Морской маг, десант и смерть

Волна ударила в лицо, за ней, ворча, накатила следующая. Сапоги набрали воду сразу, тяжело повисли на ногах, мешали цепляться за песок. Они шли вперед, шли через рокот прибоя, шли, прикрываясь круглыми щитами, держа их над головой. 

Воздух пел стрелами, выл ветром, попутным для них и гибельным для людей, прущих к берегу. Воздух пах солью, начавшимся дождем и горящей смолой. Воздух смердел смертью, дотягиваясь до новичков, пытающихся выбраться на пляж. 

«Старички» гнили на кольях, сбитых по три и расставленных перед частоколом, опоясывающим каменистый язык, раздирающий песчаную косу и уходящий наверх, к серо-стальным холмам, переливающихся травяными волнами в такт морским. Там, на холмах, за серо-белыми стенами, их ждали смелые люди. Еще более смелые ждали на каменном языке и самом пляже. 

Огненные шары величаво и неумолимо плыли над головами атакующих. Гудели тросы требушетов, запуская следующие снаряды, туго сплетенные из соломы, смолы, канатов и остро крошенных камней внутри. Полыхал карбас, зацепленный пламенеющим плевком, плавали разбитые доски соседнего, словившего прямое попадание. Шары, ухая, снижались, падали в волны, цепляли лезущих из волн пехотинцев. 

«Змеи», высадившие десант на карбасах, до поры прицепленных за кормой, отползали. Весла вздымались вверх-вниз, как лапки водяных жуков, отводя корабли дальше, пряча от требушетов, наводящихся все точнее. Одна морская многоножка уже добегалась, все больше задирая вверх затейливое рыло тарана и дно, покрытое позеленевшей медью. Через ухающее и откатывающееся море доносился звон цепей и многоголосый крик гребцов, тонущих прикованными.

Хорне ходко шел вперед, тащил на плече тощего долговязого соседа по карбасу. Дурень, оказалось, не умеет плавать и когда пришлось прыгать за борт, тут же нахлебался соленого. Чуть не утонул там, где в спокойное море щенок бы выплыл, а этот, взмахнув руками и немо открывая рот, уже потянулся вниз. 

Ему бы его бросить, выбираясь на пляж, стараясь дотянуть до косы, но… Хорне сам оказался дураком, подхватив длинного и потащил, как мог, вперед. Чуть сам не потоп, но справился. Сейчас длинный уже начал брести сам и даже потащил наружу меч. 

- Клайд! – фыркнул, сплевывая воду. 

- А? – крикнул Хорне, наконец отпустив его и подняв свободную руку над собой. Чертовы щиты, свои и спасенного, Хорне срезал, те тянули вниз. 

- Я Клайд!

Хорне не ответил, пригнувшись и пропуская над головой длиннющую стрелу из «скорпиона». Им везло, у абисской крепости все пушки были направлены на подъем с суши, откуда густо лезли осаждающие ее легионеры. Там, на твердой земле, сейчас все красное и горящее, а дым заметен даже тут. Тут, где им, морским пехотинцам, нужно сотворить невозможное – взять каменную суку с тыла, откуда никто не ждал повторного удара. 

Хорне наткнулся на настоящее сокровище. Сокровище, насквозь пробитое выстрелом «скорпиона», моталось на стреле, оседая в воду. Два собрата-наемника, погибшие в один миг, не выпустили из рук щитов. Теперь хотя бы можно прикрыться от обычных стрел, летящих все гуще. 

Клайд стянул защиту быстро, кинул один своему спасителю, сноровисто прикрылся вторым. Меч у него оказался интересным – с глубокой чашкой-гардой, широкий, как коровий язык. А сам оказался рыжим, из-под круглого шлема, выданного без подшлемника, выбились длинные пряди. 

- Держись за мной!

О, только выжил, а уже раскомандовался! Хорне, глядя на зачастившие ближе к песку длиннющие ноги, сплюнул и укрылся за ним. 

