Немного о мире, в который я попала…
Автор: Nikki MilanoКажется, мы с этой книгой уже почти добрались до финишной черты. Осталась последняя глава и эпилог, а значит, самое время немного остановиться и поговорить о том, что происходит за пределами непосредственно сюжета. Сегодня мне хочется уделить внимание лору.
«Славная смерть в отвратительном мире» — произведение, которое, мягко говоря, не пытается щадить читательское воображение. И если о своих впечатлениях от происходящего я уже немного рассказывала в предыдущих блогах, то теперь хочется отдельно поговорить об устройстве мира.
Как ни крути, лор здесь есть. Он вполне функционален, имеет определённую внутреннюю систему и собственную биологическую природу. Мир существовал задолго до появления главного героя и, судя по всему, вполне способен обходиться без его участия. У него есть свои обитатели, иерархия, закономерности и внутренние процессы.
Знаете, какое сравнение пришло мне в голову? Помните детские книжки, в которых люди уменьшались и попадали в мир насекомых? Там нам показывали маленькую цивилизацию со своим бытом, устройством и удивительными обитателями. Так вот, здесь словно взяли эту концепцию, убрали всю сказочность и добавили изрядную порцию физиологического гротеска.

Не скажу, что местное мироустройство вызывает у меня особенное восхищение или что я нахожу его невероятно богатым и оригинальным. Но оно работает, поддерживает происходящее, создаёт определённый контекст и оставляет пространство для интриг. Вопросы о предназначении призванных героев и их настоящей роли в этой системе у меня пока остаются. Возможно, финал даст какие-то дополнительные ответы.
Впрочем, как объект для изучения этот мир вполне любопытен. Правда, изучать его я предпочла бы исключительно на безопасном расстоянии. Желательно через толстое стекло.
А вот с художественной подачей у меня отношения складываются несколько сложнее.
Главы с 18 по 26 дались мне довольно тяжело. И дело даже не столько в количестве мерзости, сколько в ощущении повторяемости. Жир, отвращение, человеческие останки, очередные физиологические подробности… Я поймала себя на том, что во время очередного описания просто отключаюсь. И самое неприятное — возникает ощущение, что при этом я практически ничего не теряю.
Похожая проблема у меня возникла и с размышлениями главного героя, и даже с некоторыми боевыми эпизодами. Они начинают восприниматься как вариации уже знакомых сцен. Возможно, дело отчасти в моём читательском восприятии: после определённого количества подобных описаний я уже перестала замечать различия между ними. Но субъективное ощущение затянутости от этого никуда не исчезает.
При этом я не могу сказать, что авторская эстетика не работает. Напротив, язык и создаваемая им картина происходящего вполне согласуются между собой. Это своеобразный трэш, местами откровенно too much. Вопросов к фантазии автора у меня нет. Вопросы есть к тому, почему она так настойчиво выбирает именно эти направления. Впрочем, авторское самовыражение — дело тонкое, и ограничивать чужую фантазию я бы не стала.
Просто в моём случае эстетическое удовольствие приходится предварительно согласовывать с желудком.
В результате вторая половина книги оставила у меня ощущение некоторого топтания на месте. События происходят, сюжет движется, но из-за однотипности повествовательных приёмов временами кажется, будто мы ходим по одному и тому же кругу.
Впрочем, окончательные выводы пока делать рано. Мне ещё предстоит дочитать последнюю главу и эпилог, а затем мысленно прогнать вторую половину произведения целиком, чтобы разобраться, к чему в итоге привели все происходящие события.
Так что пока поставим многоточие. До финала остался буквально один шаг!
