awas

Именно для Марка: Джойс обыграл фрагмент легенды о Тристане и Изольде. Правда, если мне склероз не изменяет, у Джойса «Три кварка для мистера Марка!» — персонаж хотя и ассоциирует себя с королём Марком, но всё же помнит, что он сам не титулован.

И где тут про то, что Вы сообщали в начале данной ветки: мол, отечественный алюминий был так хрупок, что его и прокатать не получалось?

Шахты, домны, мартены не эвакуировали. Эвакуировали их оборудование — от козловых кранов и ковшей для металла до шахтных клетей и подъёмников. А вот откуда Вы взяли сведения об эвакуированном Днепровском алюминиевом заводе в мае 1945-го, если его родную площадку освободили уже в 1943-м и немедленно начали её расчистку под возврат оборудования? Уж и не говорю о станках, составлявших по меньшей мере 9/10 эвакуируемого оборудования: их-то запускали немедленно после доставки на новые места. Словом, читайте документы об эвакуации — и благо Вам будет.

Кстати, Гугл по указанному Вами поисковому запросу «почему дюралюминий именно из советского довоенного алюминия не прокатывался в листы» не выдал ничего похожего на ответ.

Ну да, фантазий на эту тему и впрямь немало. А вот ссылки на технические и научные исследования тех времён мне пока не попадались. Возможно, как раз вследствие изобилия фантазий, забивающих поисковые машины. Потому и прошу: если есть у Вас именно ссылки на первоисточники — поделитесь.

Производительность советской алюминиевой промышленности в конце 1920-х годов, когда работали всего два завода при Волховской и Днепровской ГЭС, Уральский завод действительно превзошёл. Но их производительность уже в конце 1920-х стала недостаточна для потребностей нашей авиации. Потому и продолжилось создание алюминиевых заводов. Но рост авиапроизводства всё равно опережал рост производства алюминия. Не говоря уж о том, что алюминий востребовала не только авиапромышленность. Потому и продолжалась ориентация авиапромышленности на худшие, нежели алюминий, материалы.

А то, что одного завода — даже столь мощного — на тогдашнюю скорость развития советской авиации не хватит, Вам какая именно вера запрещает подсчитать?

Ссылка на «хорошо известный факт» есть? Или, как обычно в отечественной политике, «хорошо известные факты» сочинены Лейбой Давидовичем Бронштейном (по времени он как раз мог сочинять именно на алюминиевую тему), Никитой Сергеевичем Хрущёвым (он старательно ругал всё созданное при Иосифе Виссарионовиче Джугашвили) или Михаилом Сергеевичем Горбачёвым (то уверял, что всё советское было ещё хуже до него, чем при нём)?

Да, в 1950-х, насколько я наслышан, бились в основном над технологиями формовки баллиститных стержней (точнее, трубок: центральный канал хотя и тонкий, но имеется изначально) диаметром заметно больше 24 мм. Но технологических сложностей так много, что мне и десятой их доли не запомнилось. Вдобавок заливаемые смеси на основе каучука имеют на единицу массы заметно больше энергии: в них почти нет азота, не участвующего в реакции горения. Поэтому, насколько я могу судить, переход от идеи к массовому производству занял считанные годы.

НС-37 и Ш-37 появились почти одновременно (не помню, что раньше). Поэтому Шпитальный довольно долго проталкивал свою пушку в серию. Но тут уж производственники его тормознули: НС-37 куда технологичней Ш-37 (читал в молодости воспоминания руководителя завода, где осваивали оба изделия).

Да, 60% довоенных производственных площадок попали под оккупацию или частые бомбёжки. Но по меньшей мере 90% оборудования, размещённого на них до войны, эвакуировано на заблаговременно — в 1938–1941-м годах — построенные новые производственные площадки. Даже из Ленинграда успели вывезти по меньшей мере четверть оборудования: всё, что входило в сравнительно короткие технологические цепочки. Упомянутые Вами Магнитка, Кузбасс, Уралмаш заработали ещё до войны — поэтому о них и во время войны говорили, чтоб немцы не понимали, что главные производственные мощности находятся в совершенно иных местах. Документы об эвакуации всплыли в основном уже в нынешнем тысячелетии: больно уж они противоречат сказкам дедушки Никиты, так что до воцарения Путина никто не рисковал доводить их до массового сознания.

