Опубликовал новый текст - "КОРМЫШИ"
Автор: МаксВОпубликовал новое произведение. По объёму – роман, по жанру… Вот тут, как обычно, начинается умодробление. Вроде бы сказка, а вроде бы и хоррор, но если приглядеться, то и на психологический триллер можно стрелки перевести. Присвоил, всё-таки – ужас, хоррор, хотя и скрипел умом при этом.
https://author.today/work/686765

История о событиях, происходящих в мире домовых, то есть – кормышей. Тут надо обязательно уточнить, и по-честному – удобнее будет понимать тонкости характера и особенности их восприятия этих существ, если ознакомится с романом «Кормыш». Расписывать детали их мира, и особенности поведения я счёл неуважительным к читателю, тратя его время на повторное прочтение этих деталей. Достаточно будет почитать хотя бы начало «Кормыша», где это подробно расписано.
Ну и немного о тексте. Это мрачная, атмосферная история в духе хоррора с глубокой психологической проработкой. В центре – переплетение двух линий: маленького, самоотверженного существа, для которого доброта – не слабость, а способ держаться за жизнь, и человека, давно отгородившегося от света и превратившего свою боль в холодную необходимость. Город и подземелья здесь – не просто фон, а живые пространства, хранящие чужую боль и шепчущие забытые истины. Роман погружает в тревожную, плотную атмосферу, где каждый шаг отзывается эхом прошлого, а простое желание сделать мир светлее становится почти подвигом.
Главная тема – как тьма, выстроенная как защита, в итоге становится тюрьмой, и как даже в самой глухой темноте можно найти место для сострадания. Тон – тяжёлый, но не без надежды: история говорит о том, что ответственность за чужие жизни способна стать точкой опоры там, где, казалось, уже не за что держаться.
Обложка – временная. Думаю, скоро заменю. А попозже и иллюстрации появятся.
Ну и немного из текста:
«…Уже высвобождая ноги, он осознал, что не сможет убежать и босиком – ноги всё равно застрянут. В этот момент что-то ударило его в затылок. Не успел он развернуться, чтобы понять, что происходит, как сильные, колющие удары градом посыпались по спине и голове. Не выдержав такого напора, и чувствуя сильную боль в израненной спине, беглец рухнул вперёд…»
«…– Как интересно…
– Очень интересно, слушай дальше. Пикел ещё добавил, что Данил в эту прошивку разные истории собирал, правда я не знаю, что это такое. Как люди грибы собирают, или детей в школу – видел. А что такое истории собирать, точно не знаю. Может ты сообразишь. Вот так он отдал мне это «собрание историй», и сразу же куда-то укатился. Думаю, спешил сильно…»
«…Они расселись прямо на полу, среди коробок и рулонов ткани, и начали обсуждать. Говорили тихо, чтобы не спугнуть даже намёк на след. Кто-то принёс с собой пакетик чая, кто-то – недоеденный кусочек пирога, и вскоре по кругу пошла тарелка с угощением, хотя есть никому не хотелось…»
«…– Да они же хулиганки! – возмутился Ганех, качая головой. – Вчера одна такая «помощница» утащила у меня сухарь прямо из-под носа. И ещё каркнула, будто смеялась! Перо бы у неё из хвоста выдернул!
– И вообще, они вечно над кем-нибудь подшучивают, – добавил Нигал, тихо поёжившись, будто вспомнил что-то неприятное. – То шляпу стащат, то начнут повторять твои слова эхом: «Карр-Карр-Карр! Нигал… Нигал… Ты сухарик проморгал!» Пока не покраснеешь…»
«…Он ждал, не шевелясь, сливаясь с темнотой, становясь её частью. Его пальцы были скрючены, ногти впивались в ладони, но он не замечал боли – она растворилась в напряжении, став лишь ещё одной гранью этого холодного, безжалостного ожидания…»
«…«Знакомиться с этим я не хочу, – пронеслось в его голове, жёстко и окончательно. – Вдруг оно опасно. Значит, сперва нужно умертвить, а потом уже глянуть». Эта мысль не была жестокой – она была прагматичной, как удар камня о камень…»
«…Кормыш двигался бесшумно, как тень, скользя по переходам, принюхиваясь к воздуху, который здесь был пропитан не только сыростью, но и чем-то ещё – чем-то резким, чужим, неестественным. Он искал следы пропавших домовых, и эти следы вели всё глубже, к логову…»
«…Его лицо было тёмным, покрытым копотью и грязью, а в глазах горел тот самый странный отсвет, который кормыш видел только у существ, прикоснувшихся к запретному…»
«…Голод становился всё сильнее, и это был не обычный голод, который можно утолить куском мяса или горстью сухарей. Это был голод, который жил глубже, в самой кости, в самой крови. Он требовал того, что давало силу, ту самую густую, тяжёлую энергию, от которой мир становился чётче, звуки – громче, а собственные движения – быстрее…»
«…А потом тьма сомкнулась окончательно. Не с грохотом, не с воем, не с вспышкой. С тишиной. Такой полной, что она сама стала звуком – низким, гулким, бесконечным, как дыхание земли над могилой, которую никто не заметит. Пустой голос тишины…»
«…закопали прах в угол подвала, под плоский камень. Делали это без спешки, без лишних слов. Кто-то принёс горсть сухой земли, кто-то аккуратно разровнял, кто-то положил сверху маленький камешек, чтобы отметить место…»
На этом всё. Приятного чтения!