Рецензия на роман «Могила двойников» / Татьяна Русуберг

Рецензия на роман «Могила двойников»

Размер: 388 431 зн., 9,71 а.л.
весь текст
Бесплатно

Если меня никто не опередит, то эта рецензия будет пятой по счету. Поскольку до меня по поводу сюжета книги сказали уже практически все, что может быть сказано, то повторяться не буду – пусть желающие заглянут в отзывы моих коллег. Перейду сразу к делу и скажу, что «Двойников» я буду не столько хвалить, сколько ругать, потому что должен же кто-то злобный прийти с ложкой дегтя и шлепнуть ее в бочку меда, просто потому, что может что роман (а автор в аннотации утверждает, что это роман) ему как читателю и романом-то не показался?

Из уважения к труду автора (а он виден, этот труд, что есть хорошо) я подслащу пилюлю и начну с того, что мне в книге понравилось. А это собственно две вещи: проработка мира «Двойников» и язык произведения. По поводу мира уже много написано предшествующими рецензентами, поэтому скажу только, что любому фантастическому роману можно только пожелать настолько логично и тщательно созданных фантдопа и места действия, как в «Двойниках». Тут мне хочется хлопнуть автора по плечу и воскликнуть: «Ай-да Пушкин Скумбриев, ай-да сукин сын!» Меня впечатлило все: от пси-энергии и вызванных ею изменений в физических свойствах мира до созданных фантазией автора опасных тварей, оружия, средств индивидуальной защиты и транспорта. 

Язык книги легкий, без излишеств и вычурности стиля, простой, со скупой образностью, что меня вполне устраивает, так как в «Двойниках» много экшена, а тут красоты стиля могут быть и помехой. Есть, конечно, небольшие огрехи и помарки, книга нуждается в вычитке, но все это устраняется довольно легко и на мое восприятие текста не повлияло. Повлияло на меня совершенно другое. 

При объеме в почти 10 а.л. книга стремится к статусу романа, да и сам автор так обозначает свое произведение. Однако основных признаков романа как жанра я в «Двойниках» не вижу. Признаки эти: интрига, завязанная на конфликте, и развитие героя – обычно в переломный, кризисный период его жизни. Кому интересно, может легко прогуглить определение романа, поэтому грузить коллег по цеху теорией не буду.

Итак, интрига. Она в книге есть: но только в первых главах. Стефан, главный герой, убегает от чего-то или кого-то, поэтому он прячется в опасном Зеркальном лесу и ищет там особое оружие против неведомой пока угрозы. Замечательно! Читатель на крючке, загадка загадана: кто преследует Стефана и почему? Почему герою требуется зеркальное стекло, чтобы убить преследователя?

Ответ на эти вопросы мы узнаем очень быстро. На Стефана охотится его зеркальный двойник, Зеркало, чтобы убить, потому что по легенде двойники не могут существовать в одном мире: чтобы выжить, один должен убить другого. Уничтожить Зеркало, как говорят, обычным оружием нельзя, поэтому Стефану и понадобился стеклянный клинок. Все, интрига собственно почти исчерпала себя. Почти, потому что за Стефаном гонятся еще и кановцы, бывшие сослуживцы, с приказом его задержать или уничтожить. У читателя сохраняется интерес: почему егеря охотятся на Стефана? 

Герой уже при первой встрече с Дейдрой, функция которой в книге спутница-помощница, рассказывает, что совершил в Канове преступление, поэтому власти послали за ним погоню. Какое преступление, Дейдра не спрашивает (она вообще не слишком любопытна), но Стефан открывает ей правду позже: он убил Технократа, одного из правителей Канова. Все. И эта интрига накрылась медным тазом, да и интригой по сути не была, потому что про преступление мы уже давно знаем, а на конфиликт это преступление не работает, так что... 

И вот тут мы переходим к главному, к конфликту, основной движущей силе романа. Александр Диденко в своей рецензии поднял вопрос о конфликте, и указал двух антагонистов главного героя: Зеркало и устоявшиеся в обществе предрассудки, суеверия и стереотипы. Тут я соглашусь только отчасти.

