Три слова, или Как я потерялась в осеннем тумане

Спонсоры моего месячного молчания: осень, бытовуха и тотальное нежелание вылезать из-под одеяла.

Осень — это ведь не время года.
Начну с главного: я потерялась. 

Не в лесу, не в тумане, не в трёх соснах, а в самой обычной жизни, той самой, что имеет наглость наваливаться без предупреждения.

Осень — это легальный способ впасть в спячку, отключить мозги и свалить всё на «творческий кризис» и «реальность»
Беффонов Алекс я знаю, что ты уже мысленно похоронил меня в сугробах, а может, и отправил в тот самый «дрейф» на своей среднелегированной станции. 

Прости меня, грешную. Реальность оказалась наглее, чем я думала, и просто выдернула шнур из розетки

Беффонов Алекс замутил такой движ «Три слова» 

тут - https://author.today/post/955368 и тут еще https://author.today/post/956873
Всего три слова в блендер, чтобы получить шедевр 

 Алекс ждал. Алекс писал. Алекс даже успел сочинить рассказ, пока я… пока я пыталась собрать себя в кучу.

А я что? А я работала. Много. Грядки, застой в мышцах, усталость, которая валит с ног быстрее, чем осенний ветер срывает последние листья. Я падала в объятия Морфея так часто, что он, кажется, уже начал считать меня своей постоянной клиенткой  

Я каждый день просила прощения. 

У Алекса. У себя. У фарфоровой чашки, что стояла на столе и смотрела на меня с молчаливым укором  

Но написать? Найти время? Собрать мысли?

Не могла  

И вот теперь — я здесь. С повинной. И с той самой зарисовкой, что обещала.

Фарфор. Бензин и Мята. 

Дождь барабанил по жестяному козырьку старенькой веранды, смывая в лужи последние отблески уходящего октября. На столе стояла чашка из тонкого фарфора — хрупкая, прозрачная в своей фарфоровой наготе, что складывалось ощущение, она треснет от одного вздоха. Внутри чашки темнел остывший чай, оставляя грязные следы на боках.

В воздухе висел спертый запах безысходности, разбавленный горьким ароматом собранной поздней мяты. Уже не свежей, а мокрой и поломанной. Её обманчивый холодок только сильнее подчеркивал сырость и липкую безнадежность.

Я смотрела в окно, наблюдая, как дождь пытается смыть последние краски уходящего дня. По асфальту расползались радужные разводы бензина, заменяя красоту природы искусственной радугой технического прогресса. Красиво, ядовито и совершенно бесполезно, как и мои попытки собрать себя в кучу после этого месяца.

— Ты опять разбилась, — тихо шепнула мята, обдавая ледяной свежестью.

— Зато звонко, — ответил фарфор, накрывая одеялом из кракелюра.

А бензин за окном просто ждал последней искры уходящего дня.

Беффонов Алекс, прости меня пожалуйста

Ты ждал. Ты писал. 

 Это было вынужденное исчезновение. Реальность имеет привычку бить по голове без предупреждения, 

а осень — закручивать в свои сети так, что не выберешься  

Я вернулась. С фарфором. С мятой. С бензином. И с надеждой...

А если не простите — я пойму.

 Я сама себя  не простила. 

Но чай в фарфоровой чашке уже остыл, мята засохла, а бензин… бензин всё ещё ждёт искры. 

Может, она всё-таки будет?

А теперь давайте пофантазируем:

Лес, который медленно поглощает следы человеческой жизни, под ногами Мох мягко обволакивающий острый осколок стекла, и капля мёда случайно упавшая, которая делает эту рану не такой ужасающей, превращая её в янтарь.

Три слова, для новой истории

Мох, Осколок, Мёд  

Ваша Василиса. Та самая, что Шурале. Та самая, что потерялась. Та самая, что вернулась.