Кусочки моей головы, или Воспоминания о сексе с Пушкиным...
Автор: Сара БуничЗдравствуйте, на связи очередной ноунейм литературного сайта, который еще в марте этого года и понятия не имел, что когда-нибудь, а еще и так скоро, возьмёт да и напишет целый роман на 600 страниц, история которого на этом еще и не закончится...
Так и вот она я. Пишу первый пост в блоге о том, как странно и страшно здесь находиться, но я твёрдо решила, что наглость – второе счастье, и ничего случайного в этом мире не бывает.
Если подумать, то это вовсе не мой первый писательский опыт. Я писала с детства. Когда-то у меня даже был блокнотик с интересной розовой обложкой, на которой была изображена уродливая танцующая девочка. Каждый белый нелинованный лист внутри я посвятила написанию фантастической истории о том, как эта самая девочка магическим танцем побеждала противников. Попутно я там рисовала еще и сопровождающие картинки. Не думаю, что когда-либо показывала кому-то этот шедевр.
Примерно в это же время мой более короткий рассказ захейтила мама за нереалистичные представления о способностях пятилетних детей держать куриную тушку в одной руке. Это было где-то в начальной школе. В ней же на сдвоенном уроке русского языка я в спешке написала историю про двух капелек, которые пережили вместе какие-то приключения, а под конец истории поженились. Я так увлеклась писаниной, что даже не вышла на перемену, стараясь успеть запихнуть в историю все появлявшиеся на ходу мысли. В результате накарябала 5-6 тетрадных листов, полных ошибок, естественно.
В средней школе, помню, как эпатажная возрастная учительница русского и литературы, которая мечтала о сексе с Пушкиным (именно так и говорила!), попросила нас написать альтернативную концовку «Дубровского», а затем зачитала мое сочинение в качестве «позорного сюжета» перед всем классом в день, когда я болела и не пришла. До сих пор помню звонок подруги с рассказом о прошедшем уроке. И это ощущение, когда сначала кажется, что ты ослышалась, потом все как в туннеле, в ушах стук сердца, в руках – дрожь, дышать тяжело. Унижение, после которого я до ужаса боялась фантазировать открыто.
Возможно, болезнь в тот день даже спасла меня от ещё большего позора. Плакать при всех в классе или спешно выбегать, хлопнув дверью – было бы не лучше...
Тем не менее жизнь все равно как-то продолжала складываться вокруг языков и письма. Учась на преподавателя английского, я начала изучать корейский, забросила, взялась самостоятельно за китайский и так и пошла с ним дальше. Не буду рассказывать о жизни и работе в Китае, но скажу, что это послужило толчком к тому, чтобы заняться переводами. Я переводила на русский инструкции, правительственные сайты, рекламные слоганы, начала вести небольшой бложик в вк, а затем внезапно нашла себя с ноутбуком на коленях, занимаясь переводами непристойностей. Мне просто предложили поработать с современной китайской романтикой, а потом все скатилось до «грудей, похожих на белых зайчиков» и «нефритовых жезлов». Честно, это был интересный опыт, но короткий. Работа письменного переводчика и редактора в целом мало где ценится, а с китайской жадностью это больше стало напоминать рабство.
Шли годы, я тайно переводила документальные и исторические работы за китайских профессоров русского языка, чьи имена оказывались на обложке. Не сказать, что я возражала, платили хорошо.
Затем пришло время ИИ, я полностью ушла из перевода, случился второй в моей жизни огромный переезд (уже из Китая в Израиль), овладение новым языком и кризис идентичности.
И в один из дней, когда я посылала мысленные проклятия школе, в которой к тому времени больше полугода преподавала английский, глубоко внутри моего компьютера я нашла старый файл с историей, которая пришла ко мне во сне шесть лет назад и которую я попыталась написать, но так никогда и не закончила. И внезапно я выпала из жизни на три месяца. Я писала, как очумевшая, понятия не имея, куда шла эта история. Я садилась, вставляла наушники с тяжелой хардкор-музыкой и просто смотрела в голове фильм, попутно щёлкая когтями по кнопкам клавиатуры.
Вот так и родилась книга, которую я потом редачила в два раза дольше, чем писала. А потом я решила, что после всего того, как история вытянула меня из жизненного кризиса и помогла разобраться в себе, её нельзя не выставить. Даже если страшно впускать незнакомых (и особенно знакомых) людей в свою голову, даже после детских травм, связанных с вольным писательством, даже если историю можно было бы дочесать сильнее, и даже если она предполагает вторую книгу, а я решила вместо этого писать абсолютно левую историю в жанре фэнтези и уже написала там 50 страниц.