Я вижу в книге несколько конфликтов – а в хорошем романе так и должно быть. Вот только эти конфликты очень поверхностные, а некоторые из них вообще намечены пунктирной линией, а не прорисованы. К тому же все эти конфликты внешние, то есть между героем и какими-то внешними обстоятельствами, а не внутренние (конфликт героя с самим собой).

Самое очевидное уже указали: противостояние Стефан – Зеркало. Предмет конфликта – жизнь двойников (один из них должен умереть, чтобы выжил другой). Мотивация главного героя – желание выжить. Мотивация двойника – предположительно та же. Предположительно, потому что двойника-то мы не видим и не чувствуем. Как уже сказали до меня, сам Стефан встречает двойника лишь дважды: когда Озеро создает отражение героя, и когда Стефан убивает свою копию. Двойник не описывается внешне. За все время действия он не произносит ни слова. Он присутствует в тексте бестелесной тенью, мыслями Стефана о нем. Даже те второстепенные персонажи, которые встречаются с двойником – а это остается за кадром – практически не говорят о нем, а Стефан и не спрашивает. То есть пружина действия книги - это предположение главного героя о том, что копия попытается его убить, - предположение, основанное на суевериях и легендах. Не слабовато ли?

И тут меня сразу бьют по голове два вопроса:

1) Стефан – без двух минут ученый. Он прошел теоретическую подготовку, но не стал сдавать экзамен, потому что предпочел работу «в поле» просиживанию штанов в кабинете. Значит, он должен мыслить, как ученый, исследователь. А это предполагает прежде всего стремление задавать вопросы: почему? Зачем? Как оно устроено? Как работает? Можно ли такое создать искуственно? Заставить служить на благо прогресса, человечества и т.п. Задает Стефан такие вопросы по поводу Зеркала – уникального феномена, которому ни у кого нет объяснения? Нет. Ну чего там, подумаешь, бегает себе какой-то клон, то ли стеклянный, то ли из плоти и крови. Шлепнуть его, и одной заморочкой меньше. Ход мыслей героя, увы, именно таков. Не интересно ему. Не любопытно. Даже теоретически. Лучше положиться на то, «что одна бабка сказала». Бабка мудрая, старая, а потому знает лучше. Раз бабка говорит, что двойника надо замочить, будем мочить. 

Ну хорошо. Допустим, одичал Стефан в своих лесах, полученные знания использует чисто в целях выживания, так что вские там гипотезы его не интересуют. Тогда попытаемся представить себя на месте Стефана – обычного человека. Вот он узнает, что у него появляется точная копия, только зеркально отраженная – шрамы на другой щеке, например. Копия обладает памятью оригинала и такой же личностью. Разве не интересно? Да любопытно же до чертиков! Во всяком случае такой сверхъестественный факт должен вызывать у оргинала какие-то эмоции. У Стефана, как я уже говорила, появление двойника любопытства не вызывает, а из эмоций мы видим разве что глухое раздражение: ну вот, теперь еще и этого грохнуть придется. 

Нет, Стефан, конечно, немного рассуждает о том, отличается ли от него копия, будет ли она всегда действовать так же, как он, можно ли предсказать шаги Зеркала. Но все эти мысли вызваны только одним: желанием как можно скорее уничтожить двойника. Это не морально-нравственные изыскания, а чисто практические соображения: как бы побыстрее и попроще убить. Даже когда Стефан додумывается до того, что, быть может, копия – это он сам, эта мысль не вызывает в нем никаких эмоций. И довольно быстро герой соглашается сам с собой, что для него без разницы, кто он. Он просто хочет выжить, и гори оно все огнем. Никаких моральных мук на тему «Из чего я сделан?» (с) или для чего я сделан, или кто больше заслуживает жить, я или он – мы в книге не увидим. 

Мысль о том, что, возможно, в мире может найтись место и для двух Стефанов, у героя даже не возникает. Вот почему я не согласна с предыдущим рецензентом насчет конфликта герой – предрассудки общества. Потому что противоречия тут попросту нет. Стефан принимает на веру, что двойник должен умереть. Точка. Он напоминает мне робота с одной заданной программой: выжить любой ценой. А условие этого выживания: смерть двойника. 

