Рецензия на роман «Суперинтендант и его заботы»

Тайна венецианской звезды

Очередной роман из цикла «Хроники Союза королевств, год 2183» в целом обладает теми же достоинствами и недостатками, что и разобранный нами ранее «Приключения архивариуса». Однако он во многом и отличается от предыдущего. В нём мы тоже попадаем в Венецию, но если в «Архивариусе» эта тема прошла лишь вставкой, то в этой книге цикла практически все действие происходит в декорациях Серениссимы. И сразу следует сказать, что это одно из самых сильных и впечатляющих достоинств произведения. Видно, что автор не на шутку увлечена венецианской темой, что очевидно, хотя бы, по описаниям, выдающим или личное знакомство с предметом, или, по крайней мере, тщательное его изучение:

«…Сперва долго-долго будет вода, потом из воды начнут торчать связанные попарно бревна, потом появится панорама города… и тут же пропадёт, потому что лодка свернёт в боковой узенький канал».

«В чёрной глади воды отражались разноцветные фонарики и золотые окна дворцов, откуда-то слышалась музыка, с хохотом пробежала компания в масках».

Венеция предстаёт в романе не только в виде ярких уличных картинок, но и сложных социальных отношений среди её жителей, ренессансных интриг местных кланов, а также множества бытовых мелочей, вроде блюд местной кухни. Такое погружение в тему, с тонкой достоверностью описаний — довольно редкое явление в русскоязычном фэнтези. Перед нами предстаёт поистине магический город, кажется, существующий в собственной волшебной реальности:

«В вашем городе всё делается особенным манером, и дома строят не так, как везде, и патрули городской стражи на лодках вместо экипажей, и дети на свет появляются не так, как в Лютеции, в Москве или в Оргриммаре».

Так что в мир Союза королевств, где полноправно присутствует магия, непосредственно и мощно влияющая на ход истории, Венеция со всеми своими реалиями и менталитетом, этот «город, где все носят маски», вписывается полностью и естественным образом:

«В Венеции последние столетия живут только маги».

По этой причине весь сюжет романа, строящийся вокруг грозной колдовской звезды, тайно заложенной под городом, выглядит совершенно органично. Вообще-то, Венеция Дашевской чем-то очень напоминает волшебный Ехо Макса Фрая. Собственно, чувствуется, что и весь цикл Союза королевств в значительной степени вдохновлён историями из Ехо.

Другое однозначное достоинство романа: мы вновь любуемся следственными методами главного детектива цикла — Лавинии Редфилд, коммандера службы магической безопасности Союза. Как я уже писал, это примечательный типаж фемо-детектива, ничего общего не имеющий с расхожим образом безалаберных дамочек, встревающих в дело случайно и расследующих его по наитию, обычно добиваясь успеха вопреки своим безрассудным действиям. Нет, Лавиния по-прежнему гармонично совмещает в себе черты условно «мужские» и «женские»: она логична, целеустремлена и методична, но в то же время способна улавливать тончайшие психологические нюансы и часто следует за своей развитой интуицией. А главное, она целиком и полностью увлечена своей работой, с головой погружаясь в каждое новое дело:

«Как и всегда перед началом работы, госпожу Редфилд охватил некий азарт, предвкушение работы, то самое чувство гончей, ожидающей начала охоты».

Да и прочие её черты далеки от стереотипа, созданного эпигонами «иронического детектива»: она всё так же равнодушна к одежде и шопингу, любит вкусно поесть и не отказывается от крепких напитков, даже курит трубку, как заправский Шерлок (при этом трубка ещё и оказывается инструментом магии). Ещё в этом романе мы узнаём некоторые подробности её личной жизни. Например, что за её очень долгую по магическим причинам жизнь у неё было четыре мужа, и последний, боевой маг, погиб — надо думать, в бою.

Я не случайно поместил характеристику главной героини рядом с местом действия, ибо Венеция — фактически, не только локация, но и полноценный персонаж, составляет любопытный тандем с Лавинией. Между ней и гениус локи Венеции складываются непростые отношения любви-неприязни. Да, она и правда не любит этот растворённый в воде город.

«…Я не люблю Венецию. Тем более — в январе.

— Разрешите заметить, мадам, что в прошлые разы вы говорили то же самое об августе, феврале и мае».