Вклад «второго Баку» и впрямь был весьма невелик, так что примерно половину высокооктанового бензина мы получали по ленд-лизу (и львиная доля полученного сгорала в моторах американских самолётов. полученных по тому же ленд-лизу: наши моторы рассчитывались на наше же топливо, хотя это означало заведомо худшие показатели). Не зря значительная часть грузового транспорта была переведена на заблаговременно разработанные газогенераторы.

Лозунг «малой кровью на чужой территории» неизбежен для поддержания морального состояния основной массы личного состава вооружённых сил. Но рассекреченные в нынешнем тысячелетии документы предвоенного планирования не имеют с этим лозунгом ровно ничего общего. Высшее политическое (да и почти всё военное) руководство страны прекрасно понимало, кто и что находится в его распоряжении, кто и что противостоит нашей стране. И соответственно готовилось к худшему варианту, хотя и надеялось на лучший.

В 1930–1940-х годах у нас из баллистита (нитроцеллюлоза, размягчённая нитроглицерином — рецепт разработал лично Альфред Бернхард Эммануэлевич Нобель) прессовали стержни диаметром до 24 мм (с внутренним каналом, чтобы при горении сокращение внешней поверхности стержня компенсировалось ростом внутренней). Отсюда калибры наших реактивных снарядов. 3 стержня, сложенных треугольником, дают внешний диаметр чуть больше 50 мм (лень считать точней). 7 стержней, сложенных звёздочкой (в центре один, вокруг шесть, соприкасающихся с ним и попарно между собою), дают внешний диаметр 72 мм. Добавьте толщину стенок самой камеры сгорания — и получатся те самые 82 и 132 мм. Стержни большей толщины, насколько я помню, научились делать уже после войны, но тут их вытеснили заливаемые в камеру сгорания заряды из уже упомянутого мною синтетического каучука с замешанным в него тонким порошком окислителя — перхлората (или, если денег не жаль, динитрамида) аммония.

Внутренние каналы в ракетных шашках нужны не для сушки, а для нужного конструкторам ракет закона изменения общей поверхности горения по мере этого самого горения. Порох для ракетных снарядов не сушат: при сушке неизбежны трещины, а когда огонь доходит до трещины, поверхность горения (и соответственно давление в камере сгорания) растёт скачком (у бездымных порохов скорость горения растёт с давлением куда быстрей, чем у дымных, так что двигатель скорей всего развалится). Поэтому ракетный порох делают не на летучих размягчителях (смесь этилового спирта с диэтиловым эфиром), а на нелетучих (мы использовали в основном нитроглицерин, немцы — в основном динитротолуол, поэтому наш ракетный порох давал на единицу массы вдвое больше энергии). В современных твердотопливных ракетных двигателях используют вообще не порох на основе нитроцеллюлозы (она же пироксилин), а синтетический каучук с замешанным в него тонким порошком окислителя (чаще всего перхлорат аммония, а в применениях, где выделение в воздух значимого количества соляной кислоты нежелательно, динитрамид аммония — его синтезировать куда сложней, поэтому он в разы дороже перхлората аммония).

Да, в первой пятилетке такое бывало сплошь и рядом. Что, кстати, Иосиф Виссарионович Джугашвили публично признал в середине второй пятилетки (есть у меня статья, построенная на его выступлениях на эту тему). А вот третью почти целиком посвятили созданию дублёров. И что характерно: из запланированных трёх тысяч промышленных площадок успели к началу войны создать больше двух с половиной тысяч.

КинАп — киноаппаратура, то есть сложная оптика и точная быстродействующая механика. На одесском заводе «КинАп» работала мамина сестра. О работе почти не рассказывала. Сейчас думаю: скорей всего там и в 1970–1980-х годах многое оставалось секретно.