Итак, внутреннего конфликта нет, а нет его потому, что у главного героя нет ни этических ценностей, ни моральных ориентиров, ни идейного стержня, ни веры, ни эмоций. Он – совершенная машина для выживания и убийства, и не более того. Стефан в книге практически никогда не ошибается. А ведь «человеку свойственно ошибаться» (с). Я помню только одну ошибку: когда герой попадает в ловушку, подстроенную двойником,  и проваливается в паучью нору. И то, интуиция подсказывает Стефану, что с обрывом что-то не так, но он выбирает следовать за товарищами, потому что не может переубедить их идти другим путем. В результате обвала никто, кстати, не погибает.

За все действие романа перед Стефаном ни разу не стоит этическая дилемма, ему не приходится делать сложный выбор. Он убивает направо и налево в погоне за двойником, и чтобы уйти от преследователей, но ни одна смерть его не трогает. Меня, честно говоря, удивило, что герой оставил в живых священника и его дочерей-подростков, потому что это никак не мотивировано. Да, Стефан говорит, что он не воюет с детьми, однако пытается взять одну из девочек заложницей. Почему он не убивает священника для меня вообще загадка. Я не вижу в герое ни доброты, ни милосердия, ни жалости – ничего, что могло бы мотивировать такой поступок. 

Я также не могу объяснить, почему Стефан спасает Дейдру в начале романа. Сам герой, кстати, не может ответить на этот вопрос. Он жалеет неоднократно, что спас женщину, пока не узнает, что она псионик (маг) и может быть ему полезна. Стефан вообще оценивает всех людей исключительно с точки зрения полезности для него самого, Стефана. Да что там, он даже на сексуальность женщин практически не реагирует, хотя секс с Дейдрой у него все-таки происходит – по ее инициативе. А уж когда она его практически называет «любимым», реакции у Стефана – ноль. 

Поэтому я вижу перед собой главного героя – биоробота с одной программой, не способного чувствовать, любить или делать этический выбор. И в общем-то это, наверное, было бы не так уж и плохо, потому что в финале мы узнаем, что главный герой – копия, Зеркало, а не оригинальный Стефан. Почему я пишу «бы»? Потому что Стефана-человека мы так и не узнаем. Лучше он или хуже копии? Живет ли он по той же программе, или в его жизни есть другие цели и орентиры? Кажется, он способен на любовь – ведь Ольга, спутница второго Стефана, выбирает именно его, а не Зеркало, которого встретила первым. К тому же Ольга защищает своего мужчину до конца. Кажется, настоящий Стефан убивает не так много людей, как копия. Но я пишу «кажется», потому что все действия Стефана-человека остаются за кадром, мы их не видим. Есть только предположения Зеркала о том, что сделал оригинал и почему. 

Можно сказать, что вся книга – это фехтование героя со своей тенью. А значит, настоящего противостояния нет. Конфликта нет, потому что нет антагониста. И все строение романа – если это роман – рушится, как карточный домик. 

Стоп! А я ведь выше говорила, что конфликтов в книге несколько, хоть и намеченных пунктиром. 

Да, все так. Есть конфликт: герой – кановцы. Это опять же конфликт внешний и поверхностный. Предмет конфликта – жизнь Стефана. Мотивация кановцев – месть, свершение справедливости, исполнение предписаний начальства. Мотивация Стефана (угадайте с одного раза) – конечно, выжить. Меня так и не озарило, на кой ляд Стефан вообще шлепнул того Технократа: знал же, что на него потом всех собак спустят. Единственное подходящее объяснение – месть. Кстати, это убийство совершил Стефан-человек, двойника тогда еще не было. Что предполагает наличие у Стефана-человека чувств, но вот копия ими не обладает, а поэтому, когда он рассказывает об убийстве, оно оказывается никак не мотивированным. 

Еще один намечающийся в книге конфликт: противостояние религии Светлого бога (читай, христианства) и язычества. Кульминации конфликт достигает, когда церковники изгоняют язычников из Рога. Но конфликт этот завязан не столько на противоречии мировоззрений и вер, сколько на отношении к псионикам (магам). Последователи религии Светлого бога видят в них угрозу, язычники их принимают в свои ряды. 

