Вот, вспомнил свою работу дворником в 70-е / Луковкин-Крылов

Вот, вспомнил свою работу дворником в 70-е

Автор: Луковкин-Крылов

- Ну, как дела? – обронила моя знакомая, выйдя из подъезда.


- Во, сейчас начнет. И не надоело, - подумал я.


– Все метешь? – подначивая, насмешливо проговорила она, имея в виду мою работу дворником.


- А наше дело такое. Вы мусорите, а мы убираем.


- Ой, ой, ой! Вот только не надо, этого! Ладно? – остановила она меня.


Закончив когда-то биофак, окончила она к тому времени еще и курсы журналистики при «Доме журналиста» и была журналистом. Моталась по всему Союзу. За границу даже летала. Таких в том доме, где я, мёл и жил тогда по лимиту, много проживало, но только она, я думаю, занималась фарцовкой. При помощи моей жены дуры, конечно же. Так думал я об этом тогда, а теперь кто ее знает. Теперь все свой маленький бизнес стараются имеют.


А насчет этих курсов, когда она на них еще только поступала, я, интересуясь тогда этим очень даже, помнится, наивно удивлялся и спрашивал у неё. «Как?! Два года походил и – журналист?!» – «Конечно. Знаешь, "младенец, родившись, способен овладеть речью и без великого учителя, ибо живет-то он вместе с говорящими", - хохотнув, процитировала она мне тогда что-то умное и дальше опять же. - А сам-то ты как? В «Союз-то» тебя еще не приняли? – спросила.


– Не, – ответил я ей.


-  А что так?


– Да, похоже, живу не с теми, да и говорю не то.


Уставилась она тогда на меня взглядом психиатра и, притворно сокрушаясь, проговорила.


- Да. Да, да, да. А что мешает-то?


- Да так как-то!..


- А все пишешь?


- Нет. Это вы все пишите, а мы все живем только.


- Ну да, ну да.


На этом смешной разговор наш с ней закончился.


- А Надежды дома нет? – спросила вдруг она.


- С утра была, а сейчас не знаю, - ответил я. - Ведь ты ее вчера загрузила по полной. Теперь, небось, побежала.


- А ты знаешь, - проговорила она как-то невесело, - я и сама бы, да вот надо бежать брать интервью. - И, вяло улыбаясь, добавила. - В дворники пойти что ль? Времени свободного будет навалом, - вдруг как-то, и чуть ли ни на полном серьезе даже, спросила она у меня.


- Может устроиться, а?


- Для этого надо не иметь "вышки", - ответил я ей.


- Да, вот бы заранее знать об этом, - и тут же, хохотнув, добавила. - Ну, слушай, интеллигенцию у нас вообще ни во что не ставят! Даже шрифт на праздничных транспарантах чуть ли не петитом о нас. А? Ты заметил?.. Правда, говорят, что раньше и того не было.


- Говорят, - обронил я и умолк.


Хорошо еще, что не поддался я тогда на искушение и не заговорил с ней об интеллигенции нашей. «Зачем? - подумал я. - С такими, как и с родившейся и живущей в емкостях для фикальных вод лягушкой, опасно заговаривать о море». Ведь лягушка в емкостях этих всю жизнь свою даже и не квакает, а вынес ее я как-то из дерьма под дождь, изливающийся с небес, так она тут же и подохла от тоски, я думаю, и страха».


Нет, но что меня больше всего бесит в таких, как она! То, что они, люди с высшим образованием потакают глупости, малым знаниям, неполному среднему образованию таким, как моя жена. Пользуются даже этим.  Вместо того, чтобы, будучи "умными", "многознающими", считающими себя интеллигенцией, элитой страны, стать для них как бы духовными родственниками и привозить для нас из-за границы дефицит иного рода. Я уж не говорю о тех фанфарных статьях ее о "простых людях труда", в которых прославляет она их и их работу на благо государства. И несть статьям этим числа у таких как она!


