Про нейрослоп и конкурсы

Вчера на заседании «Мицара» обсуждали рассказ «Родительский комитет», написанный нейросетью и при этом получивший приз зрительских симпатий на конкурсе ФЛР-29.

И вот - очередной скандал по поводу нейротекста: в рамках премии «Ясная Поляна» читательский приз взяла книга некоего Максима Привезенцева «Маяки Сахалина», который «продвинутые» читатели (и наверняка всякие нейро-детекторы) определяют как чистейший нейрослоп.

По этому поводу отписалась Яна Каляева https://author.today/post/966803. В ВК есть интересная страница Анны Гутиевой «О чем кричит редактор» https://vk.ru/redakrik . Там недавно был пост как раз по поводу этих грешных «Маяков» и ссылка на очень толковую подборку «маркеров» нейрослопа https://redakrik.ru/ai_text.

Самое забавное состоит в том, что все это относится ТОЛЬКО к тем текстам, которые заявляют себя как художественные. Конечно, нейрослопом сегодня полны и другие «текстовые» сферы. Например, познавательные и рекламные статьи на различных сайтах, текущие новостные ленты. Последние сегодня процентов на 80, то есть весь рерайт, «передирание» чужих новостей, без чего не существует ни одна новостная лента, пишутся с помощью ИИ. «Ручками» делается только «эксклюзив». Да и то не всегда, часто новость оригинальная, но сделана с помощью нейросети из полученного первыми пресс-релиза или расшифровки интервью или выступления какого-то известного спикера. 

Я уже не касаюсь таких сфер, как всякие научные рефераты и так далее. 

Так вот, в не литературных текстах маркеров нейрослопа, описанных Анной Гутиевой, нет. Там есть другие маркеры, например, постоянные «глюки» с фактажом и неумением нейросети правильно выбирать из ряда синонимов те, которые устойчиво закрепились в тех или иных сферах. (Например, можно писать только «заседание суда», а не «совещание суда». При этом судьи могут уходить на совещание. Вот оно так – исторически. Хотя в некоторых других ситуациях слова «заседание» и «совещание» взаимозаменимы). Тут нейросеть «плавает».

К чему это я пишу? Да к тому, что нейросеть сама по себе не может ничего. Для того, чтобы «написать» какой-то текст, она должна предварительно проанализировать некоторый объем аналогичных по тематике и функциям текстов. Подчеркиваю – аналогичных. Поэтому при рерайте новости нейросеть будет опираться на уже полученные ею выводы о форматных композиции, лексике и приемах подачи информации в СМИ или соцсетях, причем с разбивкой по тематике СМИ и сетевых групп. При «написании» художественного текста она опирается на… А на что она опирается? Какой массив текстов был использован для «обучения» нейросети до того момента, как условный Максим Привезенцев (ака Вася Пупкин) дал команду: «Напиши-ка мне роман вот по такому-то промпту»?

Я сильно сомневаюсь, что для «обучения» нейросетей использовались вообще все тексты на русском языке, существующие в сети и заявленные как художественные.

Во-первых, потому что язык развивается. Сегодня не говорят и не пишут так, как это делали во времена Толстого и Достоевского. Поэтому вряд ли в массиве «обучающих» текстов была вся классика, начиная с переводов Гомера и писем Грозного Курбскому. 

(Хотя в нейросетях есть и отдельные «игрушки» вроде «поговори с великим человеком», в которых за базу взяты тексты, написанные великими людьми. Я баловалась, например, «диалогами» с Лениным. В его «ответах», кстати, тоже нет маркеров нейрослопа, зато повторяются многие характерные слова и выражения, например, прибавление к прилагательным частички «архи» для усиления значения – «архиважный, архисерьезный»). 

Поэтому, кстати, нет никакой сенсации в том, что с помощью найросети написали второй том «Мертвых душ» Гоголя. Какие проблемы? Загоняем для обучения весь оцифрованный массив текстов, написанных Гоголем. Примерное содержание второго тома, достаточное для создания промптов, известно. Настроили и погнали.

В общем, какая была взята временная отсечка, я не знаю, но вряд ли для обучения брали тексты, написанные ранее, чем 40-50 лет назад. То, что называется «современная литература».

