Бугимен не умирает

Автор: Владислава Азис

Продолжение в текстовом изложении действий Майкла после размещения им тела Лори в своём подвале + немного больше мною вклиненных фанатских подробностей из его прошлого.

(Тематическая генерация)


"Её труп будет гнить около двух недель. Он видел это неоднократно. Когда прятался от полиции в коллекторах, вскрывая канализационные люки, и случайно обнаруживал там бездомных. Кто-то умирал сам по себе, а он наблюдал, что затем происходило с естественно разлагающимся телом. Кого-то убивал уже он.

«А ты, мужик, кто такой?..» — успевало прозвучать до роковых действий.

Из-за одежды он походил на простого рабочего. Может, трубы пришёл проверить и подлатать... Только зачем ему нужно было носить на своём лицом что-то странное?

Он брал их за горло и душил прямо в воде. Они дёргались, пытаясь выхватить воздух, но в конце концов всегда умирали.

Все, кого он убивал, всегда умирали. И наконец — даже Лори. 

Смотреть на смерть, пока ты сам оставался жив, было... заманчиво? В раннем детстве с другими ребятами он иногда играл в «Бугимена». В непонятное чудовище, которым родители пугали чад, что не хотели их слушаться.

«Он придёт к тебе ночью или вылезет прямо из-под твоей кровати, если ты продолжишь вести себя так плохо!» — уверенно повторяли они.

Одни и правда боялись. А он... подумал, что чудовище могло не просто напугать. Наверное, оно приносило с собой смерть. То, когда люди больше не двигались. Может быть, когда текла кровь... Если случайно поранишься, а мама потом пыталась чем-то закрыть ранку.

Чудовище, похожее на человека. Как это было совместимо?

Он взял нож в первый раз. Надел на лицо клоунскую маску. Старшая сестра осталась дома одна. Её голая кожа была у него на виду почти вся. И нож в его руке вошёл в неё несколько раз подряд.

Она закричала. А рука продолжала резать. Дыхание под маской участилось. Сердцебиение — тоже. Он чувствовал всё это слишком отчётливо, пока она... умирала. И раз чувствовал, значит, сам он оставался жив.

«Бугимен» существует. И он — не умирает.

Да... Когда другие будут умирать, он останется жив.

Ошеломлённый отец что-то говорил ему, зовя по имени, пока он всё ещё крепко сжимал рукоять детскими пальцами. Он не поднимал на него глаз. Он глядел даже не вперёд. Скорее, сквозь пространство ночной темноты, возвращаясь внутрь себя... 

Это — ты.

Ты — «Бугимен». Он не умирает, даже если течёт кровь.

Чувство сконцентрировалось в нём до предела. Весь эгрегор тысячи ночей Хэллоуина, когда люди вспоминали в честь праздника, что, кроме них, в мире могло существовать что-то потустороннее и злое одновременно... совпал с новым биением его сердца.

Есть нечто сильнее человека. Есть чудовище. И это — совместилось.

Родители так и не вытянули из него ни одного слова. Мама плакала. Папа наконец вошёл в дом. Не выходил назад долго. Выйдя, тоже смахнул с глаз слёзы.

«Здравствуй, Майкл... — так спустя несколько дней сказал какой-то доктор. Сэмюэл Лумис. — Ты можешь поговорить вместе со мной? Я желаю тебе только добра... Никто не будет тебя ругать».

В психиатрической лечебнице он стал видеть его даже чаще, чем родителей. 

«Ты чего-то боишься? Здесь ты находишься в безопасности, я обещаю...»

«Твоя сестра когда-нибудь обижала тебя?»

«Если ты не хочешь разговаривать, могу я попросить тебя что-то нарисовать?»

Он так много о чём его расспрашивал. Первые полгода. Майкл никогда не отвечал. 

Мама не тронула комнату старшей дочери. Не могла. На кухне появились бутылки. Потом разошлись и до гостиной. Папа раньше не пил так много. Но... первый мальчик в семье... преемник их фамилии, который в будущем должен бы был перенять защитную роль отца и оберегать как и мать, так и сестёр. 

А он зачем-то всё разрушил.

