Рецензия на роман «Сага листвы»

Сага листвы
Я уеду скоро, скоро
Полчаса уйдет на сборы...
(с) Яна Симон
Странные чувства испытал я от прочтения «Саги». Казалось бы, любовный роман; я и перелистывал страницы в напряженном ожидании Властных Пластилинов, соплей и рюшечек. Чтобы успеть закрыть книгу и вовремя сделать индифферентное лицо: я не я и рецензия не моя!
А вот фиг.
Оказалась книга вполне классическим романом, да еще и хорошим. В том смысле, что да, про любовь тут есть. Просто не слащаво и не глупо, а потому может показаться непривычным. При чтении припоминались мне «Ребекка» Дафны Дюморье, «Милый друг» Мопассана — больше ощущением, нежели прямыми заимствованиями.
Оценку текста я обычно начинаю с языка. Потому, что плохой язык не позволит читать, и все сюжетно-психологические находки автора даже не достигнут цели.
Но здесь понятно: Ракитина и Медянская. Всяко, их по языку и в аду легко узнают.
Сразу перейдем к композиции. Где и обнаружим, что композиция классическая, линейная, без попыток ветвить повествование, ввести две-три точки зрения, чтобы читатель не заскучал. С одной стороны, простенько — а с другой стороны, боковые повестушки лишь отвлекают. Вопрос-то простенький, хотя и ужасненький. Как обычно в романах.
Героев тоже немного: классическая компания молодых людей. Формально они учатся в какой-то там Академии Магии, а практически колбасятся за свои деньги где и как получится. Окружающий мир робко царапается в дверь, подкидывая вроде как задания — но героям, понятное дело, ни до чего, кроме собственных чувств.
Кстати, это минус текста. Все-таки антураж заявлен достаточно серьезный: смена господствующей религии, образование нового ордена. Причем с колоссальным скандалом: нападением Темных Сил на епископа прямо в столичном храме. Да там все дознаватели должны спать на бегу и гадить на лету! Патрули на перекрестках, повальные обыски, сожжение колдунов, погромы остроухих, и тому подобное. Справедливо ожидая перечисленных кошмаров, герои даже бегут в ужасе из столицы «в деревню, в глушь, в Саратов.»
Но широкий замах уходит в свисток. Никаких последствий не то, чтобы для героев — даже для прочих горожан — в «Саге» не упомянуто хотя бы краешком.
Второй минус — в соло «Сага» малопонятна, а в рамках цикла неожиданно становится предсказуемой. На кота широко, на собаку узко.
Понятно, что роман про любовь, а не про этнографию болотниц. Но больно уж часто возникает ощущение оборванной ниточки. Что суть Затопление? Откуда в иной культуре кондово-земные «мисс» и «леди»? Спикарты заявлены как волшебные предметы, еще и могущественные. Так почему же за ними никто не охотится, и как бы даже не особо в них верит? Казалось бы, мелькнул шанс поймать Золотую Рыбку... А нет, мы не пойдем удачу тралить. А пойдем Хельге цветы дарить, у нас же роман про любовь, или что?
Все вертится вокруг Хельги Блэкмунд — понятно, главной героини. Выписана и она сама и все ее окружение, и метания и сомнения, как положено по канонам. Вообще, в некоторых героях я с удивлением определил собственных знакомых двадцатилетней давности; все-таки Гомель маленький город. Ну, или понятие «архетип» не просто так появилось.
Так или иначе, действующие лица яркие и канонические. Седая мышка-племянница. Малолетняя сестра-писательница. Махровый епископ. Мстящая Иса аэп Леденваль. Робкий алхимик. Жирный сосед-кабатчик... Нет, маг, понятно. Сосед героя-некроманта по академическому общежитию. Но маг в стихии жлобства, все равно что «ведьмак школы крысы».
А уж революционЭр Лютый... Как пишут в этих наших интернетах, win.
Лютый win.
Место действия, опять же, соответствует камерному викторианскому роману. Немножко столицы, громадный замок на болотах, (с котиками, да-да!) и потом опять немножко столицы — не до пейзажа за окном, главные события происходят все-таки в купе.
Послевкусие от романа грустное. Причем именно потому, что рассказанной истории веришь.
Что поделаешь, люди.
Мышык Л.Ф.
г.Гомель