Самореферентный рассказ

В этом рассказе сто сорок три слова, а завязка заключается в том, что автор ищет достойную развязку. Чеховское ружьё должно уже выстрелить. Здесь три персонажа – рассказ, автор и читатель. Действия двигают историю стремительно, да так, что она уже провела экспозицию. Когда-нибудь рассказ найдёт свою кульминацию, но ему нельзя торопиться, ведь иначе развязка будет недостойной. Нужно придумать препятствие, но дело в том, что оно уже преодолено. Крайне важно, что история получила непреодолимую преграду – будучи самореферентной, она не может создать настоящий конфликт. Ой, постойте, она уже это сделала. Или нет? Кажется, она сделала нечто большее. Это большее позволило ей измениться – стать достойной конца. Автор достиг своей цели и решил сделать поворот. Здесь чеховское ружьё может выстрелить (хотя оно могло выстрелить и раньше, и позже). Его должен активировать читатель, чтобы завершить рассказ. К сожалению, этот рассказ вечен, и его путь завершится только по воле читателя, потому что в этом рассказе сто сорок три слова, а завязка заключается в том, что автор ищет достойную развязку. Чеховское ружьё должно уже выстрелить. Здесь три персонажа – рассказ, автор и читатель. Действия двигают историю стремительно, да так, что она уже провела экспозицию. Когда-нибудь рассказ найдёт свою кульминацию, но ему нельзя торопиться, ведь иначе развязка будет недостойной. Нужно придумать препятствие, но дело в том, что оно уже преодолено. Крайне важно, что история получила непреодолимую преграду – будучи самореферентной, она не может создать настоящий конфликт. Ой, постойте, она уже это сделала. Или нет? Кажется, она сделала нечто большее. Это большее позволило ей измениться – стать достойной конца. Автор достиг своей цели и решил сделать поворот. Здесь чеховское ружьё может выстрелить (хотя оно могло выстрелить и раньше, и позже). Его должен активировать читатель, чтобы завершить рассказ. К сожалению, этот рассказ вечен, и его путь завершится только по воле читателя, потому что...