Опубликовал двенадцатую главу книги "Рунистка из глубин. Том 3"

Опубликовал двенадцатую главу книги "Рунистка из глубин. Том 3". Миранда справилась с критической ситуацией под водой, но впереди новые проблемы.

...Он активирует диагностические чары, и его ладони загораются мягким зеленоватым светом. Адриан продолжает осмотр в полном молчании, чутко прислушиваясь к моему дыханию и проверяя, не пострадали ли лёгкие от резкого перепада давления. Через несколько минут он выпрямляется, гасит магию и, сделав шаг вперёд, наклоняется к самому моему уху. Он говорит тихо, что бы его слова слышала только я:

— Костюм просто сбоит, говоришь? Сначала тебя прямо на лекции пытаются отравить редкой «Кровью левиафана», теперь ты едва не гибнешь из-за отказа снаряжения на двухстах метрах бездны… Слишком много случайностей для одной недели, Лунн. Кто-то очень хочет, чтобы ты либо с позором отчислилась, либо вообще не вышла из воды живой.

Я пристально смотрю в его серые глаза, но храню ледяное молчание. Говорить, что к отравлению никто не причастен, я не собираюсь, а вот слова о намеренном повреждение костюма заставляют меня напрячься. Адриан отстраняется и говорит уже обычным, профессиональным тоном:

— Серьёзных физических повреждений нет. Лёгкое переохлаждение, испуг и сильный стресс. Полежишь пару часов под наблюдением, согреешься, а потом можешь возвращаться в общежитие. Не помешает принять лёгкое регенерационное зелье. Лишним оно не будет.

Астрид всё это время неподвижно стоит у стены. Как только Адриан отходит к своему столу, она стремительно подходит к кушетке и падает на край.

— Ты меня чуть до инфаркта не довела, Мира, — её голос дрожит, а идеальная клановая выдержка трещит по швам.

— Сама от себя не в восторге, — хрипло отвечаю я, чувствуя, как под тёплым одеялом начинает бить запоздалый озноб.

Но отдохнуть мне не дают. Не успеваю я толком перевести дыхание и согреться, как тяжёлая дверь медблока с грохотом распахивается. На пороге появляется взмыленный студент.

— Миранда Лунн! — громко объявляет он, озираясь по сторонам. — Вас вызывают в ректорат. Срочно. Прямо сейчас.

Меня поднимают с кушетки почти силой. Астрид пытается пойти следом, но сопровождающий меня студент резко выставляет руку, останавливая её:

— Только Миранда Лунн. Приказ ректора.

Коридоры административного крыла после бурлящего шлюзового отсека кажутся слишком тихими. Сопровождающий останавливается у массивной, тёмной двери, покрытой вязью защитных рун, и коротко кивает на неё:

— Входите. Вас ждут.

Я толкаю тяжёлую створку и переступаю порог.

За широким столом из морёного дуба сидит сам ректор — высокий мужчина с хищным, жёстким лицом и проседью в аккуратной бороде. По правую руку от него, скрестив руки на груди, стоит глава нашего факультета, профессор Изабелла Моревейв. Оба смотрят на меня цепко, изучающе и без тени приветливых улыбок.

— Садись, Лунн, — говорит ректор, указывая на одинокий стул в центре кабинета.

Я прохожу и сажусь на самый край, расправив плечи, чтобы не показывать, как до сих пор подрагивают мышцы от ледяной воды и пережитого сжатия...

Начал работу над следующей, тринадцатой главой.