Почему этот конфликт тоже только намечен пунктиром? Во-первых, единственный псионик среди поселения язычников в Роге – это Марена, а она практически шпион, засланка единоверцев из Корса. Остальные – обчные люди. Во-вторых, противостояние язычники – адепты Светлого бога никак не пересекается с конфликтом главного героя. Стефан – атеист. Ему плевать, какую сторону поддерживать. Случайно он оказывается с Мареной, потому что она дала ему и Дейдре приют, и потому, что двойник, очевидно, нашел поддержку у церковников. Но Стефан не разделяет идеологию или веру язычников, не сочувствует ни одной из сторон. 

Итак, настало время перейти к последнему пункту, последней опоре романного жанра – герою. Герой в романе должен претерпевать развитие. Цитирую: «роман - вид эпической литературы, изображающий жизнь человека с её волнующими страстями, борьбой, социальными противоречиями и стремлениями к идеалу». Страсти откидываем сразу – главный герой холоден, как земноводное. Стремления к идеалу? У Стефана Зеркала только одно стремление – выжить. Идеалов там нет вообще. Социальные противоречия? Их тоже нет. То есть в окружающем мире они, конечно, намечены, но героя никак не касаются, оставляют его равнодушными. Вернее, он пользуется ими, когда это его устраивает. Опять же – чтобы выжить. Принципов у героя нет, бороться не за что. Даже за женщину свою он вряд ли стал бы бороться, если бы был прямой выбор: умереть самому или спасти ее. 

Развития героя, соответственно, нет. Куда ему развиваться и как? Для развития нужен какой-то толчок, а Стефану все равно, пока его шкуре ничто не угрожает. Единственное, что Стефан, возможно, совершенствует – это технику убийства. 

И наконец я подвожу итог. Для меня главное в любой книге – способность сопереживать созданному автором персонажу. Главному, второстепенному – не важно. Для того, чтобы сопереживать, я как читатель должна узнавать себя в герое. Вот, например, в «Теплой птице» я Андрею сопереживаю: радуюсь его крохотным шажкам к осознанию себя человеком, радуюсь и удивляюсь тому, как он учится любить; падаю вместе с ним в бездну, когда на его глазах убивают любимую; дрожу от ужаса вместе с ним, когда надо мной склоняется жуткая морда мутанта... 

Я специально выбрала для примера «Теплую птицу» потому, что это тоже антиутопия с большой долей экшена. Вот только в «Птице» главный герой, да и все остальные, живые люди. А в «Двойниках» главный герой – робот со стеклянным сердцем, а прочие герои – функции. 

Дейдра и Ольга – тоже двойники. Их функция – спутница-помощница-боевая подруга героя. Дейдра закреплена за Зеркалом, Ольга – за Стефаном-человеком. Все остальные – просто маски, имеющие определенную роль: преследователи-враги или помощники-друзья. Таких действительно легко перестрелять, и горевать никто не будет. 

Вообще весь линейный сюжет книги напоминает компьютерную игру типа стрелялки-бродилки. Есть стрелок. Есть миссия: выжить и уничтожить Зеркало. Герой может взять напарника или присоединиться к группе. На своем пути он проходит через различные локации и встречает различных персонажей, которые дают ему ключи к тому, где искать двойника. Вот что мне напомнила эта книга. Но если честно, лучше бы я сыграла в игру – там бы могла сама пострелять J

Ну и наконец пару слов о названи книги: «Могила двойников». Я так и не поняла, о какой могиле идет речь. Зеркало похоронил оригинал? Об этом в тексте не говорится. Говорится о том, что он голову у оригинала отрезал, а до того – распотрошил тело. И потом: могла-то двойникОВ, во множественном числе. А Зеркало выполнил миссию, выжил. Хотя я, если честно, надеялась под конец, что они прикончат друг друга, и на сем все завершится. Стефан, судя по всему, был немногим лучше Зеркала... Хотя мы имеем только представления Зеркала о нем, как я уже говорила выше. 

