Субботний отрывок

О жизни с рок-звездой. 

Удивительно, но нам удавалось прекрасно уживаться под одной крышей и мы отлично ладили. Наше нынешнее финансовое положение вполне позволяло обзавестись отдельным жильем, но делать этого не стали ни он, ни я. Во-первых, вдвоем проще платить за аренду новой квартиры, побольше и поближе к центру, во-вторых, лично я привыкла к постоянному обществу Джонни. Хотя, если честно, некоторые его привычки меня раздражали. Например, внезапные озарения среди ночи, когда в его буйную голову приходили идеи новых песен или свежие аранжировки старинных хитов. То ещё удовольствие просыпаться под яростные гитарные соло. Но это ещё цветочки. Ягодки были в те дни, когда Джонни уходил в отрыв. Пропадал на трое суток, не отвечал на звонки, а потом внезапно приползал домой бухой в говнище, обдолбанный до полной потери сознательности и с какой-нибудь девицей, имени которой утром не мог вспомнить и срочно сваливал по своим делам. А мне доставалась почетная миссия будить эту идиотку с низкой самооценкой, поить кофе и выпроваживать за порог. Пару раз даже давала денег на такси, чтобы дурочка, захотевшая провести ночь с рок-звездой доехала в целости и сохранности до своего дома хер пойми в какой глуши.

В одно такое похмельное утро после недельного загула, мое терпение лопнуло и перехватив Джонни в кухне до того как он свалит, не желая встречаться с очередной своей одноразовой подружкой, я встала в дверном проеме, отрезая путь к тактическому отступлению и сложила руки на груди: 

— Знаете что, мистер Сильверхенд, я вам не дворецкий. Если водишь сюда блядей, изволь сам и отправлять их домой.

— Да ладно тебе, пару раз и было. Будешь? — Без тени хоть малейшего раскаяния, очаровательно улыбнулся он, подав мне чашку кофе со сливками и вишневый круассан из пекарни, что через дорогу от дома. Знает, зараза, как меня подкупить, чтобы не нудела всё утро. Кто откажется от органики?

— Не пару. А как минимум десять. Деламейну пора вводить тариф "Подружка рок-звезды". — Приняв взятку и сев к столу, намереваясь немедленно разделаться с кофе и выпечкой, продолжила наезжать я:

— Поездка от дома Джонни Сильверхенда до богом забытой дыры с коктейлем от похмелья и сертификатом на визит к хорошему психоаналитику.

— Не будь занудой. Когда ты притаскиваешь домой очередного кобеля или какую-нибудь боевую лесбиянку, я же ничего не говорю. — Налив себе кофе и сев напротив, самодовольно улыбнулся он. Вот чёрт, я надеялась, что Джонни не в курсе моих встреч.

— Так тебе и не приходится выпроваживать моих гостей. Слушать их пиздёж о том что "я вообще-то никогда так не делаю, не знаю что на меня нашло. Как думаешь, он мне когда-нибудь ещё раз позвонит?" — Старательно изображая метания доброй половины его женщин, противным фальцетом сказала я. Джонни только усмехнулся и привычно сказал:

— Конечно же, нет. Я не гастролирую в одном месте два раза.

— Ага. Не ношу ношеное, не ебу брошенное. — Запив свое недовольство большим глотком кофе и закуривая, согласно кивнула я, переключив свое внимание на утренние новости из мира кино.

Уличные протесты сошли на нет ещё два месяца назад и все это время профсоюз актеров брейндансов, которых Джонни упорно продолжал называть не иначе как "профсоюз проституток", заняли выжидательную позицию и насколько я знаю, занимались укреплением организации изнутри. Порой прилетали новости, что первопричина всей этой заварухи — брейны с искусственным интеллектом вместо живых актеров, не оправдали ожиданий воротил бизнеса. Покупали их редко и мало, в основном всякие извращуги, убежденные, что машина круче людей или просто любопытные до всего нового. А когда свежие записи просочились в сеть усилиями некого нетраннера, которым, возможно, была я, продажи практически прекратились. Кто хотел просто посмотреть что это за дичь, посмотрели бесплатно в сети и отзывы зрителей не радовали создателей. Большинство отмечали, что это постная, беззубая хренотень, которую добровольно могут смотреть только какие-то долбоёбы. А платить за это вообще нонсенс. Самый частый отзыв на всех платформах "тупое развлечение для дебилов" практически стало синонимом для такого рода цифрового искусства. Как бы ни старались корпы, искусственный интеллект с логикой машины, не мог дать живых, ярких человеческих эмоций, ради которых покупают брейны. И тут уже настал черед продюсерам чесать репу и думать как вылезать из этой жопы. Деньги вложены, а выхлопа нет в тех масштабах, на который рассчитывали аналитики. В выигрыше остались только производители электронных болванов для кино. Так что студиям не оставалось ничего другого, кроме как засунуть свой гонор куда фантазия позволит и как униженные сучки ползти к лидерам профсоюза и договариваться. К чести этих ребят, они стояли на своем и продавили новые договоры на тех условиях, которые выгодны им, а не корпорациям.

Выключив телевизор и глядя на меня, Джонни улыбнулся так, словно эта маленькая победа имела к нам хоть малейшее отношение:

— Кажется, брейнданс - студии отсосали.

— С чем тебя и поздравляю.

Мы церемонно чокнулись кофейными чашками, я отправила Руби сообщение с поздравлениями и получила в ответ приглашение на вечеринку в честь их победы над продюсерами.

— Пойдешь со мной?

— На сходку кинозвезд? Пить шампанское, торговать еблом и при всех чесать свое эго? Определенно, да. Во сколько?

— Вечером около восьми. Всё, я поехала. У меня заказ.