Субботний отрывок: "владыка очага"

Продолжаем флешмоб от Марики Вайд "Субботний отрывок".

Сегодня отрывок из моего рассказа "Наказ последней осени".

Ата́ сидел на корточках у последнего неразобранного очага в селении. Он снял с уже чуть остывших с утра углей немного золы, разгладил её ладонями, как разглаживают скомканное одеяло на постели у ребёнка, и втянул немного зольного запаха, удовлетворённо крякнув, затем он достал из-за пазухи кусочек ярко-белого топлёного курдючного жира, завёрнутый в серую невзрачную тряпицу. Пальцы у него были длинные, узловатые, темноватого в сравнении с кожей Батыра цвета, с въевшимся в трещины дымом, а теперь ещё и зольной пылью. Батыр знал эти пальцы своего ата с тех пор, как начал осознавать самого себя.

– Долго вы ещё, ата? – спросил он. – Мы и так сегодня вышли поздно. Отара ведь сама себя не найдёт.

– Никуда она не денется, сопляк. А очаг… Он спешки не любит, так что терпи.

Дед, наконец, вынул жир из тряпицы, положил его на самый жар, и остывшие было угли вдруг зашипели, вспыхнули сизым огоньком, который практически сразу же пропал, спрятавшись под серыми лепестками остатков пепла и золы. Ата что-то прошептал, тихо-тих, будто одними губами, и накрыл их плоским камнем, который он заблаговременно притащил к очагу, а сверху насыпал золы горкой, сгребая её с краёв.

– Владыка очага, – сказал он уже вслух, чтобы Батыр услышал. – Спи до весны. Мы вернёмся обратно, и ты вернёшься к нам. Не сырей.

– Ата, – Батыр нетерпеливо переступил с ноги на ногу, – ну это же просто-напросто угли. Пошли уже.

Дед поднял на него свои мудрые глаза. Они у него были узкие, выцветшие, схожие со цветом осеннего неба над степью, и в них не было ни обиды, ни укора.

– Всего лишь угли, Батыр, да, – согласился он. – Только вот когда стойбище придёт сюда весной, очаг встретит нас сухим и тёплым, а не мёртвым и мокрым. Ты когда-нибудь видел, что происходит с брошенными мокрыми очагами? Там потом ничего не растёт три весны подряд. Даже полынь.