Миссис Майерс не сумела помочь ему восстановиться после горя. Он снова выпил сверх меры — и сел за руль, чтобы они проведали сына. Тот выскользнул из-под рук, повёл машину в сторону. Травмы оказались несовместимы с жизнью.

Смерть, когда «Бугимен» — не умирает.

«Майкл, твои родители... никогда больше не придут сюда, — голос Лумиса звучал как-то нервно из-за смеси бессилия и недовольства. — Они погибли, когда ехали к тебе. Они теперь тоже мертвы, понимаешь?»

Ребёнок не повернулся к нему. Он постоянно смотрел лишь в окно. Другие врачи коротко обозначали это кататонией. Лумис уже понял, что каждый из них ошибался.

«Ты убил не только её... Ты убил их всех, понимаешь? Или ты... хотел этого?»

Руки доктора бессознательно легли на его плечи. Начали давить.

«Майкл, чего ты хочешь? Ответь мне что-нибудь!»

Медсестра вошла, не постучав.

«Мистер Лумис, зачем вы так грубо прикасаетесь к пациентам с двигательными расстройствами? — тут же остановила она. — Мальчик может вас испугаться...»

«Это не мальчик, это — чистое зло!»

Одна рука наконец развернула его лицо.

«Тебе удалось обмануть других, Майкл, но меня — нет... Я сделаю всё, чтобы ты никогда не вышел отсюда».

«Мистер Лумис!»

«Хватит формальностей! Вы все так и не поняли, с чем мы имеем дело?!»

Крики. Они больше не повторялись. Сэмюэл остерегался, что его смогли бы отстранить, а ещё больше — что он тогда его не удержит.

И всё равно — не удержал.



Её труп будет гнить около двух недель. Майкл поднял его с пола. Положил на тот же матрас, где спал сам. Пусть остаётся под старой газетной вырезкой из того времени, когда она ещё была подростком. Рядом с её куклой, в глаза которой он вбил два гвоздя.

Всё — на своих местах.

Маска вернулась на голову. Он снова зашагал по старому дому в направлении выхода. 

Снаружи шёл дождь. Прохладно, но — всё равно. 

На улицах Хэддонфилда было практически пусто. Кто-то шёл в стороне под зонтиком, не замечая фигуры в комбинезоне. Майкл не стал идти за ним. Скоро он поймёт, куда нужно.

Тёмное небо вверху источало что-то безразличное. Грязно-серое, с тяжёлыми чёрными облаками, обливающими землю водой. Везде было сыро. И — всё равно.

— Лола, угомонись! — донеслось из-за открытого окна. Обычная девичья комната. Белый пудель, заливающийся лаем, сначала высунул наружу только морду. Собаки почему-то чувствовали присутствие чудовищ раньше людей.

Майкл замедлил шаг. Питомец встал на подоконник двумя лапами. Потом и вовсе спрыгнул вниз.

Он не понимал, что может быть. Инстинкт велел просто защищать хозяев. Спугнуть страшного незнакомца. Так зубы и вцепились ему в ладонь. Укус был жадным. На месте проникновения выступила кровь. Убийца не одёрнул руку в порыве боли.

Заживёт. 

— Лола, да сколько уже можно? Ты меня подставишь... — наконец в прямоугольном проёме показалась сама юная хозяйка. Она распахнула ставни, чтобы скрыть от родителей запах сигарет, выпрошенных у выпускников своей школы. А сейчас та просто застыла между пальцев.

Мужчина в маске держал пуделя одной рукой. Той самой, прокушенной. Кровь смешалась с ухоженной шерстью. Тело животного билось на весу в предсмертной судороге. Лай давно превратился в хриплое поскуливание.

— Лола... — дрожащим тоном вымолвила девушка.

Сигарета коснулась земли одновременно с несчастным псом.

— Ты... Мамочка, он убил её! Он её... он задушил нашу Лолу! 

Восклицания, перемешанные с подступающими к горлу слезами. Ноги сами понесли на кухню.

Мать задумчиво посыпала курицу на ужин специями, вместе с тем вперив взгляд на выступающую половину телевизора из соседней комнаты. Вечернее музыкальное шоу, что скрашивало кухонную рутину.

