Рецензия на роман «Ракотис»
Рассказывает всё это Алексиос, помощник префекта Египта, человек, больше похожий на переодетого писца, чем на воина. В первой же облаве девять опытных солдат гибнут у него на глазах, сам он выживает чудом и дальше живёт с чувством вины. Хороший получился герой, испытываешь к нему симпатию, сопереживаешь.
Дальше книга расширяется сразу во все стороны. В сюжет вводят Галена, того самого врача, что латает Алексиосу ногу и попутно рассуждает о снадобьях, мелькает Авл Геллий со своими записками, зреет мятеж легата Авидия Кассия, а над всем этим сидит Марк Аврелий, философ на троне. Очень занимательно выдумка вшита в реальные швы эпохи, даже не сразу понимаешь, где автор придумал, а где подсмотрел.
Почти к любому слову автор даёт в скобках перевод, но к середине книги это надоедает, иногда прямо посреди напряжённой сцены спотыкаешься об подсказки. Это вкусовое, кому-то наоборот будет уютно. И ещё одно, уже совсем личное. Алексиос так часто проговаривает, что именно он сейчас чувствует, страх, стыд, влечение, что местами я предпочёл бы догадаться сам по его рукам и молчанию.
Сцена с эмпусой в атриуме цепляет именно тем, что ужас идёт под руку с постыдным притяжением. Алексиос смотрит на чудовище, залитое чужой кровью, ловит себя на желании подойти ближе и тут же вспоминает женщин, что приходили в префектуру с жалобами на мужей, а наутро сами забирали жалобы обратно.
Чем дальше, тем крупнее замах. Иногда мне, правда, казалось, что героя несёт потоком событий, слишком многое с ним случается и слишком редко он сам поворачивает руль. Хотя к концу это отчасти оправдано тем, как он устроен.
Порадовала меня и философская подкладка, на которой всё держится. Главы названы латынью, и подобраны не случайно. Одна так и зовётся «Узники в пещере», и платоновская пещера тут вовсе не школьная картинка про тени на стене. Кто-то из героев роняет, что все мы узники, истинный мир от нас сокрыт, а страж у входа в эту пещеру древнее и страшнее любого из нас. Алексиос ведь рационалист, он привык опираться на закон и разум, и мне было любопытно смотреть, как этот самый разум раз за разом упирается в то, что нельзя объяснить.
Главный вопрос автор выносит прямо в аннотацию и потом честно пробует с ним жить. Что страшнее, божественный порядок, его крушение или сам человек. Дешёвого ответа книга не даёт и в проповедь не скатывается, за это я ей благодарен.