Мушка!
Автор: Игорь ПасечникВлетела мушка в темный зал,
Где луч волшебный трепетал.
Внезапно в пленку залетела —
Не удивительное дело!
На полотне, где бледны лица,
Где барин жаждет насладиться
Ужасной плетию своей,
Явилась гостья средь теней.
На лицах барынь и лакеев
Она возникла, тем смелея,
Как бородавка, как изъян,
Смутив блистательных дворян.
Шла драма. Барин, лют и дик,
К холопу плетью уж приник.
“Секи!”— раздался грозный глас.
Но мушка в барский метясь глаз,
Коня вкусила что есть мочи.
Заржал скакун во мраке ночи,
Взметнулся, взбеленился вмиг,
И пал тиран, издав лишь крик!
Лягнул копытом в бок скакун.
Упал помещик, бледен, хмур.
Остыла барская в нем кровь,
И к пареньку вернулась вновь
Надежда, вера и отвага.
С холопа сброшена бумага,
Упали цепи. Барский гнёт.
Люд поминальную поёт.
Сама судьба его сразила!
Толпа оковы сокрушила,
Взыграли груди у крестьян,
Исчез помещичий тиран.
А мушка, крови пригубив,
Сей роковой порыв вкусив,
Решила: “Это я свершила!
Я барский норов сокрушила!
Я избавленье принесла!”
И, опьяненная от зла,
Зовет подруг на пир кровавый:
"Смотрите, червь презренный, ржавый,
Скушав весь барский негатив,
Упал, ничуть не возмутив
Спокойной вечности экрана!
Сей рок — не козни интригана,
А мой единственный укус!"
Летит к друзьям, не чуя уз,
Подругу, тлю с собой маня,
В восторге голову клоня:
“Друзья! Какая вышла сласть!
Я над тираном взяла власть!
Смотрите, как он распростерт!
За мной победа, слава ждет!”
Ей невдомек, смешной букашке,
Что смерть была в простой бумажке,
В сценарии. Что режиссёр
Давно задумал приговор.
Что барин умер бы и так,
Конь дрогнул он уж бить мастак.
Но тщетно! Мушка в упоенье,
Смакует это провидение,
И в темном зале, средь теней,
Поет хвалу судьбе своей.