Черновик 1.4

Выйдя на свежий воздух Абудай закурил и угостил папироской коллегу.

– Ну и что ты об всём этом думаешь? – Спросил негр.

– Подстава какая-то. Если они думают, что горит саванная, это конечно серьёзно, но можно просто запросить телеметрию со спутника.

– Не факт. Саванну могли поджечь намеренно, чтобы переключить внимания от чего-то более крупного. Тут полковник прав, но почему мы?

– Может он просто хочет помучить меня, прогоняв в полдень по жаре?

– Ты считаешь, что он до сих пор злится на тебя за тот случай?

– Может быть. Но Хироси не похож на идиота. Он корец и знает толк в мести. Нет он не будет так мелко размениваться.

– Тоже верно, ладно. Поживём увидим.

Абудай отправил сигарету щелчком в пепельницу и пара приятелей уже собиралась отправиться по своим делам, как к ним подбежал посыльный из местных.

– Сержант инструктор вас в переговорной ожидает посетитель. – Выпалил посыльный.

Ивану захотелось закурит повторно. База корпуса, это не больница и не детский лагерь отдыха, чтобы так просто сюда заявиться и требовать с кем-нибудь аудиенции. Все случайные гости обычно оказываются в местном крематории, а не в переговорной. Да и не мог никто к нему прийти, Иван надёжно оборвал все связи с прошлом.

Свои вопросы Иван хотел адресовал посыльному, но тот давно растворился в пространстве и времени сразу же как передал сообщение. Опытный!

– Абудай займёшься подбором снаряжения и команды? А то я чувствую мне надо будет побеседовать с этим внезапным посетителем.

– Конечно чумба, но со своей птичкой разбирайся сам.

– Ещё бы я тебе позволил прикасаться к своей птичке.

– У всех лётчиков в жизни есть только одна любовь и это их машина.

– Неправильно Бабу-дай. Любовь лётчика, это небо, а вертушка, это способ заявить о своей любви.

«Переговорная» так в шутку называли местную пыточную, а заодно и несколько камер для временного содержания, как правило недолгого. По работе Иван был здесь частым гостем, а вернее даже хозяином этого места. Так-как никто на базе не обладал нужными навыками. Местные несмотря на здешние нравы в пытках не смыслили ничего. Максимум на что у них хватает фантазии, это резать пальцы уши и нос. С таким подходом «клиент» закончится раньше, чем даст нужную информацию. В зависимости от потребности и деликатности вопроса, пытку можно растянуть на месяцы, и клиент покинет сие гостеприимное место на своих ногах ничего не помня о том что с ним тут происходило. А можно действовать грубо и результат будет сразу, но это хождение по грани. За годы практики Иван пришёл к выводу, что самый оптимальный вариант в его работе, это вещества. Так грязь лишняя крови не разводится и клиент остаётся жив здоров… ну почти.

Есть препараты вызывающие зубную боль, от некоторых начинает казаться что под черепом ползают черви, которых хочется достать, проломив голову себе камнем. Третьи покажут мультик от которого пропадает чувство реальности. Но самое жуткое в арсенале Ивана, это препарат вызывающий чистый ничем не замутнённый страх. Вколи такое, потом оставь клиента в темноте, и его фантазия всё сделает за тебя. Главное только не переборщить.

Но на этот раз не Ивана ждал сюрприз, к нему явилось эхо из далёкого прошлого. Того прошлого, которое оказалось далеко позади.

Пристёгнутый наручниками к железному стулу, в центре комнаты сидел молодой ещё мужчина, лет тридцати. Вьющиеся волосы каштанового цвета и карие глаза. Когда Иван зашёл, «посетитель» подслеповато прищурился чтобы разглядеть вошедшего. Отчасти он это делал потому что его глаза привыкли к очкам, отчасти, потому что под левым глазом наливался большой фингал.

«Толик Орлов» – Сразу же узнал брата бывшей невесты Иван, но не подал виду.

– Привет Барсуков, как жизнь? Не скучал по мне? – Толик в отличии от своего собеседника даже и не думал скрывать узнавание старого друга.

«Не может быть, как он меня узнал? У меня другое лицо, всё другое, как он вообще сюда попал?!» – Слегка в панике сал лихорадочно мыслить Иван.

– Что, небось думаешь, как я тебя нашёл? Я всё объясню, только. – Толик демонстративно позвенел цепями. – Сними кандалы, а то руки затекли.

– Нет. Сначала расскажи, как ты сюда попал и как узнал меня.

– Вань, всё это так неважно. – Для большей демонстрации всей мимолётности бытия, Толик закатил глаза к векам и поиграл бровями.

– А что важно Толик?

– Важно то, любишь ли ты ещё мою сестру.

– Толик я тебе сейчас голову отрежу. – Иван демонстративно нож из кобуры.

– Не отрежешь я тебе нравлюсь.

– Поверить не могу. Толик ты псих? Ты пробрался на военную базу, нашёл меня чтобы спросить люблю ли я твою сестру покойнику, которая умерла у меня на глазах двенадцать лет назад?

– Ну … если в кранце, то да. Так ты меня развяжешь?

– Психам для себя и окружающих опасно разгуливать на свободе.

– Ок, тогда я сам.

Через секунду наручники с лязгом упали на пол, а Толик запрокинув ногу на ногу устроился на своём стуле поудобнее.

– Как? – Спросил Иван округлив глаза.

– Ловкость рук, брат мой и никакого мошенничества. – Толик продемонстрировал две небольшие отмычки в своих руках.

– Но тут же обыскивают.

– А я прячу там, где не ищут. – Толик провёл по свое шевелюре и отмычки снова исчезли. – Ну что теперь поговорим на чистоту?