Из чего же ты выросла, бусинка?

Из чего выросла Кошка палача.

Я создаю историю не через саму картинку зачастую, сюжет или первостепенную идею, а через чувство. К этому чувству я кропотливо ищу слова, рисую «фильм» в голове: желание выразить его, вытащить из себя, становится столь невыносимым и большим, что в конце-концов я начинаю писать. Не сделай я этого, то кажется, что переживания меня бы просто разорвали изнутри. 

Это касается всех моих историй, но началось это с Кошки палача. Первым мне пришло название. Без переиначиваний, игры с формой, сразу чистовик, и я не знала, что будет в этой истории конкретно, но я уже тогда чувствовала его форму. То, что я могу передать, и я явственно ощутила тогда, как тяжело это будет. Я боялась писать и хотела одновременно. Ревела по несколько раз в день — это было меньшей ценой за ту глубину, что мне удалось благодаря сопереживанию передать. Сил ушло немерено, это так. Каждая сцена требовала роста писательских навыков, смены взгляда, акцентов, подачи. Хоть и в целом система повествования едина, но она неуклонно росла из события к событию, поэтому Кошку я писала с перерывами и достаточно долго для такого небольшого рассказа. Месяца два вроде как. Не было никакой цели удивить читателя, написать что-то просто выделяющееся. История требовала роста, а стиль формироваться начал еще до нее, поэтому в ней он лишь больше раскрывался, оттачивался. Росла я, рос и он...

Георг не прописывался в рассказе как часто пишут героев: биография, характер, качества, слабости, сильности. Он пришел ко мне уже живой и я знала кто он на уровне... Человечности думаю, и это было моим первым сердечным испытанием. Мужчина, что нес в себе слишком много и был слишком человечен для того, кем являлся по долгу рода.  Его ношу я ощущала буквально — меня физически клонило к земле, когда я вживалась в Георга, будто на мои плечи водрузили холодный неподъёмный валун. Звучит так, точно я медиум какой-то ахах. Нет, это всего лишь отклик эмпатии, которой на время дали чуть больше контроля. Георг бы не вынес этой ноши, не будь с ним Кошки.

Она была моим вторым испытанием. Поверхностно из-за того что я сердечно люблю кошек, сокровища дороже я, можно сказать, не обретала никогда.

Но если коснуться слоя глубже, то за ним будет сидеть загадочно-почтительное отношение к Ней. Загадочно оно даже для меня, потому что вмещает в себя многогранную палитру впечатлений и чувств к вымышленному мной существу. Она не была никогда просто пушистиком. Она была обычной для мира, но особенной для палача и для его мира. 

Находясь подле того, кто лишает жизни, Она единственная не осуждала его и не боялась быть родной ему. Георг видел в ней не только семью, но и помощника, ведь верил, что без Её присутствия душа покойного не найдет путь к Богу. 

И, конечно, Она была тем единственным существом, благодаря которому палач находил силы жить дальше. Трёхцветный лучик света. Испытываю к ней, как минимум, уважение. Хоть она и не делала ничего такого, чего бы не смогла обычная кошка. За что уважать то казалось бы? Те, кто читал рассказ и те, кто прочитают, думаю, хоть вскользь, но поймут о чем я. 

Я не смогу презентабельно рассказать о чем эта история) Потому что это одно большое чувство тяжести. Тяжести одиночества, утраты, тяжести в необходимости быть сильным и не сдаваться, зная, что никто не протянет тебе руку. Тяжести любви к ближнему.

Но рассказ точно не о всепоглощающей трагедии, где все несчастны. Нет, все мои работы сотканы серыми нитями, и каждый читатель сам решает для себя — грусть несут они или облегчение. Радость или злобу. Свободу или оковы.

Такие вот пирожки.🪷

Буду рада знать, если такой формат вам пришёлся по нраву с:

Планирую также рассказать и о других своих работах.