Тем не менее в ходе подготовки мобилизационных планов разрабатывали не только пути эвакуации предприятий, но и способы демонтажа оборудования. Норма потерь в результате эвакуации действительно не определялась. По факту потери оказались меньше 1/10 оборудования.

Вероятно, протектированные.

Ну да, я знаю, как выглядит иерархия сейчас, но мне нужны просто знакомые слова для новой иерархии.

Вопреки расхожим легендам на основе сказок дедушки Никиты, план эвакуации промышленности с начала 1930-х разрабатывался как часть плана мобилизации. В 3-м пятилетнем плане на 1938–1942-й годы предусмотрели строительство трёх тысяч новых предприятий на Урале, Сибири, в Средней Азии… Фактически строили площадки с инфраструктурой для эвакуируемых предприятий и одновременно планировали: что куда эвакуировать и чему с чем на новых местах взаимодействовать. Конечно, небольшую часть эвакуируемого хозяйства немцы разбомбили на железных дорогах, но уже через год после начала войны промышленность на новых местах вышла на довоенный уровень. Немцам же достались места, где до войны работало 60% нашей промышленности, но почти вся она уже работала на новых местах. Конечно, сбои производственных связей и впрямь удалось в полной мере изжить только к началу 1943-го, но в целом картина оказалась куда оптимистичней Вашего пересказа чёрных фантазий в духе Хрущёва да Горбачёва.

Именно так: осциллограф как раз переводится «записывающий колебания». Приборы, отображающие колебания на экране, официально именуются осциллоскопами — «показывающими колебания», но по традиции чаще их тоже зовут осциллографами.

Парочка дополнений на случай, если у Вас дойдут руки до переработки вооружения

У нас со времён появления БМП-3 выпускается разработанная для него Грязевым и Шипуновым 30-мм пушка 2А72 с длинным ходом ствола под патрон 30*165. Масса, по разным данным и разным нелицензионным копиям, чуть меньше 85 кг. И это при дульной энергии в разы больше, чем у патрона 23*152. Скорострельность в зависимости от массы снаряда 330–390 выстрелов в минуту. Правда, не знаю, хватит ли Вашему ГГ сведений, накопленных до переноса, для подсказок Таубину.

В романе Сергея Александровича Калашникова «Внизу наш дом» (увы, сейчас на Самиздате усечённая по требованию издательства копия) главный герой совместно с Валерием Павловичем Чкаловым обосновывает применение МП-3, а не МП-6:

«И вот, после стрельб заседает комиссия. Пушка МП-3, оказывается, не соответствует требованиям, предъявляемым к автоматическому оружию для истребителей. Скорострельность в триста выстрелов в минуту собравшихся категорически не устраивает. Военным нужно не меньше шестисот.

И тут слово берёт Чкалов. Кивает мне, и я развешиваю по стенке плакаты — такие рулоны ватмана, снабжённые деревянными планками сверху и снизу. На верхней посередине верёвочная петелька, чтобы можно было подвесить на гвоздик. Как послушный помощник подаю указку, и Валерий Павлович начинает с закона сохранения импульса, переходит к закону сохранения энергии, доказывает зависимость времени, в течение которого «размазывается» импульс, от силы, воздействующей на тело. После чего показывает — отдача пушки со скорострельностью шестьсот выстрелов в минуту превышает четыре тонны. А в отдельных случаях может достигать и шести — многое зависит от жесткости пружины и применённого принципа перезаряжания.

Потом «прикладывает» это усилие к нескольким общеизвестным типам самолётов и доказывает, что большинство из них неизбежно получат повреждения при использовании на них более скорострельных артиллерийских систем.

Это, если рассуждать о сегодняшних истребителях. Если смотреть дальше, то, при возрастании массы боевых машин и применении определённых конструктивных ухищрений, более скорострельные пушки ставить всё-таки возможно, но именно эти, с отдачей около двух тонн, требуются в качестве учебно-тренировочных на учебно-тренировочные истребители Горьковского авиазавода. Чтобы курсанты не пожгли слишком много боеприпасов во время учёбы, паля в белый свет, как в копеечку.

