Лев Толстой, ты покойник, уходи! или Учат в школе, мучат в школе
Автор: Константин Чиганов
По литературе в школе я учился на отлично. Если уж по правде, прямо так, в глаза. Хотя мне с учительницей в старших классах повезло необычайно, гениальная дама.
Так что рассказывать мне, будто я, педагог с уже двадцатилетним (черт побери, остановись, мгновенье! Лет на двадцать!) стажем ничего не понимаю в детишках, учении и литературе — не стоит.
Что касается школы, то там родная литература почти МЕРТВА. Как эпичная кобыла. И бодрить ее на наличных кормах бесполезно, даже кавалерист-некромант не справится, плюнет и уйдет в запой.
О чем в основном идет речь в курсе? О покойниках. О мертвых государствах, о мертвых жизненных укладах, о мертвых отношениях мертвецов, которые никогда уж не вернутся к жизни. Крепостное право, дуэли, порка шпицрутенами, мокрый трупик Муму. Анна Каренина бросилась под поезд, и он долго влачил ее жалкое существование.
Нет, для историка это может быть любопытно. Нравы, обычаи и драмы. Иная планета. Но история в школе есть и так. Только там хотя бы пирамиды и слоны Ганнибала. В курсе русской литературы нет почти ничего живого.
Светоч и лапушка — Александр Сергеевич милый. Сказки, поэмы, храбрый и стойкий как оловянный солдатик Петруша Гринев, «ветер по морю гуляет», повести Белкина и «Полтава». Не вопрос, нужен, гениален, пущай будет. И то — понятно, в ССР всё должно было вести к коммунизму, даже дорога на кладбище. Вот и пихали мнения Белинского и прочих разночинцев о Пушкине в учебники. Светоч? Обязан вести к пролетарской революции, ибо нефиг. Теперь вроде коммунистов подвинули (и притом вставили в школьную программу левейшего Прилепина с его политической дичью, дратути, давно не виделись). А все равно, Пушкин в ответе за все. Оставьте уже упокоиться бедного мулата с миром, а? У него и так на том свете от таких читателей-почитателей все перья из крыльев повылазили и нимб перегорел.
Лермонтов с «Бородино». Чудные стихи о воле и природе. А вот герой СВОЕГО времени уже несколько выпадает из реальности. Высший, тончайший слой всех этих графьев и баронов, ну, понятно, свои обычаи и игрушки. Господа, как хочется стреляться! Кстати, оба автора тем и кончили жизненный путь. Оптимистичненько. Надо этовсе школьникам восьмого класса в деталях? Это скотское отношение к женщинам, бля-во с чужими женами и мораль «шлепну приятеля как муху за одно слово»?
Толстой Лев. Ладно, мысль народныя в «Войне и мире». Ладно Наташа Ростова, коя дура набитая, дикая, как коза дереза, зато «душевная». Но уже Анна с Вронским: ну на кой? Ну на кой-современным школьникам и школьницам знать, как тяжко было разводиться в царской России? На кой им страдания неверной тетки (наркоманки к финалу), ее гвардионского любовника и мужа с большими ушами?! Что, учить больше нечего?
Достоевский. Ну, тут всем классом к психиатру. Убивец старушек, убивец красавиц, психический князь-иисусик, все, буквально все помешанные. Курс для подготовки студентов психиатров?
Прекрасные иллюстрации. Как и биография их творца, кстати. Нормальным детям вот это все на хрена?
И куды не плюнь, кого не возьми, ни единого душевно здорового человека. Ну вот разве Петр Иваныч в «Обыкновенной истории». И то ему автор в финале подгадил с женой.
Еще пара гнедых, эпизодических Максим Максимычей и стрекозлов Стив Облонских. Остальных прямо в Кащенко. Все страдают, мучатся, умирают и уходят в монастыри. Причем в 90% случаев по сугубо внутренним побуждениям психостеников. Кажется, один Андрей Болконский принял честную смерть от боевых ран. Остальные сгинули по дурости. Мцыри, Базаров, Ромашов.
Детей нам не жалко?
Нет, скажу нецензурно и антицензурно, пусть знают. Про Раскольникова, Каренину и Муму. Пусть. Кратко рассказать и показать, заинтересовать, блин, это любой мало-мальски талантливый литературовед сумеет. Если его фамилия не Мединский. Чтоб открыли, заглянули, заценили, а зашло так и до конца прочитали. Зачем мучить недорослей ЧАСАМИ судьбой психобольного бывшего студента?
Хотите вы дать им примеры для подражания? Хоть сколько-то подходящие к нашему времени и их ВОЗРАСТУ? Ну поищите в родной литературе помимо развратных бездельных дворянчиков позапрошлого века и поэтов серебряного, кокаинистов и декадентов.
Вот Куприн. Ну да, в программе есть. Что там есть, с каким соусом? «Психический» сталкер Желтков, что ничем никогда в жизни не занимался путним кроме тасканий за чужой женой? Почему не чудесные «Юнкера», как раз о юности и первой любви? Ладно хоть рассказы его не забыли.
Забавно, что в программе есть Чарская, причем самая ее нелепая вещь, «Сибирочка», но тут ничего, как раз и возраст читательниц и известность своего времени, пущай. Но в качестве классической литературы ну пардоньте…
Кто такое Ремизов? Милый, конечно, с дичью многоколенной про «зайку» и рассказом о половых приключениях студента Турки, но к чему он тут вообще? Почему не Юрий Слепухин с отличными романами о предвоенной нашей молодежи, я поминал их в «книжках»?
Кошмарно корявый и нечитабельный совершенно «Котлован» Платонова есть (и вообще Платонов будто писатель уровня Чехова, их почти одинаково в программе, ей-ей, ну с чего?), прекрасного «Зеленого фургона» Козачинского нету.
Спасибо, Ильфа и Петрова не забыли… упс, стулья-то завезли, а золотой теленок из программы потерялся, ушел в лес погуляти! Про одноэтажную Америку и поминать страшно, иноагентом ославят.
Слушайте, может, поменьше корявых и забытых книг, побольше реальной классики, оставшейся в памяти народной?
Алексин, положим, не худший автор для молодых, но почему полоумная «Безумная Евдокия», самая нелепая пожалуй из его повестей?
Булычев есть, и не одной строчкой, уфф! И Тим Собакин милейший есть. Спасибо, составители. «Презренных фантастов» помянули все же. Ефремова нет, неа, ни «Таис», ни «Туманности», ни «Лезвия бритвы» столь любимого мной подростком.
И Стругацких нету. Вот нету. Не было таких писателей, что до сих пор обсуждают и снимают, и будут обсуждать еще лет сто!
Учите, школота, оду Тредиаковского на воцарение Ее Величества Государыни Екатерины.
Клади, говорю, все взад!