Мартабрь 2026. Ошибка 404: демон не найден

Вот техномагии у нас в цикле как таковой не введено. Как-то они больше параллельно существуют, не пересекаясь.
Базу данных поддерживать по сущностям и ритуалам сделать - это можно, а вот электронные заклинания - нет.

Ваня у нас появляется во втором томе. Отличный технический специалист широкого профиля. Ну и телекинетик немного. Что для механики удобно, никакая третья рука не нужна))

В истории с генералом ему пришлось опрашивать мертвые головы и работать дешифровщиком. И он с этим вполне справился, хотя никакой базы данных, конечно ещё не создано. Но если бы была, то поиск по ней выглядел бы примерно вот так)

– Старый еврей, – задумчиво тяну я, повернувшись к Ивану.

– Скорее всего, это тот самый европейский маг, из свиты Генерала, – предполагает парень. – А если так, то буквы наверняка на иврите.

Он достает телефон и что-то быстро в нем вбивает в поиск.

– Первое слово – “посвящается” с латыни, – говорит он.

– Значит, дальше должно быть имя демона, – догадываюсь я. – Но, если они не знают, как оно звучит и не знают языка, как смогут рассказать нам? Писать буквы голова не может.

– Это важно? – интересуется Ваня.

– Да, нам очень нужно заполучить имя. В Именах – сила, – киваю я. 

– Не буду хвастать, но я был вполне хорош в разного рода дешифровках, – парень внимательно смотрит на меня, – Могу попытаться подсказать тебе, что спросить.

– К чему эти игры в испорченный телефон? – ворчу я. – Я вполне могу доверить тебе спрашивать самому. Мы же одна команда. Так что давай, дерзай, постарайся вытянуть из этой головы всё, что сможешь.

Я хлопаю парня по плечу.

Лунный свет падает на Ваню, и я замечаю золотистую нить, что тянется от него ко мне. Моргаю, и видение исчезает.

Смотрю на Волкову. Череда эмоций мелькает на её лице. Удивление и… одобрение?

Она кивает.

– Спрашивай, Воин, – вновь звучит хриплый голос над поляной. – Три вопроса.

Ваня откашливается и решительно подходит к алтарю. Достает из кармана блокнот и карандаш и без всякого пиетета укладывает письменные принадлежности на алтарь, рядом с головой. Потом касается левой рукой белой ленты на голове Казакова.

– Сколько букв было после “dedicavit” в надписи, что вы чертили на жертвах? – четко произносит парень.

– Четыре, – отвечает мертвец.

– Раз, – начинает отсчет Волкова.

Ваня рисует в блокноте четыре пустых квадрата.

– На какие знакомые буквы были похожи эти символы? – тут же задает следующий вопрос Иван.

– Вторая – на покорёженную букву “Х”, третья – “П” с хвостом, четвертая – “О”, – бодро вещает бывший рунист.

Ваня рисует в квадратах что-то и делает пометки.

– Два, – счёт продолжается.

Парень оглядывается на меня.

Я улыбаюсь и киваю ему, разрешая задавать последний вопрос.

Он молчит, покусывая карандаш.

– Как двигалась твоя рука, при начертании первой буквы? – наконец произносит Иван.

– Сверху вниз, потом направо, и вниз по диагонали, будто цифра 7 с небольшим порожком сверху, – говорит голова.

Ваня рисует под его описание что-то в блокноте.

– Три, – сообщает Волкова и закрывает глаза мертвецу.

Ваня говорит: “Благодарю”.

Отходит ко мне, встает за спиной.