Конечно, комиссия недовольна, но пояснительную записку принимает. И решение её меня вполне устраивает — принять МП-3 в качестве учебной и допустить установку её на самолёты УТИ-17 и УТИ-16. Но конструктору Таубину вменено в обязанность продолжить работы по увеличению скорострельности, присвоив новой модификации индекс МП-6».

Извините моё занудство, но стрелковка, включая автоматические пушки — моя любовь с детства, уже больше шести десятилетий.

Так ведь первые МП-3 РеИ сделаны примерно тогда же, когда и первые ИС Вашей АИ. Соответственно Ваш Сильванский вполне мог бы ими заняться. Если будете редактировать соответствующий том — примите такую возможность во внимание.

Лично я рекомендовал бы использовать не одну МП-6, а две МП-3. Да, вес вдвое больше, но это не так уж много (1 пушка весит меньше 45 кг, а с боекомплектом порядка 60 кг). Зато отдача меньше не вдвое, а (по разным данным) в 4–6 раз. Соответственно легче вся часть конструкции, воспринимающая отдачу. Дело в том, что автоматика МП-3 работает на длинном ходе ствола, что как раз и допускает скорострельность 300 выстрелов в минуту (откуда и 3 в обозначении пушки). Военные потребовали удвоить. Пришлось в МП-6 перейти на короткий ход ствола, а энергию отката нужно поглотить ту же! Соответственно и усилие, требуемое для остановки отката, резко выросло. Полагаю, ГГ с описанной Вами пробивной энергией мог бы добиться нужной ему серии нужных ему пушек.

Знаменитые сталинские семь высоток построены в 1947–1953-м годах. Но проектирование зданий высотой более 10 этажей начато ещё в 1930-х. А до того момента высотными считались именно 10-этажные. Первые в Москве здания высотой более 8 этажей создал ещё до Первой фазы Мировой войны инженер и архитектор Эрнст Рихард Карлович Нирнзее. Их и прозвали сперва «тучерез», потом «небоскрёб».

«— Машу каслом не испортишь! — Это смотря какое касло» .

Когда-то попытался сочинить воинскую иерархию из однословных званий — безо всяких «младший», «старший», «под-» и «над-». Получилось при условии, что иерархия единая для флота и армии. 01 — рядовой. 02 — фельдфебель. 03 — ефрейтор. 04 — сержант. 05 — старшина. 06 — боцман. 07 — прапорщик. 08 — мичман. 09 — поручик. 10 — лейтенант. 11 — капитан. 12 — майор. 13 — коммандер. 14 — полковник. 15 — бригадир. 16 — коммодор. 17 — генерал. 18 — адмирал. 19 — маршал. 20 — генералиссимус.

Автор идеи локализатора трещин в головной части закалённого снаряда — не Герц, а Гартц. По Википедии — Анатолий Андреевич.

Там после html пара лишних знаков затесалась. Введите адрес в строку и руками удалите их.

То есть саму книгу, где в самом начале главный герой получил послезнание и оно многократно упоминается в каждой главе, Вы прочесть даже не пытались.

Все известные мне варианты полусвободного затвора и/или выката затвора предъявляют повышенные (по сравнению как со свободным, так и сцеплённым затвором) требования к стабильности основных параметров патрона — времени развития выстрела и дульной энергии. Поэтому при всей своей теоретической привлекательности прижились они только в странах, воюющих сравнительно мало и потому уделяющих большее влияние качеству боеприпасов, нежели их количеству.

У нас серийно производился разве что пистолет-пулемёт Дегтярёва со встроенным в затвор рычагом, наталкивающимся на пенёк ствола до подхода туда всего затвора и накалывающим капсюль своим бойком. И то в последних сериях Дегтярёв отказался от этой схемы и перешёл на боёк, жёстко закреплённый в затворе, так что до срабатывания патрона весь затвор успевал дойти до крайнего переднего положения и погасить свою кинетическую энергию не отдачей патрона (что и делает выстрел на выкате выгодным), а ударом о ствол.

