Рецензия на роман «Дракон для жениха. Часть I (главы 1-18)» — Евгения Лифантьева. Алексей Токарев

Перевернуть можно все, даже шаблон

На конкурс «Аромат волшебства» заявлена только первая часть романа Светланы Крушиной и Ники Ракитиной «Дракон для жениха», однако, чтобы понять, что к чему, пришлось читать и вторую часть.

Честно говоря, если бы не желание принять участие в конкурсе рецензий, я бы делать этого не стала. Этот роман – явное «не мое», как «не мое» - любовный роман вообще. Однако, когда до меня дошел «перевертыш», который устроили авторы с шаблоном женского романа, чтение доставило определенное удовольствие.

Итак, что такое роман «Дракон для жениха»? Это – очень долгое, медленное и тягучее повествование о романтических взаимоотношениях между молодыми аристократами некого условного королевства. Имена героев намекают на Польшу, но Польшу не реальную, ту, которую в эпоху модерна уже поделили между более сильными соседями, а самостоятельную и весьма влиятельную страну. Антураж условной «восточной Европы» подчеркивается достаточно хорошей стилизацией реплик героев:

«- Панна Эрика, вам угодно что-то сказать мне?

Преодолев себя, девушка подняла на него взгляд и покачала головой.

- Может быть, принести вам лимонада? Или мороженого?

- Я не хотела бы затруднять вас, пан Иохан, - тихим, ясным голоском ответила Эрика.

- Какое же это затруднение? Я счастлив буду услужить вам. Желаете мороженого?

- Да, пожалуйста, - сдалась она». 

В общем, 22 авторских листа сплошной куртуазности, благопристойности, немного манерности,вагоны благородства, душевных терзаний и минимум действия. Герои говорят, говорят, говорят… При этом фабулу произведения можно уместить в один абзац, приключений как таковых нет, жалкая пара эпизодов, когда героям вообще нужно что-то делать. Хотя по ходу повествования ГГ приходится пережить и крушение дирижабля, и нападение разбойников, но, по большому счету, он ничем особым себя не проявляет. Максимум, на что он оказывается способен, это победить в рукопашной одного цыгана. Впрочем, когда в ситуацию вмешивается остальной табор, ГГ оказывается бессилен. Никаких «клочков по закоулочкам» и разбрасывания противников пачками, как это было бы в любом мужском романе. 

И постепенно до меня дошел весь юмор задумки авторов, вывернувших наизнанку схему классического любовного романа.

Вообще, любовный роман – вещь абсолютно функциональная и имеющая строгие правила построения и подачи. Суть их в следующем. 

В жизни большинства женщин наиболее приятным является тот период взаимоотношений с мужчинами, который принято называть «конфетно-букетным». С одной стороны, женщина ощущает, что любима, с другой – у нее нет никаких обязательств перед мужчиной, она может принимать ухаживания, давая взамен лишь намеки и обещания. К тому же мужчины в этот период стараются показать себя с лучшей стороны, тщательно скрывая свои недостатки и подчеркивая достоинства. 

В традиционном обществе этот «конфетно-букетный» период в жизни каждой женщины весьма недолог и заканчивается в лучшем случае свадьбой, в худшем – соблазнением с последующей весьма печальной судьбой женщины. Ну, или расставанием, так как ни один мужчина не способен долго выдерживать в такой «подвешенной» ситуации. В современном обществе он может растягиваться на десяток лет, женщина может не раз и не два менять ухажеров, но заканчивается все тоже или свадьбой, или рождением ребенка «для себя», или превращением женщины в старую деву, вздыхающую о прошлых победах. Но испытать ощущение «я любима и свободна» приятно любой женщине, будь то многодетная домохозяйка, или старая дева, или «серая мышка», которая в реальности и не рассчитывает на эту «конфетно-букетную» историю… Для того, чтобы удовлетворить это желание женщин погрузиться в состояние «я любима, меня хотят», и существуют женские романы. Читательница, погружаясь в текст, ассоциирует себя с ГГ и сопереживает то самое вожделенное чувство «я любима». 

Существует несколько стандартных схем любовного романа, зависящих от образа ГГ. Основные – «невинное дитя», «дева в беде» и «роковая красавица». Впрочем, все они заканчиваются браком героини с тем из претендентов, который в обществе автора будет оценен как самый достойный и способный дать ей счастье. 

Так вот, в романе «Дракон для жениха» использована стандартная схема «дева в беде», но в качестве ГГ выступает не юная дурочка, а мужчина, некий пан Иохан, то есть барон Иохан Криуша, в которого влюбляются все дамы, оказавшиеся рядом с ним, вплоть до королевны Мариши. В романе упоминается пять влюбленных в него дам, сколько их было на самом деле, не знает никто. 