Три роты, скинутых в море, выбрались на берег сам-треть. Серо-черные, блестящие от воды, сбились в кучки, понимая – смерть, топившая их только что, сейчас примется всерьез. Если не придет помощь. А вот ее-то, в такую качку, Хорне не ждал. Не верил в такой исход и сильно удивился, когда из-за спины пророкотало, затем еще и еще.

Он оглянулся, стоя на колене и вжимаясь в песчаную сырую кашу, прячась за хреновым щитом, блоддеров хвост. И, сам не ожидая, дико заорал, радуясь увиденному всей своей только-только начавшейся жизнью. И, возможно, все же продолжающейся.

«Змеи» смогли подтянуть с моря два длинных насада, плоских как корыта, но сумевших не пойти ко дну. На каждом, смотря жерлами на врага, сейчас грохотало по четыре орудия. Если шкиперы весельных кораблей умудрятся развернуть плавучие батареи вторым бортом, то…

- Выгорит, моряк? – крикнул ему в ухо Клайд, весь в крови и прячущийся за соседом, словившим стрелу в шею и сейчас, брызгая красным, умирающим. 

Хорне оскалился в дикой надежде и кивнул. Он не знал правды, да и как ее ждать в море, особенно, если там не маре-манны, а шкиперы, ходящие по Узкому морю? Не ждал, но надеялся, ведь бежать отсюда, с его первого поля боя, было некуда. 

А впереди, на каменном языке, вдруг затрещало, донесся крик, переросший в разрозненные вопли. Что такое?

- Ханьский огонь! – Клайд покачал во рту зуб, сплюнул красным. – Они притащили ханьский огонь, морячок!

Со второго корыта, верно, вдруг завыли и задымились, улетая над головами десанта, вытянутые толстенные стрелы. Черные следы дотянулись вслед первому, уже расцветшему жарким всплеском, и защитники крепости, со всеми их укреплениями, механизмами и подкатывающим подкреплением, скрылись за сплошной стеной пламени.

- Что сели на жопы, псы помойные! – рявкнул капитан, вставая и подняв меч. – Вперед!

Стрела воткнулась ему в затылок и вышла изо рта. Вместе с красным и блестящим. 

Неполная рота, скинутая на берег, поднялась. Деваться стало некуда, люди перли вперед, прикрываясь дымом. Густо несло паленым и сгоревшим мясом, из-за клубов гари неслись вопли. 

- К воротам! – тонко орал единственный выживший лейтенант, краснея перьями на шлеме. – К воротам!

- Сам черт нам не брат! – хакнул на бегу Клайд. – Что нам с ними делать, с воротами?!

Хорне догнал его, умудрившись вылить воду из сапог. Бежать к воротам? Дурость, верно, это понятно даже ему, ни разу не бывшему в осаде. Добегут, дальше-то что, ждать, пока те прогорят? На стенах растащат мертвецов, очухаются и прижмут всех на берегу, блоддеров хвост!

Колья, обороняемые десятком пехотинцев, десант раскидал, насадив на них же защитников, после потери трех своих. Абиссцы, не умершие от ударов мечей с топорами, выли, плевались кровью, дергаясь на острых деревяшках. 

Дальше бежали по пеплу с праху и жареному мясу с горелым деревом, оставшимся после ханьского огня. Лучников, «скорпионы» и требушеты слизало, как морская матка похозяйничала в водорослях. Воняло жутко, но никто не обращал внимания. 

Дождь занялся сильнее, морские сапоги скользили по склизкому камню языка, ведущего вверх. Рота поднималась вверх сквернословя, почти не поддерживая друг друга. Да и с чего? Хорне нанялся на службу пару месяцев назад, а друзей так и не заимел. Перед десантом его вообще затолкали на другой «змей», чему Хорне сейчас радовался. Горел-то именно тот, где находились именно «его». 

- Может, у них с собой порох? – заорал Клайд, подняв щит. Зачем щит? Какой порох?