Верить «Таким делам», «Голосам за животных» и прочим творениям тоталитарной секты «либералы» — уже тяжёлый диагноз, требующий вмешательства именно ветеринара, ибо доказывает полное отсутствие человеческого мышления.

Наоборот: антисоветчик — неизбежно русофоб. Логика тут проста: считаешь советскую власть пагубной и в то же время знаешь, что львиная доля русского народа поддерживала её так, что для свержения понадобились многие годы оголтелой лжи (ты, правда, её не считаешь ложью, раз уж считаешь советскую власть пагубной, но всё равно знаешь, что народ поддерживал советскую власть) — значит, русский народ такой же пагубный, как и советская власть. Я, кстати, перестал быть антисоветчиком не только благодаря многолетнему логическому анализу множества политических и экономических теорий, но и потому, что убедился (в том числе и на своём личном опыте), что антисоветизм подталкивает к русофобии.

Уже отмечал, что паровые турбины работают при 600–800К, а выхлоп ДВС, как Вы справедливо указываете, 950–1150К. Разница раза в полтора. Соответственно и сплавы, применяемые в паровых турбинах, под воздействием выхлопа ослабнут раза в полтора. Правда, диаметр паровой турбины раз в десять больше, чем турбопривода нагнетателя, так что центробежная нагрузка при равной скорости вращения во столько же раз меньше. Пожалуй, и впрямь можно рискнуть использовать те же сплавы.

А вот переменные нагрузки стараются приблизить к ЦМ именно для того, чтобы не увеличивать угол отклонения руля высоты (и соответственно не росло создаваемое им лобовое сопротивление).

Убивать Хитлера и Гёринга нежелательно: на их место вполне могут найтись руководители заметно сильней. Да и разработчиков технически сложных изделий убивать нерентабельно, как сейчас говорят, от слова «совсем»: нет в мировой истории ничего похожего на гарантию, что возможность, найденную одним умным человеком, неизбежно найдёт и другой, пусть даже и поумней. Не говоря уж о том, что в игру «найди точку для снайперского выстрела» могут играть все.

«Соколиный удар» и «собачья свалка» требуют существенно разных манёвров, и на всём протяжении Второй фазы Мировой войны ни одному авиаконструктору не удалось создать машину, способную не проигрывать другим ни в одном из этих двух видов боя. Боюсь, совершенствование И-16 в «соколином ударе» слишком снизит его шансы в «собачьей свалке».

Насколько могу судить, у металлической ленты проблемы не столько конструкторские, сколько технологические (в том числе металловедческие). Таубин вряд ли мог бы их решить: у него специализация совершенно иная. Разве что мог бы попытаться напрячь металлургов — но этим и без него занимались с тех самых пор, как Шпитальный убедился, что при нужной ему скорострельности пулемёта (30 выстрелов в секунду вместо привычных по наземным пулемётам 5–10) холщовая лента непригодна (и для ШКАС металлическую ленту освоили примерно пока Комарицкий доводил до ума смутные идеи Шпитального).

Паровые турбины работают при температурах 600–800К, газовые — при 1000–1400К (указываю в кельвинах — градусах Цельсия, отсчитанных от абсолютного нуля = –273.15°C потому, что есть простой эмпирический закон: для чистых металлов и большинства сплавов при одном и том же отношении текущей температуры в кельвинах к температуре плавления в них же прочность примерно одна и та же). Поэтому опыт разработки сплавов для паровых турбин может лишь в общих чертах указать направление поиска сплавов для газовых. Так что пришлось именно красть в странах, где металлургия была получше нашей: Британия, Германия, Соединённые Государства Америки.

Скорость — главное качество истребителя при охоте на зазевавшихся. Драка же с примерно равными мастерами, готовыми к встрече, требует ещё и манёвренности. Не зря в числе основных характеристик истребителя даже сейчас указывают время полного виража.

Переделка конструкции И-16 рассматриваемым Вами способом оставляет крыло и оперение вовсе неизменным, да и в фюзеляже позади кабины меняется довольно немногое: каркас там оставляет достаточно места бакам и боезапасу пушек. Так что приемлемо современный истребитель получается приемлемо скромными усилиями.