Второе: а что вообще есть художественная литература? На эту тему можно бесконечно спорить, можно обзывать друг друга графоманами и прочими грубыми словами, можно сцепляться языками по поводу «художественности» или «не художественности» того или иного текста. (Помните скандал вокруг присуждения Нобелевской премии Светлане Алексиевич за тексты, которые, по сути, не являются художественными – это публицистика?) Но для того, чтобы определить массив текстов для обучения нейросети, ее операторам нужны были какие-то формальные критерии. 

Я не знаю, как все было на самом деле. Но предполагаю, что всякий нормальный специалист, которому нужна информация из далекой для него сферы, будет ориентироваться на мнение людей, авторитетных в этой сфере. В данном конкретном случае – литературоведов и критиков, а также писателей, входящих в жюри наиболее крупных конкурсов и премий. Это логично. Соответственно, «лучшими образцами современной художественной литературы» были признаны тексты, входившие в лонг- (или шорт – не знаю, какая мощность была использована для анализа) различных крупных премий. 

Нейросеть проанализировала приемы, которые использовали авторы, признанные лучшими, вычленила наиболее часто встречающиеся и действенные, и начала их тиражировать в хвост и в гриву. 

Если взять «гайд», составленный Анной Гутиевой, например, все эти «триады» и другие ритмические шаблоны, то мы найдем их и в премиальных текстах той же «Ясной Поляны», причем еще в конце десятых годов, когда о нейросетях как подспорье для литератора вообще не слышали. Мало того. Избыточные объяснения, многословие, иллюзия развития мысли, «размазывание соплей по столу», занудливая описательность и так далее – это как раз приметы «премиальной», «высокохудожественной» современной литературы. Конечно, там все это не в таком концентрированном виде, как в «творчестве» нейросетей, но оно все там есть. 

И вот нейросеть, проанализировав какой-то массив текстов, пришла к выводу, что именно это все и есть обязательные атрибуты художественного текста. Поэтому и не удивительно, что и члены жюри, и «околопремиальный актив» высоко оценили именно нейрослоп. Он для них родной и знакомый. Эти грешные «Маяки» похожи на многие другие высоко оцененные тексты, хотя и не повторяют их по тематике и фактажу. Так сказать, «на уровне лучших образцов».

Ну, и третье: а зачем автору вообще нужна нейросеть?

Думаю, осмысленным использование нейросети будет в двух случаях. 

Первый – создание коммерческих текстов. Автор хочет денег. Хочет больше продавать текстов на сайтах самопубликаций. Однако тупой нейрослоп в стилистике «большой» литературы, использующийся для написания жанровых текстов, вызвал громкий возмущенный вой читателей. Средний читатель АТ или "Литнета" и раньше плевался от «премиальной» «большой» литературы, а теперь ее пытаются впихнуть ее в обертке его любимых жанров! Как тут не завопить: «Караул, грабят!»

Кроме того, отличительная черта нейрослопа, о которой пишет Гутиева, и которой нет у «ручных» текстов, - гомогенность. Цитирую: «Разные абзацы выполняются по одной схеме. Меняются события, нарастает напряжение, герои меняются, но механизм описания остается все тем же. Мы наблюдаем гомогенность текста: то, как создается метафора, то, как выражается мысль героя, то, как описываются декорации и действия бесконечно повторяется, словно под копирку».

Почему так? Да потому что нейросеть ВСЕГДА работает одинаково. У нее не бывает критических дней, выволочек от начальства и болезней любимой собаки. Особенно это заметно по тому, как меняется стиль и ритмика у одного и того же автора на протяжение многотомных эпопей. Просто автор сам меняется. А нейросеть продолжает делать то, что делала вчера. 

Помнится, злоязыкий Валентин Гафт написал эпиграмму: «Всегда играет одинаково/ Актриса Лия Ахеджакова». Ахеджакова сильно обиделась, хотя Гафт долго объяснял, что подразумевал «одинаково гениально». Так вот – нейросеть и есть этакая Лия Ахеджакова, которая всегда одинаковая. Поэтому читать написанные с помощью нейросети эпопеи в конце концов становится просто скучно. 

