НАСА по пятницам. "Пей свой кофе и молчи!"

Добрый вечер! Сегодня пятница, тринадцатое, то есть мой любимый день! 

Вчера у меня случилось важное - я в своей фирме перешла в другой отдел, и теперь вполне официальный программист, а пириводчег только на сдачу,  что меня невероятно радует и переполняет гордостью! Давнее любимое хобби понемногу становится ещё и любимой работой, а это очень классно и радостно!

А байка про НАСу сегодня будет коротенькая - и тоже про одно там позорное мое выступление. Ага, дурацких ситуаций, в которые приходилось влипать, у меня  много, так что хватит, наверное, на много пятниц вперёд...

Это было в самом-самом начале моей работы в НАСе. Чуть ли не в первый вообще приезд в Хьюстон из дикой Западной Вирджинии (да, я знаю, как правильно, и нет, исправлять не буду).

Переводческая компания, которая обеспечивала толмачей на двусторонние встречи в НАСе, держала энный штат переводчиков, а еще приглашала на особо крупные встречи заштатников из резерва, который был, по моим прикидкам, примерно размером эн на двадцать, если не больше. 

Та встреча была очень людная, в Хьюстон приехало сразу много групп из России, так что нас, заштатников, тоже набралось порядочно. А незадолго до встречи посмотрела я, по настоянию Бывшенького, одну там фильму...

Вообще я кино ниочинь - не было у меня к нему большой привычки. В шесть лет я нечаянно поранила глаз ножом, и моя спасительница - наш прекрасный окулист, выдохнув и закрасив седой клок в красивой высокой причёске после того, как все обошлось, запретила мне телевизор почти что полностью. Сказала - максимум час в неделю. Ну, и в семье блюли сей запрет класса этак до восьмого. Чтение мое ограничивать было невозможно, а по телеку я особо не страдала и так. 

А Бывшенький (на тот момент, правда, актуальненький) кино как раз обожал. И иногда сподвигал меня на совместные просмотры. Я плевалась и отбивалась обычно, но ему было временами проще дать запрашиваемое, чем объяснить, почему я не хочу это видеть.

Короче, посмотрели мы с ним одну там фильму. Его, вишь, страшно заинтересовало, как я оценю "русские" фразы, выдаваемые звездой фильмы, разумеется, с субтитрами на английском.

Ох, ребята... Смотрели мы эту чушь ещё на видеокассете, и я ее честно перематывала раз по шесть, чтобы хоть отдаленно понять, что там главный герой несёт. Даже с субтитрами, хорошей фантазией и неплохим таким опытом синхрониста разобрать то, что звезда экрана выдавала на типа русском, не было ни малейшей возможности.

И вот приезжаю я в Хьюстон. Ещё бурля от пережитого. Встреча большая, перерывы щедрые (не то, что на печальной памяти прогрессивном телеконе, когда я чуть не потеряла лицо). Кофе хоть и привычно дрянский, но всегда в наличии. 

И вот стоим мы милым таким переводческим кружком, болтаем, перетираем разное интересное. Заходит разговор про озвучку, субтитры и прочее киношное. 

И меня прорывает. И с огромным возмущением я выпаливаю: 

— Ох, и хотелось бы мне посмотреть в глаза тому, кто Шона О'Коннери учил говорить по-русски для "Красного Октября!" Это же ужас, что такое, там ни слова не разобрать! Вот этим консультантам самим не стыдно за такую лажу, интересно?

В ответ кто кивает, кто смеется. И вдруг невысокий пожилой дяденька в светло-коричневом летнем костюме, стоящий примерно через пять человек от меня, салютует мне кружкой с кофе и спокойно так говорит: 

— Я к вашим услугам, сударыня...

Мама дорогая. Было ужасно неловко. Потому что тогда я совершенно не представляла, насколько тонка прослоечка коллег-профи. 

Вот чесслово, лучше бы стояла молча кофе пила. Даже пролить его на белоснежный пластрон моего прекрасного офисного костюма было бы менее позорно.

Дядечка, кстати, если и обиделся, то виду не подал. А спокойно и с юмором пояснил, что он даже и не очень виноват, и что лажа правда вышла. Но не потому, что он сам накосячил, а потому, что эммм... В общем, насколько я поняла, обучаемый считал, что ловит все на лету, повторял по одному разу и не реагировал на попытки что-то поправить.

Вот такая неожиданная встреча в холле представительского здания "два-эс" на территории КЦД у меня случилась. Заставила покраснеть и научила осмотрительности в выборе оценочных суждений.    

Как думаете, позор или ничего страшного? 

(Имейте в виду, я тогда была в самом начале своей переводческой карьеры, было мне слегка за четверть века, и любой, даже небольшой свой промах я серьезно считала катастрофой.)

Ну, и рассказывайте про свои неловкие моменты, и да будет вечер пятницы! 

Впереди выходные, ура!