и не отличалось.

Ведьма наклонилась к водителю и поблагодарила того за салфетки. На всякий случай даже сидение проверила, чтобы следов не оставить на нем.

- Но в целом… Я действительно думала, что живешь ты где-нибудь подальше от центра в районе дорогущих вилл. Или едва ли не под стенами Академии, судя по отношению жителей к твоей, несомненно, скромной, персоне.

- Кира! Ну конечно, я водил мужчин! Чтобы доесть их дома. А ты что там опять подумала? Не надо тут грязных инсинуаций, я нормальный. А на тебя реакции не было, потому что, может быть, у меня хорошая выдержка? По крайней мере, твоя кровь пахнет весьма привлекательно, - улыбнулся Рудольф, наклонившись поближе к ее лицу. - Все остальное звучит, надо сказать, немного тревожно, именно поэтому женщин и не водил, потому что зачем мне тут щетки и тещи? В этом доме одного кровожадного упыря достаточно.

- Но… А ты собралась похозяйничать на кухне? - уже почти серьезно спросил вампир. - Таки милости просим, это всегда интересно. Если будет желание - можем устроить кулинарный поединок. В целом… Если (и вдруг) ты решишь остаться - я возражать не стану. Фасад в твоем распоряжении, как и задний двор с прудом, деревьями и свободным пространством.

Рудольф пригласил Киру на крыльцо, а сам нырнул в карман в поисках ключей. Потом остановился и задумался:

- Ты знаешь, мне кажется, на заднем дворе будет достаточно места для твоей Избушки. Да и ко мне вопросов не будет, захотел - сделал пристрой.

Он открыл дверь и пригласил девушку внутрь. В прихожей горел свет, как будто их ждали, и которого снаружи действительно видно не было.

- И да, - констатировал факт вампир. - Мы не в центре. Мы просто быстро доехали, спасибо Максу.

- Тещи и щетки крайне полезные в хозяйстве зверьки. Ими можно клыки полировать, - мило улыбнулась она, пропуская мимо ушей слова про запах крови. А вот дальше… Кира откровенно расхохоталась, при чем так, что аж снова слезы из глаз потекли.

- Кулинарный поединок? Со мной? Мессир Берг, у Вас нет ни малейшего шанса выжить после моей стряпни. Так что, нет. Готовить что-то я не собираюсь. И не соберусь, пока не решу кого-нибудь убить с особой жестокостью. Вот высплюсь, решим вопрос с моей Избушкой, так что, надеюсь, долго погостить не выйдет. По крайней мере, в мои планы это никак не входит. Как и облагораживать чужой дом, который вполне устраивает его хозяина.

- Кира, это звучит, как вызов, - ответил Руди, снимая обувь и приглашая девушку на кухню. - Проходи, располагайся.

На столе стояли две тарелки с яичницей с беконом, тостами с маслом и травами, два стакана молочного коктейля с шапочкой из взбитых сливок и разноцветной крошкой и несколько соусниц с соусами разных цветов. Рудольф напрямую отправился к кухонному столу и полез в верхние шкафчики, которые открылись после его прикосновения.

- После заявленного я просто обязан попробовать твою стряпню, вдруг тебе удастся то, что не удавалось никому? За то, что я принесу тебе твоего обидчика на блюдечке с голубой каемочкой - с тебя твое фирменное блюдо. Ибо нечего было рекламировать свои таланты, - он улыбнулся и повернулся к ней лицом, держа в руках тряпичный мешочек, по виду древний, как он сам.

Рудольф так же достал глиняный чайничек, который выглядел тоже не молодо, развязал мешочек, из которого хорошо так пахнуло травами, высыпал немного в чайник и залил водой.

- Угощайся, - пододвинул он к девушке тарелку. - Чай придется минут десять подождать. Гостить ты можешь столько, сколько тебе нужно, места в доме достаточно, хватит и на отдельную комнату, и на лабораторию. Тем более, что мне свои эксперименты теперь есть куда переместить, так что, по сути, половина дома освободится.

- Звучит как весьма изощренная попытка суицида с особой жестокостью, - с недоверием посмотрела она на Рудольфа, пытаясь понять серьезно он или нет. - Кроме шуток, я серьезно. Зелья, отвары, мази, притирки — это пожалуйста. Как только дело касается приготовления чего-то съестного - я полный ноль. И, признаться, действительно иногда возникает ощущение, что оно ядовитое или, как минимум, токсичное, - на всякий случай решила уточнить она, но вот от яичницы отказываться не собиралась. Запах еды заставил проснуться синего кита у нее в животе. Так что, в считанные мгновения еда буквально испарилась с тарелки, будто Кира неделю ничего не ела. Но это был побочный эффект от работы с рунами. После них Кире всегда хотелось есть, даже после простых раскладов, а уж после прямого применения - вообще катастрофа.

