Два взгляда на цензуру
Автор: Сиратори КаоруВсё никак на дадут покончить с темой. Некий т. Столяров, широко известный в узких кругах берец с цензурой гневно обрушился со своей уничтожающей критикой на мою грешную голову.
Чего они хотят? / Андрей Столяров @noozoy. Опубликовано: 16 ноя. 2026 в 4:35
Желающие могут почитать внимательнее, но единственное, что было сказано им информативного и содержательного, это вот это, закопанное глубоко в комментариях, утверждение по вопросу о детской порнографии:
Вот именно. Эти произведения и так запрещены законом.
Почему оно информативно и содержательно? Потому что раскрывает его — и, вероятно, не только его — что вообще означает это таинственное слово «цензура». И надо признать, что взгляд этот имеет полное право на существование, возможно даже, предпочтителен, поскольку разграничивает две действительно очень разные вещи.
Поясню, что я имею в виду. В моём представлении цензура — это любое ограничение права человека на изложение своих мыслей. И в этой интерпретации запрет детской порнографии является цензурой. А в интерпретации т. Столярова, формальный законодательный запрет цензурой не является, а является ею только запреты по решению цензора исходя из индивидуального подхода к каждому произведению.
Что ж, пусть будет так. Но из этого следует две вещи:
1) Роскомнадзор не занимается цензурой, В его деятельности нет никакого индивидуального подхода, он вообще просто исполняет решения других инстанций.
2) Товарищ фактически блестяще подтвердил мою исходную мысль, что весь этот горький катаклизм, который все мы наблюдаем, накликали на нас именно борцы с цензурой. Вы требовали отсутствия цензуры, то есть применения индивидуального похода. Вот и получили не цензурные, а законодательные запреты, которые в силу самой специфики института законодательства не могут быть индивидуальными. Они по определению применимы к классу. Определённого уровня индивидуализации можно добиться через суд (желательно, присяжных), но кому охота судиться? Уж всяко не издателям и тем более, не владельцам АТ и прочих площадок самиздата. И действовать они предсказуемо будут по принципу лучше перебдеть, чем недобдеть». Финансово выгоднее.
И вот в связи с этим хочу ещё раз, более чётко сформулировать свою позицию. Я — за цензуру. Не в моём, в т. Столярова определении. Я категорически против всех этих новых ограничительных законов, которые принимает российская Госдура, и считаю что их следует отменить. Я за то, чтобы любые решения по запрету на публикацию тех или иных произведений принимались в индивидуальном порядке, исходя не из формальных ограничений, закреплённых в законодательстве (которых быть не должно), а исходя из здравого смысла.
И утверждаю, что это будет лучше. Гораздо лучше, потому что при таком подходе запрещено будет гораздо меньше. И запрещено будет только то, что действительно следует запретить, а не то, что подпадает под какой-то формальный критерий, вроде шампанского на Новый год, трактуемого — в полном соответствии с законодательством — как «пропаганда алкоголизма».
Здесь нет выбора между наличием запретов и отсутствием запретов. Здесь есть лишь выбор между формами запретов. И те, кто, выступает против более мягких запретов, хотят они этого или нет, но в конечном итоге способствуют установлению более жёстких запретов.