«Маленький принц» -- это оружие массового поражения.

       Отвратительная книга, которую нельзя показывать детям, беременным женщинам и взрослым людям с ментальными проблемами. Она опасна, потому что лжива.     

       «Маленький принц» -- это психологическое оружие.     

       В мягкой и ласковой форме в голову читателя помещаются страшные идеи.     

       Бесчеловечные.     

       «Tu deviens responsable pour toujours de ce que tu as apprivoisé» подняли на щит, а ведь эта фраза рождает чудовищное чувство вины и создаёт патологические отношения созависимости. «Ты навсегда в ответе за тех, кого приручил».     

       Ненависть к взрослым прямо декларируется, все взрослые люди объявляются в книге тупыми и самодовольными болванами. Как баобабы.     

       «Маленький принц» — далеко не безобидная детская сказка, и её романтический фасад скрывает тяжелые и деструктивные психологические установки.     

       Фраза Лисa о «приручении» в современной психологии часто рассматривается как фундамент для патологической созависимости, манипуляций и газлайтинга.     

       Маленький принц возвращается к Розе, которая манипулировала им, капризничала и обижала его, не из чистой радости, а из гнетущего чувства долга и вины: «Я за неё в ответе...»     

       Это вообще не про любовь.     

       Чтобы вернуться к этой патологической созависимой связи с Розой, Маленький Принц фактически совершает самоубийство, что для читателей с неустойчивой психикой или ментальными трудностями может стать опасным триггером.     

       Противопоставление «чистого ребенка» и «глупого взрослого» в книге радикально.     

       Все взрослые персонажи на планетах показаны карикатурными, ограниченными и неспособными к эмпатии.     

       Книга внушает мысль, что стать взрослым — значит неизбежно потерять душу, стать «баобабом». Такой подход не учит ребенка адаптироваться к реальному миру, а предлагает либо бегство в фантазии, либо жесткое отторжение социума.     

       «Маленький принц» — это трансляция идей самопожертвования, вины за чужие эмоции и тотального недоверия к миру взрослых. Книга может быть токсичной для уязвимых людей.     

       Лично про себя скажу: мне эта так называя «детская сказка» причиняет почти физическую боль при чтении. Я чувствую, что текст лжив, что автор пытается меня обмануть, что пишет об идеях, в которые сам не верит.     

       Как если бы запойный алкоголик вдруг начал вещать о вреде пьянства.     

       Был ли Экзюпери при своей жизни праведником и образцом для подражания?     

       Нет, нет и нет.     

       По какому праву он берётся учить меня жизни?     

       Антуан де Сент-Экзюпери писал эту книгу в период глубочайшего личного кризиса, депрессии и одиночества в эмиграции в Нью-Йорке.     

       Его собственные отношения с женой Консуэло (ставшей прототипом Розы) были мучительными, полными измен, драм и взаимных упреков.     

       Книга стала отражением его собственной внутренней боли, которую он, возможно, неосознанно, облек в форму «детской» притчи.     

       Через 2 года после написания этой книги Антуан де Сент-Экзюпери, вероятно, самоубился.     

       Тело не было найдено среди обломков его самолёта. Обстоятельства гибели Экзюпери остаются невыясненными: версии самоубийства, технической неисправности и гипоксии не исключают друг друга, ни одна из них не имеет решающих доказательств.     

       К множеству версий добавили версию о самоубийстве пилота потому, что писатель страдал депрессией.     

       Он был женат на сальвадорской писательнице, журналистке и художнице Консуэле Сунсин. Она за время этого брака дважды оказывалась в психиатрической клинике.     

       И вот этот человек будет учить меня жизни? С хера ли?     

       Человек, написавший книгу, где смерть и возвращение неразличимы, сам умер в обстоятельствах, где убийство и самоубийство неразличимы.     

       Это не реабилитирует текст, это делает его ещё более тревожным.     

       Консуэло дважды оказалась в психиатрической клинике: брак был катастрофой, измены с обеих сторон, он пил и был безответственен с деньгами. Она страдала и бунтовала.     

       Он не был праведником. Он был невротиком, который писал о зрении, будучи слепым.     

       Писал о приручении, будучи неприручаем.     

       Писал об ответственности, будучи безответственен.     

       Это не моё обвинение, это ретроспективное наблюдение, подтверждаемое его биографами.     

       При этом всём Экзюпери говорит в книге голосом мудреца, а не голосом кающегося.     

       И в этом — реальная проблема.     

       Есть тексты-исповеди, где автор показывает себя в слабости: Августин, Руссо, поздний Толстой. Вы можете не любить автора, но вы не чувствуете, что вас обманули — автор не притворяется тем, кем не является.     

       А «Маленький принц» работает иначе: он упаковывает взрослую травму в детскую притчу, голос ребенка-мудреца звучит уверенно, и читатель не получает сигнала «я сломан, я пишу изломанным голосом о том, чего не умею».     

       Вы получаете ложный сигнал «я знаю, как надо жить». И когда потом выясняется, что автор не знал, — возникает то самое чувство обманутости, о котором я говорю.     

       Это не ошибка восприятия читателя. Это структурное свойство текста.     

       Всё пропитано ложью.     

       Эта книга опасна именно потому, что скрывает своё происхождение. Тексты, которые знают о своей ранености, безопаснее: они не претендуют на роль учителя. А «Маленький принц» претендует — и именно поэтому ранит читателя.     

       Сравнение с алкоголиком, вещающим о трезвости, здесь точнее, чем кажется на первый взгляд. Разница в том, что алкоголик, который честно пишет о вреде пьянства, обычно начинает с фразы «я — алкоголик».     

       Экзюпери этого жеста не сделал. Иначе текст перестал бы работать как сказка. Но цена этого не сделанного жеста — боль, которую испытывает читатель.