Три перлушки в ушки. О свойствах жидкостей и их последствиях

Размышляя над некоторыми текстами, я пришла к выводу, что физические законы — они только для физиков. А нам, лирикам, они совершенно ни к чему, только мешают образности.

Итак, сегодня поговорим о жидкостях, которые ведут себя подозрительнейшим образом, но зато как красиво. Проведём расследование.

1. «Крупные слёзы стекали по лицу, оставляя влажный след на искусанных губах»

Вспоминаю олимпиаду в Сочи, когда на церемонии закрытия по щеке Олимпийского мишки катилась слеза, оставляя на ней след, словно шрам. Но Олимпийскому мишке можно — там эмоции, прощание. А тут у нас, простите, не олимпиада.

И кстати, почему слёзы не катились, а стекали по лицу? Стекает дождевая вода по мостовой в сливные отверстия. И сколько это слёз надо, чтобы они стекали? Хотя нет, не надо, а то ещё улицу затопят.

А дальше происходит странное. Слёзы оставляют след лишь на губах, перепрыгивая щёки. Причём не мокрый, а влажный, то есть по пути поток каким-то образом поиссяк. И вот это «поиссяк» — оно, видимо, и есть ключ ко всему. Слёзы есть. След есть. А щёк нет. Магия, не иначе.

Как можно было бы:

«Слёзы текли по щекам, и влага попадала на искусанные губы».

Скучно, зато без прыжков через анатомию.

2. «Крупные слёзы катились по горячим щекам, смывая городскую пыль»

Иииииа.

«Итак, уважаемые знатоки, вопрос: сколько нужно времени, чтобы на лицо осел слой пыли, достаточный для того, чтобы жидкость имела возможность смыть его? И каким образом это произошло?»

Минута пошла.

Друзь: «Если героиня только что вышла из дома, то пыли на ней нет. Если она шла по улице час — пыль есть, но не такая, чтобы её смывать. Смывают грязь. А пыль — стирают, вытирают, сдувают. Но не смывают слезами. Разве что она стояла на стройке под ветром. Вопрос только — зачем?»

Поташёв: «А может, автор имел в виду, что слёзы такие крупные, что работают как мини-мойка? Но тогда это уже не слёзы, а водопад какой-то».

Козлов: «Господа, всё просто. Это девочка фабричная, и она просто работает на лесопилке. А тут слёзы — обычное дело при несоблюдении техники безопасности».

«Уважаемые знатоки, ваш ответ!»

Друзь: «Отвечать будет Козлов».

Козлов: «Мы полагаем, что героиня работает на лесопилке, поэтому на её лице и оказался такой большой слой пыли. А плакала она… да кто их знает, из-за чего они плакать могут. Влюбилась, например».

«Итак, правильный ответ: всё написанное автором — образность, и сделано для того, чтобы подчеркнуть момент. К лесопилке это отношения не имеет. 3:1 в пользу телезрителей. Деньги получает Вопросов Вопрос Вопросович».

3. «Дуло пистолета сильнее вжалось в голову, а по спине потекли капли ужаса»

И завершает нашу подборку вот это. Тут у нас жидкость, которой вообще не должно быть.

Ужас — это чувство. Его нельзя налить. Его нельзя закапать. По спине текут капли пота, воды, крови. Но не ужаса. Ужас сковывает. Ужас пробирает. Ужас бьёт в сердце. Но он не течёт каплями. Потому что если он течёт — значит, это уже не ужас, а пот от страха. И это, простите, две разные жидкости.

А дуло, которое вжалось сильнее — отдельная песня. Дуло не может «вжаться». Оно может прижаться, упереться, надавить. Но вжаться — это когда что-то само куда-то входит.

Как можно было бы:

«Дуло сильнее вдавилось в висок, а по спине пробежал холодок».

Или:

«Дуло упёрлось в затылок, и от страха по спине выступил холодный пот».

Не так «образно», зато физически достоверно.

Вот такие перлы. Слёзы с аэродинамикой, пыль, которую можно смыть только слезами, и ужас в жидком виде.

А вам попадались жидкости, которые текут не туда? Или ужас, который можно налить в стакан?