Стеклянная птица, которой больше ста лет

В романе есть старик Николай Иванович, который в двадцатые делал стеклянных зверей для спектакля. Он хранил их всю жизнь. Не отдавал. Боялся, что разобьются. А потом понял: если держать — всё равно разобьются. Это не только про стекло. Это про вещи вообще. У меня дома есть чашка, которой пользовалась бабушка. Ей больше пятидесяти лет, на ней трещина. Я её не выбрасываю — но и не прячу в шкаф. Пью из неё чай. Потому что вещь жива, пока её используют. Пока её держат в руках, а не в коробке.