«Пом-пом» (название — по звукоподражанию) и есть увеличенный (с 0.3–0.4 дюйма до 1.5 дюйма, то есть в 4–5 раз) самим Максимом его же пулемёт. Сама конструкция — Максима, а вот разные станки к нему разрабатывали уже другие.

Металлическую ленту даже для 0.3-дюймовых винтовочных патронов у нас до войны делали только к авиапулемёту ШКАС. Ленту для 20-мм патронов ШВАК освоили только лет за 5 до войны. А уж к патронам 23*152 (для пушки ВЯ) только года за 1.5–2 до войны. Таубин же свою пушку под этот патрон делал куда раньше и с технологическими трудностями производства ленты скорей всего заранее ознакомился.

«Скачивание с картинками недоступно, так как размер файла превышает 50 мб». Может быть, сделаете вариант с картинками компактней?

Увы, мощность мотора на генераторном газе раза в два ниже, чем его же мощность на жидком топливе. А для калильных моторов газ вообще не годится.

Вы правы: все обсуждаемые нами модификации приводят к ощутимой переделке конструкции. Но насколько могу судить, основа машины — каркас крыла и фюзеляжа — изменится очень мало. Сближение центров масс и давления повышает манёвренность, жизненно важную в «собачьей свалке» истребителей: тактика «бей и беги» хороша, только если противник не ожидает удара. Полагаю, прирост мощности мотора в сочетании с улучшением обтекания, тоже добавляющим скорость, позволит Поликарпову установить посадочную механизацию побольше. Для 4 ШВАК на одном лафете может не хватить места: система подачи патронов, бездумно скопированная Шпитальным с его же ШКАС, имеет большой поперечный размер (ещё и поэтому мне хочется чем поскорей заменить ШВАК на Б-20). А вот привод нагнетателя и/или вентилятора выхлопным газом требует жаростойкой турбины. «Ретроград» Найтова попал в прошлое на своём автомобиле, где в багажнике лежали два двигателя — поршневой и турбореактивный — из современных сплавов, так что по сути привёз образцы того, из чего можно делать жаростойкие турбины (и то при освоении рецептов и технологий были описанные Найтовым изрядные проблемы). Послезнание главного героя обсуждаемого здесь цикла вряд ли достаточно, чтобы он мог объяснить производственникам, как сделать турбину для выхлопа: в реальной истории, насколько помню, у нас освоили соответствующие сплавы только во второй половине Великой Отечественной войны.

Кстати, патрон 23*152 на фирме Madsen разработали для зенитных орудий. Для них питание кассетами — норма: вспомните хотя бы популярнейшую во всём мире (в разных модификациях — например, на её основе сделана и наша 37-мм зенитка) 40-мм зенитку Bofors, питаемую обоймами по 5 патронов. Правда, Хайрэм Стивенс Айзэк-Уэстонович Максим ухитрился разрастить свой пулемёт с ленточным питанием до тех же 37 мм (насколько я понимаю, по европейскому счёту — по максимальному диаметру ствола — 1.5 дюйма = 38.1 мм), но лента у него из очень толстого брезента — тяжелей металлической, с изрядными проблемами по части перекоса (его исправлял расчёт орудия, что в авиапушке невозможно) и набухания от влажности. Поэтому Таубин и Бабурин сделали магазин из 9 обойм по 9 патронов: когда одна обойма пустеет, она тут же вываливается и на её место сдвигается следующая. Но такая конструкция слишком громоздка для размещения в крыле, да и в фюзеляж истребителя влезает лишь одна пушка.

Вовсе не считаю Сакриера шпионом — полагаю, что всё его взаимодействие с немцами было вполне официальным и куда выгодней нам, чем им. А то, что потом это взаимодействие переоценили не в его пользу — скорее следствие внутриведомственных интриг, чем реальное уточнение расклада.

Насчёт Сакриера я верю комбату Найтову: у него это добросовестный и довольно талантливый инженер, изрядно затравленный теми, чьей творче он не давал ходу.

