Dsche

Это интересный вопрос. Тираж «Бесконечной шутки» 7 тысяч плюс 3 тысячи, то есть первые семь тысяч они точно продали кому-то. Или потеряли, впрочем.

С сексом та же петрушка.

Ой, ну конечно нечестно, но по другой причине.

Просто Саша Соколов гений, какие бывают раз в сто лет, если повезёт, и никого рядом с ним нет.

Ну так я и у Далина изначально говорил, что тема эта безнадёжна. Слух либо есть, либо нет.

Отсутствие слуха можно частично компенсировать насмотренностью.

Когда нет (и не надо) ни того ни другого – нет предмета разговора.

всякий дурак поймет, не перебивайте, не перебивайте, вы увидите, вы увидите

спи спи пропахшая креозотом ветка утром проснись и цвети потом отцветай сыпь лепестками в глаза семафорам и пританцовывая в такт своему деревянному сердцу смейся на станциях продавайся проезжим и отъезжающим плачь и кричи обнажаясь в зеркальных купе как твое имя меня называют Веткой я Ветка акации я Ветка железной дороги я Вета беременная от ласковой птицы по имени Найтингейл я беременна будущим летом и крушением товарняка вот берите меня берите я все равно отцветаю это совсем недорого я на станции стою не больше рубля я продаюсь по билетам а хотите езжайте так бесплатно ревизора не будет он болен погодите я сама расстегну видите я вся белоснежна ну осыпьте меня совсем осыпьте же поцелуями никто не заметит лепестки на белом не видны а мне уж все надоело иногда я кажусь себе просто старухой которая всю жизнь идет по раскаленному паровозному шлаку по насыпи она вся старая страшная я не хочу быть старухой милый нет не хочу я знаю я скоро умру на рельсах я я мне больно мне будет больно отпустите когда умру отпустите эти колеса в мазуте ваши ладони в чем ваши ладони разве это перчатки я сказала неправду

Кстати!

Я со вчерашнего дня бормотал про себя: пальцы… перстни… сардельки…

И, что вы думаете, вспомнил!

Это ж Марциал.

Руф, посмотри на него — в орхестре скамью натирает,
чья в сардониксах рука, видно отсюда, горит

Просто автор не понял, что за такие «сардониксы», и решил, что речь тут про сардельки! А, ловко?

Именно из разных книг, да!

Да!

То есть нет!

То есть я по процедурному вопросу.

Мне кажется, что если мы назовём эту игру «два абзаца» – игра станет интереснее. Глубже.

Но я понимаю, что иных читать тяжёлый труд.

опять проклятая неизвестность!

Ну вы же верите в безграмотного и дурацкого автора. Так что должны верить и в персонажа, который идеально имитирует ту же самую безграмотность и дурацкость.

Да, команданте Оккам тут бы начал похихикивать, но в ситуации, когда мы со святою прямотой выволакиваем этакое «вот вам, дети, не писатель, но говно» – хорошо бы проводить прямую через две точки.

мы – это кто?

обычно искусство следует за жизнью.

Человек не понимает значения слов, которые зачем-то вставляет в свой текст. У человека проблемы с логикой изложения (вот это «зато», да – в платье, зато в бусиках).

Нам проще решить, что человек этот – автор, и закрыть на этом вопрос и книгу.

Но. Этим человеком может быть безграмотный дурацкий персонаж, безграмотность и дурацкость которого зачем-то важны автору.

И вот тут нам придётся закрыть эту книгу и открыть другую книгу того же автора. И пока мы это не сделаем – мы не поймём ничего.

Это нужно пишущим. Это нужно читающим. Впрочем, вы правы, откуда на АТ возьмутся те и эти. Тут своя атмосфера.

Я кощунственно предположу, что такая наука нужна не всем. Как не всем нужно сольфеджио. И мастерство прыжков через козла.

Но в некоторых школах ещё в союзе курс МХК всё же был, и это вопрос примерно туда.

Это (как и многое другое) вопрос ущербности системы образования.

Я бы поглядел на школу, в которой ставили бы задачи из серии «А теперь давайте представим, что Мёртвые души написал Пушкин. Что изменилось? Перепишите два абзаца по выбору»

И на людей, с детства приученных обращать внимание на свойства текста.

А в «скучное» запихивать всё «янипони! автор плохо старается!»

Но если залезть на шкаф и прищуриться – от списков «лучших фантастических книг» пользы примерно столько же, сколько было бы от списка «лучших книг в красных обложках».

Воот.

