Опубликовал двадцать первую главу книги "Рунистка из глубин. Том 3".

Опубликовал двадцать первую главу книги "Рунистка из глубин. Том 3". Миранда пытается починить свой подводный катер.

...Зрелище удручающее. Рваные пробоины в обшивке, наглухо оплавленные рунные линии, треснувшие корпуса преобразователей, из которых вытек стабилизирующий состав… Двигатель действительно мёртв. Восстанавливать его в прежнем виде — всё равно что пытаться оживить труп.

Я вздыхаю, достаю блокнот и принимаюсь зарисовывать то, что осталось от маго-механических цепей. Медленно, тщательно, фиксируя каждый обрыв. Примерно через час передо мной лежит детальная схема разрушений. Я смотрю на неё, и тут меня вдруг накрывает воспоминание.

Тот боевой катер. Новейший, сверхсекретный перехватчик. Тот самый, который я вскрывала по заказу Эйнара. Тогда я работала в диком напряжении, почти на ощупь обходя сложнейшую многослойную защиту, и больше всего меня поразил именно его двигатель. Компактный, невероятно мощный, с совершенно иной, невиданной мной ранее архитектурой рунных потоков. Я тогда впервые в жизни увидела, как можно за счет перекрестных контуров выжать из морского эфира гораздо больше энергии, чем дают обычные, стандартные схемы.

Я замираю, тупо глядя на свои чертежи разрушенного хлама. А что, если…

Я решительно переворачиваю страницу блокнота и начинаю рисовать заново, с чистого листа. Я не пытаюсь восстановить старый двигатель. Я пытаюсь вспомнить и воспроизвести по памяти то, что видела в недрах того перехватчика. Не полностью — конечно, я запомнила далеко не всё, — но основные принципы, ключевые узлы и то самое необычное распределение критической нагрузки…

Карандаш быстро летает по бумаге. Работа захватывает меня с головой. Через три часа плотного, изматывающего труда у меня на руках оказывается грубый набросок. Очень грубый, местами фрагментарный. Но в нём определенно есть живое зерно.

Когда покидаю катер, замечаю как Маркус внимательно смотрит на пробоины в корме катера, в районе двигателя. Он явно понял каким оружием они сделаны.

Вечером в комнате общежития я долго сижу за столом, вчитываясь в свои каракули при свете лампы. Вокруг тишина — Астрид ушла на встречу с кем-то из старшекурсников. Немного поколебавшись, я достаю рунфор и набираю отца...

Начал работу над двадцать второй главой "Рунистки".