В реале с Ваймарской (в немецкой литературной норме произношение именно такое) республикой мы охотно сотрудничали — и в политике, и в экономике, и в военном деле: положение изгоев делало СССР и Германию естественными союзниками. Так что Сакриер вполне мог общаться с немецкими разведчиками официально. Особенно учитывая, что немцы тогда на многих направлениях военной техники ушли далеко вперёд остального мира и поэтому нам давали куда больше своих изобретений, чем мы им — своих, так что Сакриер вряд ли больше помог абверу, чем абвер ему и через него вооружению наших ВВС.

Кстати, мы и со вполне фашистской Италией охотно сотрудничали. Например, калибр 100 мм (вместо популярных в имперские времена 4 дюймов = 101.6 мм) прижился у нас благодаря покупке лицензий на итальянские пушки конструктора Минизини. А лидер «Ташкент» (43.6 узла на ходовых испытаниях у нас — рекорд в данной весовой категории) — купленный в Италии сразу после того, как закончилось наше с нею противостояние в Испании, лёгкий крейсер класса Condottieri с заменой у нас итальянских пушек главного калибра на 3 наши башни с двумя нашими же пушками 130 мм (они тогда были куда лучше итальянского аналога) в каждой. Замечательный, кстати, корабль получился. Прочтите при случае воспоминания его единственного командира Ерошенко.

Отходами в данном случае бывали, если мне склероз не изменяет, остатки каменноугольной смолы, тяжёлые фракции после перегонки нефти… Из легкодоступной горючей жидкой дряни не использовали разве что пригорелое растительное масло из фритюра (что нынче модно).

Да, для пушек с боекомплектом хватит места по бокам от пилота: двигатель воздушного охлаждения по диаметру куда больше пилотского кресла. Длины обтекателя может не хватить для размещения пушек перед мотором (да и боекомплект окажется заметно впереди центра масс, что создаст изрядные проблемы задней центровки при посадке после боя, когда патроны почти израсходованы). А вот баки вокруг кабины при попадании снаряда (или даже крупнокалиберной пули) могут обдать пилота брызгами горящего бензина, что вряд ли поспособствует любви к такой машине.

Даже сырая нефть дороже отходов.

Да, комбат Найтов генерирует в основном разумные с моей точки зрения варианты. В частности, приведенный Вами И-16М мне представляется вполне работоспособным в случае размещения баков за кабиной (и установки пушек в фюзеляже так, чтобы стволы проходили между цилиндрами мотора и выходили по бокам от кока: тогда боезапас можно разместить тоже примерно на том же расстоянии от носа, что и баки).

Потому и придумали у Нудельмана патрон 23*115. Отдача же у ВЯ неизбежно больше, чем у МП-3: длинный ход ствола размазывает отдачу на изрядное время, при коротком ходе она куда резче, а уж при неподвижном стволе с газоотводом (как у ВЯ) и подавно предельно резкая. Правда, для ВЯ разработали крепление через амортизаторы, но и так усилие отдачи превосходит ресурс прочности лёгкой конструкции тогдашнего истребителя.

Петляков и Мясищев (и ещё несколько крупных конструкторов вроде Архангельского) много лет были начальниками бригад КБ Туполева, ведущими конструкторами многих его разработок (так, Пе-8 изначально назывался АНТ-42 — 42-я разработка под руководством Андрея Николаевича Туполева). В отдельные КБ их выделили, когда все они (с подачи самого же Туполева) оказались в Специальном Техническом Отделе (СТО) — КБ тюремного типа на верхнем этаже главного корпуса ЦАГИ — под обещание: доводишь свою разработку до испытаний — все к ней причастные расконвоируются для участия в испытаниях.

Насколько наслышан, экономичность достигалась разве что при возможности пользоваться в качестве топлива всякими отходами — вплоть до тех фракций каменноугольной смолы, каким пока не нашли лучшего применения. Но по мере развития хотя бы простейшей химии отходов, пригодных для калильных двигателей, становилось всё меньше. А на топливах, востребованных и другими потребителями, Форд был в расчёте на единицу мощности вроде выгодней Запорожца.