Если на входе делить на литру и палп – что-то увидеть сильно проще. Там, понятно, тоже есть серая зона, но в ней хотя бы цветочки растут.

Деление на умных и красивых сносит с доски умных и красивых, я примерно об этом.

Ну или, если развернуть: человечество всю историю писало фантастику. Люди жили в мире, где чудесное возможно – и в их книгах чудесное было возможно.

Потом на закате дня прискакали взмыленные реалисты. И начали переворачивать картинку. И, судя по всему, перевернули.

Я не желаю в этом участвовать.

И я вижу варианты деления, от которых пользы будет больше, о да. Но понимаю, что при любом делении в крошку уходит заметная часть пирога. У нас тупой нож.

Воот.

Карочи, мне это деление на реализм/фантастику жуть как не нравится. Это из тех рассечений, которые нас обделяют.

То есть мы же можем по щелчку пальцев вывести любую книгу из реализма (бойся белого человека, белой лошади и белой головы!) и наоборот (вскрикнул — и проснулся!) – и, ну, что-то всерьёз изменилось?

Дя!

Но тут вот что: мы верим Кастанеде, когда он нам говорит «Дымком клянус, всё так и было»?

Вот передача микрофона автору выводит наш хоровод на тонкий лёд.

Повисает в воздухе вся визионерская литература. Ну, ок, часть визионерской литературы.

Книга, сводимая к собственному сюжету – это плохая, негодная книга.

нукарочи. если прям совсем-совсем не обнаружится нового и научно-фантастического (а я одним глазом посматриваю и вроде пока нет) – заявлю свою звезду (технически она опубликована именно на АТ сперва и даже Олди именно тут отзыв на неё давали) – но она прямо правда немилосердна к читателю, поэтому пока есть надежда – расчехлять не буду.

Можно сравнивать что угодно с чем угодно.

Текст стоит оценивать на больших прогонах. В идеале иметь рядом другую книгу того же автора.

При этом я бы сказал, что «конденсироваться блеском» это не слишком удачная формулировка.

И я почти уверен, что с достаточной работой над промптом от нейросети можно получить вообще что угодно (то есть, опять же, какие-то выводы возможны при хорошем объёме (= когда оператор даст сбой))

Не, ну у меня разумеется есть, реализм впополаме с космическими приключениями, без шмагии, без мистики (если с нужного шкафа смотреть), с завершённой историей, но записано настолько искажённым языком, что, похоже, пока вообще никто целиком прочитать не сумел. Бебебе.

Вот!

«Сдал бутылки и купил вертолёт», понимаю. Доброго пути!

Запретите мне. На сайте, наполненном мусорными текстами выше точки невозврата, в этом даже будет читаться определённая ирония.

О, а вот это да, это тоже работает. Я вот недавно убедился, что прочитанная в 91 году Дверь в лето за эти годы заместилась в голове книгой с вообще другим сюжетом.

А кто-то наверняка вспоминает Ласковый май как музыку сфер – и не просто вспоминает, а слышит через это воспоминание истинно божественное.

Синдром утёнка – это ведь на самом деле не уничижительное: это то, как работает наш мозг. Есть мозг – есть в нём и утёнок.

Беляева в школе почти не читал (кроме, кажется, вот как раз Продавца воздуха), но очень много читал Грина, был не просто в восторге, а в очарованности. И чувство от встречи с написанным по-русски магическим реализмом было настолько сильным, что для выпутывания из этой вуали потребовалось прочитать очень-очень много вещей, как бы сказать… добротных? добросовестных? Сделанных, в общем, на другом уровне.

У вас околдованность детским наивным впечатлением. Это нормально и понятно и даже хорошо.

Попробуйте взглянуть открытыми глазами – и туман рассеется. Тут очень много небрежности. Почему Садни, но Назад? К чему бесконечные «был спасён»? Кто увидел страшный всасывающий водоворот, когда шлюпка завернула «за угол»? Что значит «лежащим на палубе вместе со шлюпкой»? Как переговорная труба превратилась в слуховую трубку?

И так далее, и тому подобное.

Скажете, что я нарочно придираюсь?

Плотник супротив столяра

Почему нет? Потому что надо делать хорошо. А нехорошо не надо делать.

К их услугам был весь Серебряный век. Булгаков, Замятин. Мелвилл наконец.

Или – Горький, а? Господи, каким стилистом был Горький, выросший на грошовых брошюрках!

Но у них не было слуха.

Как, помните, Моцарт притащил базарного скрипача и находил его весьма смешным.

Трагедия не в том, что Беляев или Грин не были приспособлены к тому, чтобы слышать.