Авторы не дают объяснения, чем так хорошо барон, на мой взгляд, - стандартный повеса. Не образован, не любит читать ни романы, ни газеты, хотя при этом сочиняет стихи, которые окружающие считают талантливыми. Правда, тот пример, который приведен в романе, не произвел на меня особого впечатления:

«- Где в целом мире

Тот уголок, что своим 

могу я назвать?

Где приют обрету в скитаниях,

Там и будет мой дом…»

Авторы использовали перевод чего-то древне-японского, но на избалованный современный вкус, да еще из уст владельца поместья, - не более, чем манерничанье. Кстати, указывается, что барон Криуша достаточно практичен и сумел уладить финансовые дела после смерти промотавшегося отца, обеспечив себе и сестре если не богатство, то достаточно устойчивое материальное положение. Кроме того, сообщается, что барон служил в армии, участвовал в каких-то полицейских операциях по подавлению бунтов «немирных инородцев»… Не дурак выпить и подраться на дуэлях… В общем, типаж, во многом родственный образу какого-нибудь Дениса Давыдова. 

В принципе, такой типаж мужчины вполне может быть привлекателен для светских дам и восприниматься даже как романтичный. 

Тем более, что сам о себе пан Иохан говорит, что любит всех женщин скопом, но ни одну – в отдельности. Мне понравилось, как авторы показали контраст отношения к женщинам между паном Иоханом и его сюзереном, герцогом Иштваном Наньенским. Если герцог искренне не понимает, в чем разница между модными юбками и платьями 20-летней давности, то барон тщательно выбирает в подарок сестре самую модную шляпку, не жалея на нее денег. Видимо, это внимание к женским интересам тоже прибавляет барону привлекательности со стороны дам…

Кстати, невнятность и некая размытость образа ГГ – это тоже особенность женских романов. Героиня не должна иметь ярких, исключительных особенностей, кроме декларируемой привлекательности для мужчин. Героиня должна быть «девушкой вообще», неким символом женственности, иначе условная читательница не сможет себя с ней ассоциировать. 

В общем, есть некий «мужчина-приз», вокруг которого и крутится все действие. Не буду спойлерить, лишь в самом конце романа становится понятно, почему обстоятельства с такой настойчивостью тащат ГГ по всем перипетиям сюжета, кому и что от него нужно. Но чрезвычайная привлекательность для прекрасного пола то и дело создает пану Иохану серьезные проблемы. Тут и вызов на дуэль, и необходимость драться с цыганом из-за глупости королевны Марши, и, по большому счету, все повороты сюжета. Все основывается на том, что пан Иохан может понравиться любой женщине. 

Не знаю, кому как, но меня восхитила задумка авторов «вывернуть наизнанку» шаблон женского романа, поставив на роль «девы в беде» среднестатистического мужика. И восхитило то, как авторы объяснили всю рассказанную историю, когда обнаружилось, что движущей силой всего действия были не эмоции, а холодный расчет древних существ, которых в романе называют «драконами».

Однако этот «перевертыш», эта литературная игра в разрушение одного из самых устойчивых в жанровой литературе шаблонов может привести к тому, что львиная доля читательниц будет морщить нос: «Не зашло». Действительно, вожделенного чувства «я любима» при чтении романа получить невозможно. Дамам все же сложно ассоциировать себя с героем-мужчиной, а все женские персонажи, хотя и укладываются в стандартные шаблоны «розового романа», не играют в романе роли единственного объекта вожделения. «Невинное дитя» Эрика, «дева в беде» Мариша, «роковая красавица» Улле, «женщина-друг» Ядвига – все они лишь фон для пана Иохана. Так же, как «резонер» Александр Даймие, его супруга пани Оливия и даже Великий Дракон.  

Кстати, о пане Александре – столичном приятеле пана Иохана, сочинителе куртуазных романов на исторические темы и хозяине литературного салона. Этот образ – прямая отсылка к Александру Дюма. Я не настолько хорошо знаю западную литературу 19 века, чтобы утверждать, что именно он первым поставил в центр некоторых своих романов женщину – любящую, страдающую, интригующую и так далее, сделал фабулой некоторых своих романов литературно приукрашенные судьбы реальных аристократок прошлого. Но именно его женские образы – один из источников традиции любовного романа в том виде, в котором мы его знаем. В «Драконе для жениха» образ пана Александра достаточно комичен, это некий такой сплетник-резонер, смешной в своей любви к комплиментам и в пафосе написанных им статей (цитат из романов пана Александра, к счастью, не приводится). 

То есть авторы «Дракона для жениха» чуть ли ни открытым текстом говорят: «Дюма придумал любовный роман для романтичных барышень, а мы вывернем его наизнанку».

Но, черт возьми, 22 с лишним авторских листа ради этой, пусть и весьма элегантной, игры? Нет, я этого не понимаю…

+55
595

0 комментариев, по

52K 746 299
Наверх Вниз