Рецензия на повесть «Широдарский фокусник»
Признаться, после прочтения повести я оказался в тупике. Вроде бы каждая отдельная деталь выполнена на достойном уровне, но когда все они соединяются вместе, становится очень трудно что-то сказать. Во многом, пожалуй, из-за того, как и для чего произведение вообще появилось, но об этом чуть позже.
С первых же строк мы погружаемся в шумную и разнузданную атмосферу ярмарки и впитываем её всеми органами чувств. Видно, с какой любовью и тщанием автор живописует картины ярмарки, где через толпу нужно буквально протискиваться, от гомона и криков зазывал можно оглохнуть, а ноздри щекочет запах копчёной рыбы и заморских пряностей. При этом ни на миг нельзя ослаблять бдительность, иначе с пояса незаметно срежут кошель – или набросятся со спины, чтобы отобрать пару медяков. Но уже совсем скоро становится ясно, что это всего лишь фон, на котором должны разворачиваться основные события.
А что у нас на переднем плане? Главный герой, десятилетний мальчишка, которого мы большую часть повести знаем как Ярека из Элдви, встречает бродячего фокусника и получает гадание на судьбу. И после Рыцаря, обозначающего его самого, мигающая карта Дамы с шестью ликами как раз и определяет его поступки на протяжении сюжета.
Изначально Ярек не верит в это гадание, но затем, по странному совпадению, начинает встречать одну за другой женщин, похожих на тех Дам, что сменяли друг друга на карте. Что это – просто случайность или же самосбывающееся пророчество? Однако неверие почти сразу сменяется упорным любопытством; повинуясь какому-то внезапному синдрому поиска глубинного смысла, персонаж начинает видеть обещанных ему Дам повсюду и мечется туда-сюда, раз за разом натягивая сову на глобус.
Наверное, дело в том, что ему всего десять и любая достаточно удивительная случайность в этом возрасте всё равно начинает восприниматься как чудо. Ну и вдобавок, Ярек будто бы сам ищет себе приключений – и, так уж вышло, находит.
И ладно бы эта однодневная «арка» персонажа как-то меняла его жизнь – но нет. Всё, чего он в итоге достигает, – это обращает на себя внимание местной княгини и обнаруживает, что ещё одна из воображаемых красавиц с карты всегда была рядом.
Хотя сам парнишка явно не простой. Несмотря на неприметный вид, он с лёгкостью раскидывает уличных оборванцев, а чуть позже в его руках обычная палка становится грозным оружием. И его настоящее происхождение как раз таки объясняет стойкость характера и какую-никакую выучку (а также – как он вообще там оказался). По сути, главный герой учится жизни, столкнувшись с нею лицом к лицу. Проявляет силу – а с ней и великодушие. Требует справедливости – и даже обычная палка в его руках становится грозным оружием. Осознаёт долги – и при этом полон решимости их отдать.
Параллельно с этим идёт и вторая линия – с поисками главного героя, представляющая ещё двух персонажей. А драка на улице со швырянием магическими ледышками как будто сошла с экрана кинобоевика с дорогущими спецэффектами.
По редким упоминаниям определённых деталей можно заключить, что в показанном мире существует проработанная магическая система. Правда, «мастера» и «практики» как уровни магов, а также «аспекты» вместо стихий вызывают ощущение, что на уже знакомые и понятные концепции просто навешаны новые ярлыки, но, с другой стороны, это открывает простор для дальнейшего построения и развития мира. К тому же, подробная презентация магии – не тема повести.
Помогают представить героев, так сказать, во плоти и многочисленные иллюстрации. Вот бы ещё и шестую Даму показали для полного комплекта, но до неё паренёк так и не добрался.
И вот мы подбираемся к главному – что, на мой взгляд, является основной проблемой повести. Как в послесловии признаётся сам автор, произведение выросло из короткой зарисовки и затем обогатилось подробностями и каким-то подобием сюжета. Но дело в том, что различные описания и моменты, работающие на раскрытие отношений между персонажами (как, например, эпизод с певичкой и её «агентом»), не добавляют значимости происходящему вокруг и либо являются вещью в себе, либо формируют образ мира и всё больше знакомят с главным героем. А какой-то иной сверхзадачи у повести просто не наблюдается – чисто показать, «кто», «где» и «как», но не «зачем».
– Я решил, что это судьба. Что эта карта изменит мою жизнь.
– А она разве не изменила?
В том-то и дело, что этого не видно. Изменения слишком незначительны, чтобы рассматривать их как полноценный путь от зачина к развязке. И как бы Ярек (который на самом деле птица более высокого полёта) ни убеждал себя в том, что это судьба и его жизнь теперь пойдёт по-иному… да даже если и так, это всё равно останется за кадром. При этом с его точки зрения перемены ого-го какие: его едва не зарезали и он впервые дрался за свою жизнь. Вероятно, именно такое видение у автора на рост героя, иначе нам бы это всё не показывали.
На очереди, кстати, роман про того же, но уже чуть повзрослевшего героя, а также повесть про другую волшебную карту – Купалку – и загадку её появления в Широдаре. Таким образом, повесть про фокусника – действительно лишь первая ласточка в представлении этого, безусловно, интересного и самобытного мира.