И даже не в том, что им некому было об этом сказать.

И даже-даже не в том, что им, немым, открывались миры, хотя это действительно страшно и несправедливо.

Трагедия в том, что они своим косым ремесленничеством воспитали миллионы читателей с отбитым с детства слухом.

Вот я произвольную книгу открыл:

В комнате второго этажа лежал всякий хлам, покрытый пылью и мусором обвалившейся штукатурки. Сквозь разбитые стекла окон дул ветер. Свет спугнул несколько летучих мышей, и они шарахнулись по стенам, сдувая пыль и паутину. Фриц внимательно осматривал каждый угол, ворошил мусор тяжелыми рыбацкими сапогами, потом освещал стены и говорил:

– Ишь какие трещины!

Вы ведь видите, насколько это неумело сделано?

Ну нет, я не могу так это увидеть.

Беляев устарел, потому что банально плохо писал. Как Казанецев. Как Грешнов (помните такого?). Пылающая пустота.

Уэллс устарел? Волшебная лавка. Зелёная дверь. Скажете фэнтези? Ок, Страна слепых. А Первые люди на Луне – да, устарели. Потому что плохо написаны.

А скажем Хайнлайн вполне сайфайной Луной суровой – не устарел и не устареет. И Дверью в лето.

если бы у нас был институт литагентов, верно.

всё так.

Вооот! Писатель вообще не должен открывать рот. Всё что он мог сказать – внутри книги.

Это как если бы мамочка пришла убеждать судей шахматного турнира, что её сын – гроссмейстер.

Лучшие были на Парке.

И ещё там были столы с огромной дыркой под мусорный мешок в центре стола – никогда джанкфуд не был настолько джанк.

А ещё там были крантики с бесплатными кетчупом и горчицей (и можно было напрудить хоть целую тарелку).

А ещё эти буррито были до степени смешения похожи на обосранные пелёнки, что снаружи что изнутри.

Но мы были молодыми, нам было ок.

А я иначе это прочитал.

Массовый шедевр невозможен (да, вот так) потому что у массового читателя отсутствует чувство языка (что «автор» блога нам наглядно демонстрирует).

То есть нейронка незаметно и для себя и для копипастера дала вполне себе дельный ответ.

О, значит не только я вижу нейротекст.

Вот в случае бумажных изданий я, разумеется, тоже осуждайу – но что называется «готов услышать»: у людей есть какая-никакая статистика, какой толщины книги предпочитает их читатель, и деньгами они рискуют неиллюзорными, если что не так (даже хранить даже минимальный бумажный тираж – это уже боль).

В случае электронной книги без малейшего даже шевеления в сторону рекламы со стороны площадки – ну, жлобство. В лучшем случае жлобство.

У меня где-то в недрах аккаунта могла сохраниться переписка с поддержкой, закончившаяся на «да в чём дело-то, просто допишите ещё 4 алки, это за пару дней можно сделать».

Но возможно, возможно я опять вижу голодных демонов там, где засели не очень умные, скажем так, люди.

(Хотя – многим удаётся совмещать).

А я объясню.

Артист вообще очень уязвимое существо. Человек с содранной кожей.

И то что здесь практикуется – это такая себе вполне пытка.

Я могу прийти на Авито и выставить на продажу спичечный коробок.

Я не могу прийти на АТ и выставить на продажу свой текст. Без каскада унизительных плясок, после которых всё равно не могу.

Продолжайу осуждать.

ннуу АТ это вообще такая читалка-кверх-ногами, тут авторы бегают за читателями как угорелые.

осуждайу.

Это попытка присобачить к книгам то, что рождено в области иных товаров. Тоисть а-а-а-а, у вас сгорает промокод на скидку в полста рублей в «грустно и противно», скорей-скорей-скорей оставь там пару тыщщ!

Книги покупают вот вообще по другим законам.

Более того, мой опыт говорит, что дарить книгу тому, кто не готов её купить – это порочная практика. Ничем хорошим оно не закончится.

А ещё тут смешно про кражу биографии вышло – Пушкин же действительно ел черешню на дуэли.

Думаю, как бы это можно было бы сказать иначе.

Возможно, «Истории позволяется использовать части автора по своему усмотрению».

Я тут просто веселюсь, без какого-то филологического подтекста.

Но при этом, да, понимаю, что подкованный филолог (а я и рядом не он) сможет не поморщась поименовать десяток вложенных рассказчиков в Выстреле покойного Ивана Петровича Белкина из позиции «ночью разбудили».