— Мама, он убил её! — верещала напуганная дочь.

Горсть специй нежданно взметнулась в воздухе.

— Что? Кого убили? Кто? — глаза невольно прищурились. — Почему от тебя так странно пахнет? Курила?!

— Лолу убили! Он... Какой-то мужчина... Прямо сейчас!

Музыкальное шоу осталось где-то вдали.

Белая немая маска до сих пор стояла у их окна. В памяти отозвались леденящим эхом слова из её собственной молодости.

«А вы слышали, что маньяк этот до сих пор на свободе? И убить его никто так и не смог!»

«Майерс который?»

«Да! С маской, ножом... Он ведь может опять сюда вернуться... Он здесь родился... Опять кого-нибудь зарежет!»

«Зачем сейчас паникуешь-то?»

«Так он же — сам дьявол! И особенно осенью, когда...»

«Не пугай детей!»

«Но он же всё ещё жив!»

«А нам самим из-за этого что, не жить больше?»

Оказывается, это было правдой.

«Уймись и постарайся о плохом не думать».

«Лучше бы тот проклятый дом уже снесли, чтобы у него повода не было!..»

Колени уже подогнулись.

— Мия, запрись в ванной и... — голос срывался. — Сиди, пока не приедет полиция.



Вызов приняли. А ехали дольше, чем требовалось.

Глава семейства достал пистолет. Сначала возник не страх, а волнение. Заплаканная дочь, трясущаяся супруга... Всё из-за того, что там, рядом с их домом, действительно находился он.

— Майерс... — в полушёпоте дёрнулись губы.

Детская страшилка про «Бугимена» из Хэддонфилда, связанная с трагическими реальными событиями. Тот, кто не может умереть. Чудовище в облике человека.

А вдруг, и не он?.. Последователь? Просто ещё один такой же псих? А если...

Лола у его ног не двигалась. Он — тоже.

Палец надавил на спусковой крючок. Следующий выстрел за предыдущим. Импульсивно он высадил всё.

Корпус Майкла качнулся несколько раз подряд. От последнего попадания он свалился. 

Пули прошили плечо, пробили грудную клетку, застряли в животе... Ткань комбинезона мгновенно пропиталась красным, липким. Из горла вырвался сиплый вздох. Не крик боли, а лишь выход воздуха из повреждённых лёгких.

Не было ни ужаса, ни страха перед надвигающейся темнотой. 

Отец опустил оружие. Неужели он... дёрнется в последний раз?

Зрение начало отключаться, сужаясь до узкой точки. Но тело помнило: оно не умрёт.

На самой грани сработало то, что он вживил себя после первого своего убийства. Не мысль. Не желание. Убеждение, прошитое где-то в глубине стволовых клеток, которое было сильнее любого человеческого инстинкта.

Внешне это не выглядело даже как конвульсия. Пальцы правой руки, задувшие пуделя, медленно разжались. Затем сжались снова. Мышцы живота напряглись, выдавливая из раны пулю. Сосуды, которые должны были лопнуть, судорожно сжались, перекрывая кровоток. Тело не «боролось за жизнь». Оно просто устраняло неполадки. 

Бугимен не умирает.

Сердце, пропустившее удар, вновь толкнуло кровь. Медленно, тяжело. Майкл открыл глаза.

В прорезях резиновой маски не было страдания. И даже — злости на того, кто в него стрелял. Торс просто подтянулся наверх, отрываясь от мокрой поверхности. Он повернул голову. Шейные позвонки издали сухой хруст.

Он поднимался, как шарнирная марионетка, приводимая в движение невидимым мотором. 

Отец отступил на шаг, продолжая судорожно сжимать пустой пистолет.

— Он же... ты же должен быть мёртв, Майерс... Я попал прямо в сердце..."

+8
37

0 комментариев, по

1 023 56 420
Мероприятия

Список действующих конкурсов, марафонов и игр, организованных пользователями Author.Today.

Хотите добавить сюда ещё одну ссылку? Напишите об этом администрации.

Полезное

Подборка полезных статей и записей в блогах.

Хотите добавить сюда ещё одну ссылку? Напишите об этом администрации.

Наверх Вниз