Поллитра на помин боллитры или Поток словесного поноса

   .

    "...А между тем наша литература все еще…" как там начинал милейший Зиновий Паперный свою часть «сказочно красивой передовицы с оттенком некоторой неги».

     Так вот, я сейчас про БОЛЬШУЮ литературу. Не про наши, знаете ли, финтифлюшки с драконами и иномирами.

     А что, кстати, требовалось от литературы, в те старые недобрые времена сексизма и расизма, когда Максимку прямо звали «негритенок», а не «афроюнга», а Анну Каренину автор бросил под поезд за измену противному ушастому членоносцу?

    Сюжет, например. Я не шучу. Требовался какой-то крепкий сюжет, чтоб история, чтоб проскребло читателя. Из-за сюжетов классики, бывало, ссорились. Как Гончаров с Тургеневым из-за «Обрыва». Подозревают, что Иван Сергеич выдернул из обрыва сюжеты не для одной своей повести. (А вот нефигульки Гончарову было писать так длинно и таким заунывным, хоть и живописным языком).

     Да и мы с вами с сюжетами нянчимся, вылизываем их как кошка котят… ХАХАХА! В современной БОЛЬШОЙ литературе ееные мэтры вообще считают крепкий и увлекательный сюжет «ремесленничеством». Сюжет, подумаешь. Если хотите стать живым классиком, с штампом годности, сюжет вам вообще не нужен на фиг. Пусть просто некоторые люди чего-то там делают, куда-то идут, без смысла и цели, собачатся и мирятся, это будет «течением жизни». Как у Петровых в гриппе: тянется эта байда нудной зеленой со… гм… выделением авторского организма и ничем не кончается. Какой такой «катарсис» и «мощный финал»?

   Можно еще добавить трэша, перенести действие в будущее, напихать туда безумных событий и заполировать все корявым, бултыхающимся слогом, да с нелепыми отсылками туда и сюда, есть шанс получить престижную премию, как Маргарита Симонян. Да еще с таким-то админресурсом… Но желающих все же многовато, да и до степени сюра её «Вначале Слова — в конце Цифры» вы попросту не дотянетесь. Тяму не хватит, как в Сибири говорили.

   Самое смешное, что роман о безумном будущем «когда и чем нынешняя цивилизация кончится» я давно читал. Это «Три холма, охраняющие край света» Михаила Успенского, и это дивная, смешная, трогательная и умная книга с увлекательным и крепким сюжетом. Понятно, что шансов на «русского букера» у нее ноль целых ноль сотых.

    Стиль?

   Скандал с «Ясной поляной» вышел соблазнительный и свинский. Это мы с вами тут на АТ топчем друг другу лица и обвиняем в нейрописеве. Мол, «…а я у вас насчитал 10 признаков! — А я вас вообще прогнал через мясорубку трех анализаторов нейросетей и вуаля, СУДАРЬ, ВЫ ЖЕЛЕЗНЫЙ БОЛВАН! — А вы ЭЛЕКТРОННЫЙ!» И готово — дуэль на перфораторах. Побежденный электромеханически превращается в дуршлаг.

   Там у яснополянцев голимый безмозглый нейрослоп со всеми его тупыми «фишками» высокое жюри сочло истинной большой литературой и выписало премию и титул. Ну, не шмолги критики отличить… сочли электронную помойку кладезем мудрости.

  Так штаа узбакойтесь, храждане, чем хуже вы будете корёжить ваш урожденный стиль, тем больше шансов на признание вас боллитрой.

   Что до собственно того, о чём надобно писать, то выкусите. Никаких ярких умных героев! Никаких драм и вопросов жизни и смерти! Какие любовь и предательство?! Вы чего, Пушкина перечитали? Да он бы у «Ясной поляны» из лонг листа вылетел по воздуху пуще Черномора.

    Очень хорошо идет «литература травмы», особенно у дам. Это когда автор долго, мучительно, так что хочется его уже «поставить на перо» (самопищущее), выливает свои траблы и комплексы в головы читателям. Какое же он ничтожное, унылое, вялое и жалкое чмо. Хорошо идет семейное насилие: в детстве мне не давали поесть конфет (больше кило за раз) Очень удобно. Не надо тратиться на психотерапевтов, отрабатывать и переживать новый опыт.

  Как известно, невротик мечтает, чтоб невротические симптомы у него прошли, а меняться для этого и вылезать из уютной кровати жалостного мироощущения не требовалось. Вот вам и ответ. Просто купите пачку бумаги и пишите, как этот мир жесток к маленькому, облезлому, мокрому от слез и соплей зайчику в вашей измученной нарзаном душе. 

   Поток сознания? Неа, это у Набокова поток сознания. У Эренбурга. Продирающий, несущий тысячи памятных предметов, беспощадный к себе и другим, увлекающий читателя в бурное море. Такого неполиткорректного в боллитру не надоть. Надоть чтоб струя самовыворачивания и стенаний повонючее. Тогда есть шанс на премию какую и признание высоколобых.

   Язык?

   Да вон Захар Прилепин везде поспевает со своей «Тумой». Где его только не видали. Нет, там, конечно, недоработано, там есть и герой (сам Стенька Разин) и сюжет. Зато язык просто чудный. Читать подряд что ходить босиком за асфальтоукладчиком: жжет и ноги застревают. Прямо в тексте сначала транскрипция на татарском или польском русскими буквами, потом перевод фразы на русский. Страница за страницей. На кой агач тебе, парубок? То есть пень? Эээ… чтоб полное погружение? Кто сказал «дак объем книжки в три раза больше и гонорар в три раза выше»? Кто этот биндеровец?

   Ничего, скоро «современная российская большая литература» окончательно превратится в «дыр-бул-щур» бормотание. Ее, правда, и сейчас почти никто из здоровых людей не читает, а тогда и вовсе будут читать только аристократы духа.

   Гыгыкая и повизгивая.