Рецензия на сборник рассказов «Любовь в тени»
Знаете, этот сборник я и раньше почитывал, но как-то урывками: открыл один рассказ, отвлёкся, через неделю вспомнил, потом снова отложил. А последнее время нечисть, хтонь и прочая потусторонняя живность вдруг стали казаться мне подозрительно уютной компанией. Жизнь иногда так удачно расставляет людей вокруг, что упырь с кладбища уже выглядит вполне воспитанным соседом.
В общем, вспомнил про Алёнины рассказы и перечитал всё подряд.
И вот целиком они воспринимаются интереснее.
Сначала кажется, что это просто набор мистических историй: тут викторианщина, там зомби, дальше языческая Русь, ещё где-нибудь кто-то обязательно полезет туда, куда нормальный человек ночью не полез бы. А потом постепенно замечаешь одну довольно неприятную вещь: почти везде речь вообще не о нечисти.
Речь о людях, которые не умеют отпускать.
«Тень возлюбленного» в этом смысле особенно хороша. Владимир уже умер, Владимир прямым текстом просит оставить его в покое, но героиня решила, что любовь обязана победить даже здравый смысл, смерть и мнение самого покойника. Кровь, попытки удержать его здесь, в финале вообще горло себе перерезает, лишь бы любимый никуда окончательно не делся.
Очень человеческое поведение, между прочим.
Вся эта высокая жертвенная любовь при ближайшем рассмотрении оказывается довольно обычным «ты мой, поэтому твоё желание уйти меня не интересует». Только выражено чуть эффектнее, чем сообщениями в три часа ночи.
С «Жертвоприношением» другая история, но там меня отдельно порадовала Ярина со своей практически предпринимательской жилкой. Люди жгут людей ради солнца — хорошо, давайте попробуем заменить человека соломенным чучелом, добавим блинов, праздник переупакуем, всем станет легче жить.
Нормальная же идея.
Жрец посмотрел и решил примерно следующее: прекрасная инновация, девушку тоже сжечь.
И вот этот финал с проклятием и холодным солнцем мне нравится именно потому, что Ярина до последнего пытается разговаривать с миром как с чем-то, что поддаётся разумным доводам. А мир вообще не подписывался быть разумным.
Во многих рассказах герои устроены похожим образом: довольно быстро понимаешь, где у человека больное место, а потом сидишь и смотришь, как он сам аккуратно туда наступает. Иногда дважды.
Написано при этом легко. Я отдельно ценю, что Алёна не начинает на каждой второй странице доказывать читателю, насколько здесь мрачно и красиво. Деталей хватает, язык хороший, но текст не захлёбывается собственным кружевом. У меня на декоративную готику, где каждую свечу описывают до биографии её воска, давно выработалась непереносимость.
Есть только одна вещь, из-за которой я временами ворчал.
Алён, ты своих людей иногда убиваешь слишком деловито.
Вот только человек понял, что всё плохо, и я уже начинаю ждать, как он будет метаться, торговаться, придумывать себе спасение, — а ему практически сразу выдают билет в морг.
В «Чёрных цветах» это особенно заметно. Виктор узнаёт об измене, проходит совсем немного текста — и отравленные розы уже закрывают вопрос для всех участников.
Эффектно, но я бы иногда дал им ещё пожить.
Не из гуманизма. Наоборот.
Пусть сначала поверят, что выкрутились. Пусть успеют позавтракать, помириться, придумать какой-нибудь совершенно идиотский план на следующую неделю. И вот тогда уже можно приносить розы.
Так больнее.
Хотя сильнее всего мне всё равно запомнились «Возлюбленные кости». Тут я вообще без претензий.
Некромант откапывает бывшего мерзавца для своей костяной спутницы, она получает лопату и наконец решает старую личную проблему наиболее понятным способом.
В каком-то смысле это лучший рассказ о терапии во всём сборнике.
Причём после всей этой кладбищенской возни финал почему-то выходит почти тёплым. Не приторным, без внезапного нравственного прозрения, просто правильным именно для этих двоих.
Так что да, перечитал не зря.
Особенно приятно обнаружить, что местная нечисть в среднем всё-таки ведёт себя предсказуемее людей.