Скажем, мне понравились первые тома «Лекаря фамильяров» Лиманского и Молотова. Достаточно интересная придумка: скрестить «Доктора Хауса» с «Доктором Айболитом», да еще звери магические, чтобы не было претензий от реальных ветеринаров. Но где-то тома с третьего мне стало просто скучно читать. Текст не стал хуже. Просто там все было одно да потому, одинаковые блоки-эпизоды, одинаковые проблемы, одинаковые решения… Очень медленное развитие ключевых сюжетных линий, про которые авторы порой забывали на многие главы, углубляясь в мелкую суету героев. Тоска. Но кто-то читает и покупает. На текущем 16-м томе уже 3000+ библиотек. И это – с 16 октября, то есть менее, чем за неделю. То есть деньги авторам капают. И думаю, что без автоматизации производства текста авторы давно бы уже перегорели и бросили цикл нафиг. Ну, или добросовестно зафиналили цикл как можно быстрее. Потому что психика нормального человека такой поденщины не выдержит. 

В общем, коммерческий автор может пользоваться нейросетью для заработка. Причем, если он и так опытный автор, он может значительно «индивидуализировать» свою нейросеть, обучить ее на своих собственных текстах, а на общеизвестные «маркеры» поставить запрет. И знаете что? На мой взгляд, качественный нейрослоп, который уже даже не нейрослоп, а просто нейротекст, вполне имеет право на существование. Нужна читателю жвачка, дающая заранее запрограммированные эмоции – пожалуйста. Да, это заставляет авторов, которые не пользуются нейросетями, либо вообще «сходить с дистанции», либо искать те ниши, в которых предлагается не жвачка, а действительно художественная литература. Причем не по формату «боллитры» от «боллитровых премий», а та, что реально отражает сегодняшний день. Но читателю-потребителю от этого ни тепло, ни холодно. 

Многие авторы пишут достаточно подробные планы по каждой главе. Что мешает им «загнать» эти планы в «обученную» нейросеть и затем выправить текст? Получится не хуже, чем у многих ТОПов, которые вылезли в ТОПы только из-за «чугунной задницы» и скорости выдачи новых томов? Причем и нейросеть можно по ходу работы дополнительно обучать, так что текст, конечно, останется гомогенным, но от тома к тому все же будет меняться. 

В общем, не хочешь конкурировать с нейрослопом - пиши со смыслом, а не жвачку на потребу читателю.

И второй вариант – это как раз пример Максима Привезенцева. Реализация амбиций богатого человека получить звание "писателя".

В сети есть его биография. Он – ресторатор, отельер, кроме того, владел телекоммуникационной и IT-компаниями. Вместо того, чтобы пить и менять баб с надутыми губами где-нибудь на Багамах, увлекается туризмом, мотопутешествиями, киносъемками и прочим таким. Есть у человека деньги – вот и развлекается. О своих мотопутешествиях снимает фильмы и пишет книги. Ему действительно есть, что рассказать. Но писать он, видимо, не особо умеет.

Раньше такие «крутые парни» нанимали себе «литературных негров». В очень давние времена сплетничали, что «Малую землю» за Брежнева писал Чингиз Айтматов. А уж в постсоветское время всевозможная «мудрота» от лица «публичных персон» появлялась на прилавках сплошь и рядом. На обложках стояли фамилии этих самых персон. Хотя реально писали тексты нищие литераторы. Вот их-то, то есть литературных негров, и заменила в данном случае нейросеть. 

Причем в данном конкретном случае, то есть в случае «Маяков», не обученная толком, выдающая тексты в формате «большой литературы». И тексты толком не отредактированные. Действительно, откуда и московскому ресторатору, и его издателю знать о маркерах нейрослопа? Они же "вскую попсу" на АТ не читают.

Мужик получил признание как «писатель», ввалив для достижения этой «ачивки» кучу денег и времени. Ну – и флаг ему в руки. Пусть радуется, а понимающие люди похихикают. А не хочешь, чтобы хихикали - плати тем, кто умеет "маскировать" нейрослоп.

В других же случаях использование нейросети просто бессмысленно. Даже если квази-автор – клинический графоман, но вроде бы как бы у тех, у кого клиника, тяга писать самим, а не возиться с искусственным интеллектом.