- Так и есть. Я ж говорю - вдруг тебе удастся? Главное, чтоб твое блюдо не пыталось меня уговорить его не есть, хотя и это меня не остановит. Тем более, это меня не остановит.

После того, как опустошил тарелку, Рудольф достал кружки, поставил перед ними и налил чай из чайничка. Пах он травами, ягодами и чем-то еще, едва уловимым. Он протянул Кире кружку:

- Не знаю, знаешь ты или нет, но одно время директором Академии был полурослик, мой тезка - Рудольф. Готовил замечательные чаи. Они славились не только на весь город, но и на всю страну. И, говорят, даже сыграли серьезную роль в спасении Залесья и целого континента. Именно он открыл факультет травологии в Академии, до него к этой науке не относились, как к науке. Опираясь именно на его знания и опыт, написали учебники, по которым и сейчас учатся травники, однако, само собой, все еще никто его не смог не то, что превзойти, но даже повторить чай, строго следуя рецептам, оставленным Мастером. У меня еще немного осталось лично им приготовленных. Этот вот - успокоительный. Пей, и я тебя провожу в спальню.

- Слышала о таком. У меня даже книга… была… И, насколько могу судить, даже написанная его рукой. Крайне подробный справочник, хоть и слишком… витиевато написанный. Но, вообще-то, обычной ромашки хватило бы за глаза. По крайней мере, мне и сейчас. А спальня… Так. Давай ты свое самообладание еще немного повыгуливаешь. Я девушка приличная и на первом свидании - ни-ни, - подозрительно посмотрела она на вампира.

- Да-да, конечно, хватило бы ромашки, - утвердительно кивнул Рудольф и широко улыбнулся. - Ты пей, пей. Кира, у тебя очень богатая фантазия, я говорю про спальню лишь потому, что было бы странно предлагать тебе отдых в палатах для “поехавших”. Тем более, что там сейчас в одной из них находится пациент, от которого я пока не знаю, чего ожидать. То завоет, то заплачет, как дитя. Кто его знает, чего он выкинет, как придет в себя? А мне нужно, чтоб ты хорошо отдохнула. Так что, помечтай и пофантазируй еще немного, возлегая на черных шелковых простынях на огромной кровати в гордом одиночестве. Мне же сон вообще не нужен, я поработаю, мне это лучше всего помогает мысли в порядок привести.

Он допил чай и поставил кружку в раковину.

- Ну, ты свои влажные фантазии вполне можешь удовлетворить. Вон у тебя целая рубашка моей кровью пропиталась. Сделаешь себе потом чайные пакетики, будешь заваривать одинокими зимними вечерами, - она смахнула несуществующую слезу, но чай все же попробовала и оценила. На вкус, правда, было совершенно не понять, что там в нем намешано. Только самое основное, но самое интересное пряталось в глубине этих вкусов, и вычленить этот ингредиент, как минимум, сейчас она точно не смогла бы. Не после имбирного рома и яичницы с беконом… Ой, а куда это все поплыло? И вся усталость за ночь как-то разом навалилась на нее буквально с пары глотков. Да и сознание явно пыталось сделать ведьме ручкой и отправить в мир грез до полного восстановления организма. На мгновение даже появилась паника, что вот сейчас-то отовсюду полезут Берги и будут ее жестоко убивать за все те разы, когда она наступала им на хвост. Но чай делал свое дело мягко, аккуратно, хоть и весьма быстро. Так что, и эти мысли быстро улетучивались из рыжей головы.

Рудольф внимательно наблюдал за происходящим. Еще немного… Он никак не мог не поязвить и не покошмарить. Ситуация, конечно, вышла более, чем странная: так обычно начинались криминальные новости. Тем более, вот сейчас она уже точно ничего не сделает. А потом будет поздно махать кулаками. Ядом плеваться, конечно, будет, но он с удовольствием подставит кружку, соберет его и выпьет.

— Вот именно сейчас я и удовлетворю свои кровавые фантазии, - хищная улыбка коснулась его губ.

Он скрестил руки на груди, оперся на столешницу и просто стал дожидаться, когда ее выключит окончательно. А выключилась она весьма быстро, даже при условии, что пыталась сопротивляться действию чая. И ведь ни капли чего-то сверхъестественного там не было. Только чай успокаивающий.

После того, как Кира уронила голову на спинку дивана, он подхватил из ее рук недопитый чай, вытащил ее из-за стола, поднял на руки и отнес в спальню, где уложил на кровать. Рудольф закрыл окна и запечатал их так же, как были запечатаны все его замки, в которые никому хода не должно быть – кровью Он накрыл ее простыней и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь и точно так же запечатав. Теперь она точно если проснется раньше времени, сама не выберется, и ни один любопытный нос не сунется в спальню.