Осенний поцелуй (задание по Writober от группы "Писательство")

Он не любил сентябрь. Не любил, потому что сентябрь для него был временем утраты. Утраты того, что когда-то было для него целым миром.

Он ходил по улицам старой осенней Москвы. А вокруг люди спешили по своим делам, со своими радостями и горестями, надеждами и заботами. Он шёл по тем местам, по которым они когда-то ходили вдвоём. Зачем он это делал? Почему растравлял старую рану, которая причиняла столько боли? Потому что только тогда он мог чувствовать себя живым. Потому что, раз тебе больно, значит, ты жив.

Да и кроме того… Проходя мимо памятника Героям Плевны, по оживлённой Маросейке, мимо нарядной Никольской церкви, он чувствовал, что она рядом. Как когда-то… Иногда даже ему казалось, что он видит край её туфли, кофейный цвет её шарфа, чувствует лёгкое прикосновение к сгибу локтя. И сладковатый запах её духов.

Прошёл год с тех пор, как её не стало. И произошло это в один из тех осенних дней, когда небо особенно чисто, и кажется синим хрупким хрусталём, а солнечный свет играет на пожелтевшей листве.

Тогда пахло больницей. Этот запах пропитывал всё его существо, пронзал мозг, вцеплялся в кости. Тогда он смотрел на осеннее небо, сквозь больничное окно и думал: а вот эта красота вокруг… она ему теперь зачем? Какой в ней смысл, когда её больше нет рядом?

Первые месяцы, он, вообще не помнил. Помнил какую-то мутную, вязкую тяжесть, которая пропитала всё его существование. Лица, места, здания, дороги, улицы, все это сливалось в сплошной серый туман, в котором было оглушительно тихо, холодно и пусто. Иногда, ему казалось, что она не умерла. Что она просто уехала куда-то далеко, по своим делам, в командировку, и скоро вернётся. Надо только подождать. Потом приходило осознание, обрушиваясь на него всей своей тяжестью. Иногда он злился. Злился на себя, за то, что не уберёг её. А, бывало, даже на неё, за то, что оставила его так скоро. А он даже толком попрощаться не сумел. А потом снова приходила тяжёлая, глухая пустота.

Эта пустота постепенно пожирала его. И, однажды, он обнаружил себя с осколком стакана, прижатым к запястью. Сделать движение вверх, заглушить боль внутри болью снаружи. Напитать эту бесконечно голодную пустоту своей кровью.

Он был близок к этому. Но она не позволила. Как и всегда, она пришла на помощь, когда ему было тяжелее всего. Бережно укрыла его руки своими, встала перед ним на колено и заглянула в глаза своим глубоким, тёплым взглядом.

— Живи, – прошептала она, окутав его теплом своей любви, которая не прекратилась и там, за порогом. – Только живи и будь счастлив. Ради меня.

И она коснулась своими губами его губ.

Прощальный поцелуй. Поцелуй осени, обещающий, что за осенью и зимой снова придёт весна.

И он жил. Стал жить, хотя, это было очень трудно. И боль, порой, сводила с ума.

Но он жил, потому что она попросила.

Вдыхая осенний воздух, напоённый запахами палой листвы, влажного асфальта и надежды, пробивающейся сквозь осень, он видел её взор в солнечных лучах сквозь тяжёлые тучи. Её улыбку в синеве ясного неба. И он жил.

Ради неё, ради её памяти.

Он будет жить и будет счастлив.

Он будет любить её. Всегда.