Итого: главному герою я не сопережеваю и не сочувствую, с ним себя – упаси боже! – не идентифицирую. Другие герои – просто функции, потому им сопереживать я тоже не могу. Дейдра вызывает у меня скорее раздражение своим тасканием за ледышкой Стефаном, как будто у нее своей жизни до него и не было, и весь свет на нем клином сошелся. Ну да, он Дейдру спас, ну так она ему потом тоже не раз помогала, и вообще, Стефан ее откровенно использовал. Впрочем, поскольку и главный женский персонаж безэмоционален и безыдеен, то и это раздражение у меня очень слабое. 

Боже, неужели я пять страниц написала? Пора заканчивать. Мое читательское ощущение от книги таково: первые страницы меня зацепили и заинтересовали, но дочитывала я по обязанности. Идею произведения для себя могу сформулировать так: «Всех убью, один останусь с бабой». И зачем было об этом писать на почти 10 а.л?

+11
615

12 комментариев, по

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии. Войдите, пожалуйста.

Вадим Скумбриев
#

Тэк, по порядку.

Однако основных признаков романа как жанра я в «Двойниках» не вижу.

Честно - мне глубоко фиолетово, является ли моя книга романом или нет. Для меня лично роман - это всё, что больше 7-8 алок. Меньше - повесть, ещё меньше - рассказ. И я бы поставил "повесть", но увы, тут её в жанрах нет. Такие дела.

Мотивация главного героя – желание выжить.

Не совсем. Его главная мотивация, о чём он в мыслях напрямую говорит - это остаться в единственном числе. Это немного другое.

И тут меня сразу бьют по голове два вопроса:

А вот здесь крайне дельная мысль, на самом деле. Мне надо будет обработать эту претензию и поразмыслить, как переделать роман, но в целом я её принимаю и воспользуюсь, чтобы исправить ситуацию хотя бы отчасти. Спасибо.

Мысль о том, что, возможно, в мире может найтись место и для двух Стефанов, у героя даже не возникает.

Ответ на это там напрямую расписан.

Я так и не поняла, о какой могиле идет речь.

Ответ давался тоже напрямую. Всё очень просто: лес Зеркал уже порождал двойников, неоднократно. Однако в лесу сильно занижен фон пси-энергии, что убивает людей, организмы которых уже не могут жить без неё. Грубо говоря, это как безводная пустыня, и люди "клонировались" уже умирая от жажды. И подавляющее большинство двойников там и осталось, где-то рядом с Озером. Поэтому и могила.

Идею произведения для себя могу сформулировать так: «Всех убью, один останусь с бабой».

Нет. Как заметили в одной из предыдущих рецензиях, идея тут - в самоидентификации человека и ответа на вопрос, кто же "я". Именно для этого и нужен был двойник. Стефану невыносима сама мысль о том, что в этом мире существует кто-то, в точности копирующий его самого, и только в конце, когда он понимает, что бывший двойник начинает отдаляться от него дальше и дальше, эта мысль сглаживается. Человек по природе своей эгоистичен, и осознание собственной уникальности лежит в основе этой эгоистичности. Разрушение уникальности влечёт за собой крайнюю степень дискомфорта.

Как-то так. Вы подкинули мне несколько мыслей, за что благодарю.

 раскрыть ветвь  7
Татьяна Русуберг автор
#

На самом деле, то, что вы написали в этом ответе - это то, что я надеялась увидеть в романе. Оно там намечено - про самоидентификацию, про остаться в единственном числе - но только намечено. А мне бы хотелось именно сюда луч прожектора направить. Вывести это в фокус. Вот тогда было бы круто. И с конфликтом бы все разрешилось. И я бы сказала еще раз: ай-да Скумбриев! Но пока, увы, я вижу только болванку чего-то, что могло бы стать большой вещью или просто хорошей повестью. 

 раскрыть ветвь  6
Sheldon Lee
#

Круть) Мои ощущения немного сродни)

 раскрыть ветвь  1
Татьяна Русуберг автор
#

Фух, ну не одна я, значит, такой урод :)))

 раскрыть ветвь  0
Marika Stanovoi
#

уы-ы-ы-ва-аще. Забрала на 7*7

 раскрыть ветвь  1
Татьяна Русуберг автор
#

Да пажалста, бери, нижалка :)

 раскрыть ветвь  0
Написать комментарий
10K 174 80
Наверх Вниз