Нет, на уровне знаний все они не лаптем щи хлебают и могут поговорить с вами о "высоком", так как у них "вышка". А если тет-а-тет, то и поговорить с вами даже о политике с творцами ее, которые все словно ядовитых грибов объелись и мыслят дурдомовскими категориями. Это они могут. Но, ведь если все эти слова убрать из их словаря, как и лозунги с крыш домов наших, то... То, несмотря ведь даже на то, что останутся при моей знакомой все эти ее "мужчинки", которые "что надо", как она говорит, и все всё больше из «интеллигентов», «интеллектуалов» да иностранцев всяких, а не пьянь вся совковая, всё одно ведь видно будет, что и она не лучше моей дурехи жены. И она не Смирнова-Россет и не Елагина Авдотья. Потому что везут-то «мужчинки» эти для нее оттуда, где "все Афетово племя" наше, где "духовные корни" наши, все только такое, словно они вчера только вкусили от древа познания и вдруг осознали себя голыми. Курточки всякие да портки, которые все из тех же двух, что и у нас здесь с вами, порчин да разреза в межножьи состоят.


Правда, сегодня и все-то много чего знают, но пользуются этим как жвачкой. То есть, для приятности и запаха держат  за щекой, жуют, но не глотают. Все это у нас почему-то не для внутреннего пользования. Иные, правда, со всем этим управляются поизобретательнее. Почитавши кое-что из основоположников, из директив да указаний, выяснят, что к чему, да когда за какую нитку дергать надо, да и пока все это не вылетело ненароком из головы, садятся творить. И - на века! И ораторствуют такие, на бумаге, творят, жаждою томимые, том за томом, заваливают всей этой книжной мудростью полки магазинов, где лежит уже такая литература возами!..


Но главное, что вся эта писательская деятельность делает их раздвоенными. Да и читающих потом всю эту "фикаль" - тоже. Вы приглядитесь к таким, прислушайтесь к ним - ведь так, как они о чем-то пишут или говорят, так они о том же не думают. Может быть и хорошо, что им платят не за их мысли, но плохо, что им платят за мысли чужие, как за свои. Видел я их, да и слышал в свое время. И во всех ракурсах и ипостасях. Знаю о чем, и что они говорят, когда с тобой один на один. И когда с вами при этом еще кто-нибудь находится. И что и как говорят они, когда пьяны.


Так что, наличие знаний почему-то не делает их лучше нас дураков. Копчик не укорачивается, а иной раз и рецидив случается, что было бы заметно, когда бы ни предписанные законодательством штаны.


Одним словом, поговорили мы тогда с ней! И вот это у меня всегда так с ней было. Хоть и стыдно бывало потом перед самим собой. Видать, все мы хоть и живем среди говорящих, а так и не перестаем быть младенцами, и не растем почему-то.


Кстати. А вот вам и сегодняшние дни. Вы видели выражение лица у создателя Гимна Советскому Союзу после всех этих криков на перестроечных съездах депутатов? Когда всем им, этим пишущим, все уже стало тогда ясно и понятно? Что работали такие, как они, просто за хорошие бабки и сладкую жизнь? Были у них у всех лица, как у опущенных. И жалко было всех этих Демьянов Бедных, служивших режиму. Не угадали они в свое время. Но, когда история предъявляет тебе Гамбургский счет, за все приходится платить по полной. Но жалко и поэтов серебряного века, о коих здесь мы лучше умолчим. Правда, у этих теперь хоть пенсии приличные и все такое прочее. Не то, что у нас, для кого они все эти гимны и писали-то.


И дико было видеть создателя Гимна нашего на экране телевизора после падания режима, для которого он писал. Интересно, кто показал нам его по телевизору в эти смутно-насмешливо-издевательские дни российской истории? Я думаю, какой-то волчара, которому он в свое время дорогу перешел. Ну, или какой-нибудь по уму не далекий доброжелатель. Объяснил его старческому сознанию, что это будет нужно и полезно с точки зрения государственных интересов, ну а тот, памятуя свое славное прошлое, и уже вовсе не соображая, что вокруг происходит, думая, что он все еще там же живет, где и жил когда-то, и согласился. Показаться, нарисоваться, а, нужно будет, так и выступить может быть даже по телевизору. Ведь и в эти смутные для всех нас дни живет-то он по сравнению с нами все так же сладко и убаюкано. Как, в общем-то, и обыватели около экранов своих телевизоров.

+2
173

0 комментариев, по

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии. Войдите, пожалуйста.

Написать комментарий
1 598 7 12
Наверх Вниз