Дождь перешел в ливень и не утихал, бил все сильнее, вставая стеной перед глазами. Через него, вяло и неточно, снова полетели стрелы, вот тебе и щит. Хорне поднял свой, надеясь, что стрелки также не видят – куда стрелять, как он наступающих перед собой. 

Донесся грохот, за ним еще и стало ясно – на стене есть аркебузьеры. Кто-то закричал, не удивив -  пулям дождь не помеха, а рота скапливалась под стенами все плотнее. Огненным боем стреляли со стен нечасто, стараясь не расходовать порох. 

- Видно, морячок, порох-то наши утопили, высаживаясь. – Клайд, сидя на колене и щурясь на не прекращающийся дождь, сплюнул. – Шарахнули бы ворота и вперед, хоть подсохли бы, да согрелись в драке. 

А, вот какой порох… Хорне, мокрый, куда там утопленнику, морщился: вода лезла в глаза, в рот, едко колола солью… Солью?!

Он оглянулся, надеясь рассмотреть берег, но не вышло. Все встало на свои места, зародив в груди страх. Драться с людьми, даже если тебя бьют из пушек, это одно, а вот воевать с колдунами, морскими чертознаями, проклятыми мар-витт, другое. 

- Там колдун! – Хорне толкнул Клайда. – Морской колдун, чуешь, вода соленая?!

- А? – тот наклонился ближе, стараясь перекричать гул от непрекращающегося ливня. – Врешь?

            - Да блоддер тебя задери, - вспыхнул Хорне, - ты морскую соленую воду от пресной не отличишь? На язык попробуй!

            Рыжий попробовал, сплюнул и вздохнул. 

            - Нас смоет, что ли?

            - Да! – крикнул Хорне. – Он или она, все равно, сейчас набирается сил и готовит волну. Я видел на камнях соль, сухие водоросли, но не понял. 

            - Эх, моряк, жалко… - Клайд ухмыльнулся. – Я же плавать не умею, думал, на берегу погибнуть героем. А придется рыб кормить. 

            Хорне хотел что-то ответить, понимая, что вряд ли поможет, но не успел. Из-за спины, со стуком по камням, кто-то шел. Спокойно и не сбиваясь, заставляя оборачиваться и пялиться в мутную дождевую стену, созданную морским колдуном. Ну, или ведьмой. Откуда там кто взялся?

            Вода разошлась, пропуская пятерку легионеров в густо-синей форме под черными доспехами. Таких Хорне и видеть не видел. А между ними, прикрытый вытянутыми большими щитами, шел человек в багровой грубой одежде, с посохом, окованном железом и босиком. Лица, спрятанного под капюшоном, не увидеть, одна седая борода торчит. 

            - Отвернись, солдат! – рявкнул легионер. – Остальные – тоже. Закрыть уши и глаза!

            - Пусть смотрят, солдат. – Человек в сутане остановился. – Не мы первые начали, а враг наш прибег к силе противника Господа и Мученика. Они дают нам силы и разрешают пользоваться ею к вящей славе Церкви и Кесаря. 

Чем пахнет приключение? Настоящее, не шибко фальшивое? Оружейной смазкой, сгоревшим порохом, въевшимся потом, вражьей кровью, доброй сталью, неизвестным берегом, просмоленным деревом, мокрой парусиной, трофейным вином, листовым табаком и бескрайним морем-океаном? Именно так. Настоящее приключение измеряется узлами, морскими милями и звенящими золотыми, взятыми в абордаже.
По местам стоять, псы соленые, корабль будет наш, ху! Новое приключение в мире Освальда, охотника за головами, перед началом работы с последней книгой трилогии. С новыми героями, уже встречавшимися с ним в "Алой ярости". Здесь тоже сталь соседствует с магией, но вместо камня, песка или земли, под ногами лишь палуба и темная пропасть морской глубины.
Читать: https://author.today/work/39265