Бизнес-план

Я никогда не умел что-либо продавать, но восхищаюсь идеями, которые приходят в светлые, свободные от любых рамок и предрассудков головы создателей рекламы. Да и не только прямой рекламы, но также трендов, «хайпов» и модных веяний, — короче, я про идеи креативщиков всех уровней и направлений.

Вчера вечером в доме работал телевизор. Проходя мимо, я бы так и прошёл мимо, если бы не это слово, которое прямым выстрелом в голову привлекло моё внимание: «рынкинг». Репортаж был про «рынкинг», вели его две девушки со светлыми, до уровня анекдотов, волосами. Место действия — понятное дело, рынки необъятного города-героя Москвы. Этот репортаж — основа для новых, уже упомянутых выше анекдотов, но сейчас разговор совсем не о содержании передачи. И даже не про «рынкинг»: что это такое, можно погуглить, кто не знает; я, к примеру, так и сделал.

Сейчас — про само слово. Обратил бы я внимание на репортаж, на само явление, если бы не оно? Вряд ли.

Ещё вспомнил про «избинг». Слышали? Это такой вид туризма, когда дикие горожане соприкасаются с цивилизацией деревянных домов, улиц, не знавших асфальта, и ночного неба, не засвеченного обилием уличных фонарей и потому щедро усеянного звёздами. Всё хорошо: сам живу между городом и деревней, отлично понимаю, зачем и кому это надо. Не просто надо — иногда необходимо, до боли там, в той важной части человека, которой, согласно старым, но снова модным исследованиям, вроде бы и нет.

Но придумать слово «избинг» было нужно, чтобы продавать. Это плохо? Не думаю, не в этот раз. Только почему всегда всё кончается на «-инг»? Опять мы — аборигены, над которыми тяжело проносят «бремя белого человека»? Или я всё усугубляю, вижу проблему там, где её нет?

…Ладно, съезжу, пожалуй, на фермерский рынок в нашем захолустье, куда ещё не докатились столичные модные тенденции, а вечером устрою «банинг». Люблю я это. Может, стоит зарегистрировать права на слово? Вдруг получится, разбогатею?)