Но она же ощущает себя неразрывно с этим городом связанной:

«Она и сама не знала, почему так волнуется за этот совершенно чужой, несимпатичный ей город. Чужой? Прислушавшись к себе, она поняла, что это не так: Венеция начала врастать ей в душу со всеми своими каналами, дворцами, масками, гордыми горожанами и спесивыми аристократами…»

Во всяком случае, Венеции грозит смертельная опасность, хотя в начале романа ничто этого не предвещает. Лавиния получит неофициальное приглашение от венецианского архиепископа Паоло Гвискарди (Церковь в этом мире, кстати, вовсе не такая, как в нашем, и вообще религиозная картина очень отличается) прибыть и исполнить договор о помощи, который они когда-то заключили. Магические договоры — штука серьёзная и нарушать их чревато, так что Лавиния, скрепя сердце, отправляется в Город каналов.

На первый взгляд кажется, что дело будет в духе «Призрака Оперы»: магический непорядок, по поводу которого монсеньор побеспокоил суперинтенданта, происходит в знаменитом венецианском театре «Ла Фениче», конечно, имеющем в этом мире отличающуюся от реальной магическую историю. У архиепископа в деле есть личный интерес, и поначалу оно представляется интересным, но довольно камерным, наподобие английских детективов, действие которых происходит в театре или на съемочной площадке — локация для жанра очень выгодная.

«Лавиния разглядывала странные предметы, отправленные сюда на покой: части декораций, вроде нарисованной на листе картона стилизованной яблони или почти настоящей крепостной стены, поломанную мебель, сундуки и коробки».

Но, хотя интриги в закулисье выписаны со вкусом, роман — вовсе не «театральный детектив», а нечто куда более масштабное. Корни этого дела уходят в седую старину и лежат в истории яростного соперничества Венеции и другого великого города — Генуи. Спойлерить не станем, хотя, в общем, это с одной стороны, порядком запутанная, а с другой — довольно простая история, замешанная на давней ненависти, мести и жадности, с участием злокозненного наёмного мага из прошлого и его современных последователей. И, кстати, на мой взгляд, интрига недостаточно ясно объяснена. К примеру, я не полностью уяснил, каким образом магические неприятности в театре связаны со ждущей своего часа зловещей «звездой».

Но это, пожалуй, лишь придирки, а вообще-то роман читается очень легко. Этому способствует и хороший слог, и живые диалоги, и удачная, очень подходящая для жанра структура, когда текст «нарезан» на небольшие удобоваримые куски — словно венецианская закуска карпаччо. А что касается художественного оформления текста, весьма уместно и стильно выглядят предваряющие части цитаты из арий классических опер.

Парадоксально, но при столь хорошей динамике создаётся впечатление, что сюжет развивается достаточно спокойно и даже неторопливо. При этом практически все действия и главной героини, и других персонажей, в общем, чётко обоснованы и логичны, да и в сюжетных поворотах серьёзных натяжек не наблюдается. Но, на мой вкус, повествованию не помешала бы пара напряжённых экшен-сцен — вместо пары описаний очередных завтраков Лавинии или её неторопливых прогулок по Венеции.

Тут стоит сказать несколько слов о персонажах вообще. К моему сожалению, в этом романе нет симпатичного тандема «Архивариуса», где роль Ватсона при Лавинии исполнял молодой сотрудник архива Жак Дюпон. «Химия» между ними получилась замечательная. Но в разбираемой книге автор решила Дюпона убрать:

«Дюпон командирован в Нувель-Орлеан, там в библиотеке магической школы крупная недостача в закрытом отделе».

В этом же романе у субинтенданта своего рода коллективный Ватсон, состоящий из преданной секретарши Марджори, главы местной магбезопасности Джан-Марко Торнабуони и его племянников-оперативников. Работает это неплохо, но с Дюпоном смотрелось лучше. Хороши и многие другие второстепенные персонажи, вроде монсеньора Гвискарди, суперинтенданта театра Кавальери, кладбищенского сторожа Паскуале Донти, бандита Ризардоло, скользкого типа Лючиано Корнаро, и прочих. Хотя мне показалось, что недостаточно реализован образ гондольера Пьетро — в его помощи ГГ могло бы скрываться и нечто иное, кроме желания подзаработать. И ещё слегка задело, как читателя, что проницательная Лавиния не разглядела шпиона в постоянно попадавшемся ей нищем, линия которого, кстати, куда-то пропала.

Но в целом истории о Лавинии Редфилд по-прежнему радуют и завлекают, а мир, в котором они происходят, хоть и достаточно традиционен для фэнтези, но несёт множество ярких оригинальных черт, вроде воробьёв-магвестников (не сов, как в Хогвартсе, и не воронов, как в Вестеросе). Прочитав последние строчки, хочется погрузиться в этот мир снова. А это значит, что произведение получилось удачным.

Только вот название романа мне кажется не слишком выразительным. Может, стоило бы заменить его на что-то более «сенсационное», в классических детективных традициях? Например, вроде того, как названа эта рецензия…

Имею возможность, способности и желание написать за разумную плату рецензию на Ваше произведение.