Наука прекрасна
Автор: ФамНашла у себя старый текст. Он личный и местами наивный. Захотелось им поделиться.
Наука прекрасна, наука горда, как дева из ранних мальчишеских грез, она идеальна в своей красоте. Улыбка пленит, томный взор обольщает, а бархатный голос манит в мир страстей, рожденный инстинктом в наивной мечте. И сердце застыло, сирена нагая, смеясь, увлекает юнца за собой, из рук ускользая, но взором лаская, легко облекая желанием явь. Отрок околдован, и ум обречен: рабом пресмыкаться, вниманья моля, как пес просит ласки, пустыня-дождя, больной-панацеи, а мертвый-вздохнуть.
И видит юнец неприкрытую плоть, и слышит юнец неприкрытую ложь, и мыслит юнец… но о чем это мы? Не мыслит юнец, но желает юнец, поймать, овладеть, жажду грез утолить, и гранью фантазии сделать порез, чтоб кровь забурлила, и сердце забилось, продолжив свой прежний размеренный бег. Но похоть по венам юнца разливая, красотка вздыхает, красотка скучает, не манит ее пылкой страсти порыв. Она лишь пастушка, и нет в том вины, что мир плодороден, а сытое стадо бредет лишь туда, где легче дороги, где слаще обман, где музы трепеща, соблазн обещают: то райские кущи, то вечную жизнь, то злато из камня, то мощь ворожей. Что делать науке? Не хочет отара по скользким камням к дебрям истин брести, коль сладко зовут вниз спуститься сестрицы, что младше, доступней, понятней науки, за бренную душу готовы отдать, что сердце желает, мечта распаляет, а плоть заявляет права. И вот облачившись, в наряд из эдема, наука флиртует, наука прельщает, взывая к инстинкту, вперед увлекая, соблазн словно шоры, надев на юнца. Но если бы похоть, юнцом не владела, то он бы увидел, что дева стара, что краска скрывает морщины и шрамы, что взор полон грусти, в нем память о тех, что так же покорно брели за мечтою в надежде постичь тайны мира творенья, что юный порыв обращают в талант. И глядя на это, наука вздыхает, судьбу упрекая, судьбу порицая, чья прихоть иль просто случайный каприз когда-то давно в бесконечных пустотах из пыли создали зародыш сознанья, на мысль обрекая космический прах. Чтоб вечно рождаясь и жизнь проживая, стремились частицы друг друга найти, чтоб миг разделить, снова в прах обратиться, вернувшись к истоку, что в сути начало для жизни и мысли, и новой звезды. Но если все правда, и мы лишь частицы, что раньше брели в пустоте меж мирами, то знаю я точно, что были когда-то с тобой мы одною звездой.