Новая справедливость
Автор: Юрий Гаврюченков
Почему автор детективов и триллеров из двух зол должен выбирать меньшее?
Принцип нуара «большое зло борется с ещё худшим» уступил место принципу грим-дарка «серьёзное зло побеждается злом совсем мощным».
Например, у Игоря Москвина в последних абзацах «Смерть красавицам, или Петербургский мститель» конченый головорез Сёмка Красный встречает в тюрьме серийного убийцу Радкевича и мстит за свою барышню:
« — А я думал, обознался, — Красный глазами указал сотоварищам по камере, чтобы схватили Радкевича и зажали последнему рот. — Значит, не обознался, — лицо Сёмки исказилось. — В рот кляп и на пол его, — кинул тихо, но властно, протянул руку и в неё ему вложили нож. — Вот и встретились, милок. Не думал — не гадал, что судьбина мне преподнесёт такой подарок.
Шесть часов Сёмка резал Радкевича. Первым делом отрезал мужское достоинство и использовал его вместо кляпа. Со спины и с живота содрал кожу, пока Николай был жив, только под самое утро воткнул в сердце нож».
Или в вестерне Кормака Маккарти «Кровавый меридиан» главного героя — алкоголика, хулигана, грабителя и массового истребителя индейцев — в оконцовке встречает Судья и творит с ним в общественном туалете такое, что вид поруганного трупа не могут вынести даже закалённые ковбои. А ведь Судья и есть главное зло, фактически, Дьявол во плоти.
Про всепобеждающего доктора Лектера даже не говорю.
Почему зло большее не должно побеждать зло меньшее ради наведения высшей справедливости?
Я думаю, надо втапливать педаль в асфальт.