Немного о трагедии второго тома «Мёртвых душ»
Автор: Кирилл Терехин
Сегодня утром я задумался снова над этой великой поэмой. Также решил перечитать свой пост и заметил, какую ересь я написал о сожжении второго тома. Я буквально сказал, что после сожжения Николай Васильевич спас свою душу! Сейчас я подробно изображу картину той реалии, в которой я убеждён теперь.
Николай Васильевич Гоголь не первый раз тогда сжигал второй том: под тяжестью душевного кризиса он сжёг первую редакцию второго тома «Мёртвых душ» в 1845 году. Причиной тому, как известно, было тяжёлое душевное состояние и осознанное решение, поводом которого стали неубедительные положительные герои, противостоящие ярким героям первого тома. Конечно, это событие его не сильно опечалило, потому как это была неудовлетворённость того, что в итоге хотел получить Гоголь. Поэтому и после первого сожжения он решил заново начать работу над вторым томом.

Вспомним его молодые годы, когда его поэма «Ганц Кюхельгантер» подверглась жестокой критике. Конечно, автор расстроился, но он не решался сдаваться и, борясь, в итоге написал замечательную работу «Вечера на хуторе близ Диканьки». Здесь можно сказать то же самое: Николай Васильевич сжёг, но не сдался и продолжил свою работу над вторым томом «Мёртвых душ». Я сам читал остатки первой редакции второго тома и самостоятельно увидел, что первая редакция более написана как первый том, но более лукаво, если можно так выразиться; а те сохранившиеся фрагменты второго тома написаны совершенно иначе и намного лучше, глубже. Так что можно сказать, что первая редакция второго тома сожжена во славу Божию. Но перейдём теперь к самой трагедии.
С 11 по 12 февраля 1852 года произошло сожжение второго тома «Мёртвых душ». По словам Сергея Аксакова и других читателей со слушателями, это была высоко оцениваемая работа. Однако Николай Васильевич поддался искушению: после последнего разговора с протоиереем Матвеем Константиновским Гоголь совершенно сбился с пути. Он не ожидал, что тот, кого он добивался, скажет уничтожить работу под предлогом спасти собственную душу.

Матвей Константиновский, вероятно, не требовал от Гоголя уничтожить рукопись напрямую. Возможно, он высказал духовное предостережение или дал совет, который Гоголь, находясь в состоянии тяжёлого кризиса, понял как необходимость сжечь рукопись. Поэтому обвинять одного Матвея было бы упрощением: трагедия возникла из сочетания душевного состояния писателя, его религиозных сомнений и влияния окружения.
Однако вопрос: нуждалась ли душа его в спасении или он под давлением обманул самого себя и поддался искушению? К сожалению, это вечный вопрос, на который нельзя дать точный ответ — только догадки. Лично я считаю, что его душа не нуждалась в спасении. Ибо он считается самым религиозным писателем русской литературы, по мнению литераторов. Сам он после не чувствовал себя лучше: говорил, что его обманул лукавый и он поддался искушению.

Не я один так думаю: Илья Ефимович Репин в 1909 году создал картину под названием «Самосожжение Гоголя», где прямо на лице Николая Васильевича выкатываются слёзы и внутренний крик.

В заключение можно сказать, что первая редакция второго тома была сожжена во славу Божию, а конечные главы — это самообман, самосожжение и отдача лукавому. Под давлением духовного кризиса, лихорадки и людей, склоняющих к лжи и уничтожению, произошла эта трагедия.
Это не столько трагедия для самого писателя, сколько вечный урок для всех нас: не поддавайтесь искушению и самообману даже в минуты сомнения, потому как на то дарован нам талант, чтобы Господь нашими руками творил. Бог не обманет, и если будешь продолжать трудиться, творить, бороться с самим собой и лукавством, то никогда не повторишь трагедию великого нашего Николая Васильевича Гоголя.