Рецензия на повесть «Серебряные нити, или приключения Мальвины»
Тёмный эротический фанфик является для меня жанром, от которого лично я не жду многого. Однако повесть "Серебряные нити, или приключения Мальвины" эти ожидания полностью разбивает. До пятой главы включительно я читал с настоящим интересом, а третья написана на уровне, которого жанровая этикетка вообще не обещает.
Завязка
Она проста. В театре Карабаса-Барабаса куклы привязаны к хозяину серебряными Нитями, видимыми только им самим. Мальвина — лучшая актриса и ежевечерняя жертва хозяина. Артемон добывает волшебные Ножницы, и они бегут. Дальше начинается то, ради чего повесть написана. Свобода оказывается не наградой, а задачей, и Мальвина решает её трижды, с тремя разными спутниками.
Что получилось
Лучшей в повести считаю главу об Артемоне. Автор показывает, как забота превращается в клетку, и делает это без единого злодея и почти без объяснений, одними предметами. Камень у ручья, заранее выстланный мхом. Гребень, поданный за секунду до того, как она подняла руку. Туесок идеально отобранной брусники, которую героиня ест горстями, потому что не хочет огорчить, а вовсе не потому, что хочет ягод. Ей не дают даже успеть захотеть, и в постели у неё снова включается счёт в голове, знакомый по кабинету Карабаса. Это точная, наблюдательная проза.
Вторым удачным образом, за который хочется поблагодарить автора, является Пьеро. Поэт, который воспевает «владычицу дубрав», пока она колет дрова и снимает выкипающий котелок, написан зло и смешно. Реплика Мальвины при расставании «ты любил то, как красиво ты умеешь обо мне страдать» очень точно ставит диагноз, а его уход ещё лучше. Он покидает поляну счастливым, потому что получил наконец великую "утрату", которой хватит на всю жизнь.
Финал зеркалит первую главу. Та же плеть, тот же массаж, та же полночь с сундуком, тот же «чистый холст», только с обратным знаком. Сквозные мотивы работают: метроном, фарфоровая улыбка, рефрен про дом и лес, закрывающий две главы подряд.
Что не получилось
Схема слишком видна. Спасатель, Нарцисс, Инфантил, Тиран — после третьей главы понятно, как устроен каждый следующий эпизод и чем он кончится. Буратино пострадал от этого сильнее всех. Когда я дошел к его главе, то он уже был не характером, а иллюстрацией к тезису, и история с Лисой и Котом нужна только затем, чтобы вытолкнуть героиню из леса.
Сама Мальвина при этом остаётся вне критики. Она ни одному из троих не говорит прямо, чего хочет. Она молчит, терпит, ведёт счёт обидам, потом указывает на дверь. Текст подаёт это как несостоятельность мужчин и не замечает, что это и её выбор. Прекрасное обещание, которое проклевывается в конце четвёртой главы, встретить следующего человека не Музой и не Жертвой, а просто собой, к сожалению, в пятой главе забыто автором без следа.
Моя главная же претензия — к финалу. Шесть глав повесть задаёт вопрос, что такое свобода для того, кто вырос на нитях. Ответ: вернуться к мучителю и управлять им через постель. Из этого мог выйти по-настоящему страшный финал, и материал для него в тексте есть. Мальвина добивается, чтобы Артемону и Пьеро сшили новые Нити. Буратино метёт зал в долговой кабале. Бывшая кукла стала кукловодом, но, почему-то интонация последних страниц любуется ею. Ужаса в тексте нет, я заметил только торжество.
Считаю, что самый важный переход остался за кадром. Между сценой, где она опускается на колени с плетью в зубах и просит её выслушать, и аншлагом лежит невидимая монтажная склейка. Как тело, которое считало удары и умоляло себя не бежать, стало хотеть того же самого? Если это травма, принятая за выбор, то перед нами сильнейшая тема повести, и её надо было писать. Если же достаточно поменять, кто на самом деле главный, то психология первой главы просто отменена.
Язык
Бытовые сцены предметны и точны. Эротические, за исключением первой, собраны из готовых блоков: «волны страсти» и «безудержные порывы» идут через фразу. Первая сцена с Карабасом действует именно потому, что она холодная и механическая. Финальная должна быть её зеркалом, но написана тем же глянцем, что и остальные, и отражения не выходит.
Итог
Я внутренне чувствую, что автор талантливее этой повести. Середина написана человеком, который умеет видеть людей и показывать их через вещи. Рамка — человеком, которому нужно было довести героиню до плети и короны. Будь шестая глава написана тем же холодным взглядом, что и третья, получилась бы для многих неуютная и очень хорошая вещь. Пока же это умный текст, который в последний момент выдал желаемое за вывод.
Рекомендую читать стоит ради третьей и четвёртой глав и ради спора о финале, который повесть вполне заслуживает.