Тарковский и Человек-паук

Как бы Тарковский снял «Человека-паука: новый день»?

Длинный тягучий общий план: мы видим, как стреноженная лошадь медленно бредет в предрассветных сумерках по полю. Поле накрыл белый, как молоко, туман. Лошадь по колено в тумане. Чтобы сделать шаг, лошади приходится немного подпрыгнуть. Камера снимает лошадь так, что издалека силуэт лошади напоминает нам человека, ковыляющего на костылях.

Средний план: лошадь поднимает голову и прислушивается.

Крупный план: уши лошади крупно, видна челка лошади и заросшие шерстью беспокойные уши. Камера сползает к глазам лошади - они как черные оливки в масле. Глаза обрамлены длинными черными ресницам. В глазах чувствуется безысходность, потому что сбежать от опасности на «трех ногах» невозможно.

Общий план: ничего не происходит, просто в тишине предрассветного утра, где-то в деревне кукарекает петух. Лошадь недовольно фыркает, наклоняет свою длинную шею и продолжает щипать траву. 

Крупный план: ноздри лошади, трава, зубы, шуршание и хруст поедаемой травы. Камера медленно плывет перед лошадью и в кадре появляется нежнейшая паутина, на которой подрагивают капельки росы. В самой верхней точке паутины, на тонком кающемся стебле сидит… Камера не доходит до нужной точки, оставляя интригу. 

Крупный план постепенно переход в общий: камер медленно движется в небо, улетает в облака. Облака нам начинают напоминать Деву Марию с младенцем. Постепенно Дева Мария и младенец превращаются в реальную икону, на который отчетливо видно, что младенец чешет себе ручку. Икона находится в полуразваленной, с почерневшими стенами церкви. Все стены и углы церкви в густой паутине.

Средний план: в церковь входят двое — девушка человека-паука и его друг. Девушка в платочке, друг в церковном облачении. Они подходят к иконе. С иконы на них печально смотрит младенец.

Крупный план: у девушки катятся по щекам слезы. Она открывает рот, и тут же его закрывает, смыкая плотно губы. 

Общи план. Камера находится под сводом церкви. Сверху друг и девушка выглядят очень маленькими и одинокими. Друг начинает снимать паутину с иконы, но ему наперекор бросается девушки и останавливает его руки.

Крупный план: лицо друга, оно восточного типа. Друг смущен. Он опускает руки и смотрит на девушку. 

Друг: «Что ты хочешь этим сказать?»

Девушка: «…»

Друг: «Прости. Я постоянно забываю, что ты дала обет молчания»

Общий план. Камера переводит фокус с друга ему за спину на вход в церковь. Там стоит лошадь. Камера медленно наезжает на лошадь до крупного плана. У лошади катятся по щекам слезы и падают в густую пыль на полу. 

Средний план: лошадь подпрыгивая и потихоньку сдавая назад, выходит из церкви.

Общий план: Золоченные купола. Камера медленно спускается вниз, показывая побеленные стены, которые опалены огнем, на белой штукатурке сажа, видны узкие окна, похожие на бойницы, арки, и наконец  вход в церковь. Становится виден круп лошади, которая постепенно выбирается из церкви.

Слышен топот. 

Камера показывает, как молодой пастух, совсем еще мальчик, в старенькой потрепанной папахе и в галстуке на немытой шее, в старых широких штанах, босиком ведет мимо церкви стадо овец. 

Крупный план. Морда лошади. Глаза остекленели.

Общий план. Лошадь падает замертво. 

Общий план, вид сверху на стадо овец. Овцы странно, необъяснимо, начинают плакать одна за другой, и падать замертво. 

Средний план: пастух озадаченно чешет в затылке, потом чешет шею, и наконец руку. Чешет там, где обычно меряют пульс.

Почти все стадо овец легло. Осталась только одна овца. Она рыдает и блеет одновременно. Рядом с овцой на покосивший забор садится любопытная ворона. И тут овца падает, а ворона начинает рыдать и каркать.

Общий план: ворона взмывает в небо.

Из церкви выходят священник и девушка в платочке. Они видят пастуха. Девушка падает в обморок прямо к ногам священника. 

Крупный план. Глаза пастуха в слезах. У него появляется порыв подойти к девушке и священнику, но он вспоминает, кто он есть, и для чего его создал бог. О начинает откачивать одну овцу за другой, делая им искусственное дыхание рот в рот.

Камера начинает подниматься, все выше и выше улетая в облака.