Заходилa
О, спасибо за свежую информацию :) Я не знала, как там сейчас дела обстоят. У нас-то тут вообще запрещено, у нас даже маки извели, в том числе декоративные (а очень жаль).
Здорово! Мои поздравления! Удачной озвучки!!! 
А вот интересно, в Голландии за медицинская конопля легализована? Может, там и пеньку делать начнут?
Угу. Из неё и пеньку бедь делать можно. Им лишь бы запрещать.
Что ж, будем изучать :)
Да, вот поо это я как раз слышала. И меняэто очень печалит.
Допматеоиплы и иллюстрации! Это всегда обогащает! 
Мне нравится, когда так выходит. Оно композиционно часто модет неидеально выйти в таком случае, но так рождаются самые живые и достоверные сцены, ситуации и прочие мелочи, которые дают ощущение объёмного мира.
Это классно.
Очень здорово придумано. Нам надо разводить больше слонов для нашей экологичной бумажной промышленности 
Замечательная история Очень интересно! Я раньше и не слышала про такую бумагу.
Ппрсонажи своевольничали?
В результате вышло то, что задумывалось?
Вполне получилось
Мир такой коасочный... Мне особенно шишечки понравились.
О, будет продолжение цикла! Здорово!
Я не буду показывать пальцем, кто сегодня эмоциональные и надрывные отрывки начал. (Но это была не я).
Очень романтично у них завязывается. 
Уважаю такую мотивацию.
Да, я заметила И это очень хорошо!
PS: А тут Ледяной тот же, что в "Проклятьи Ледяного"?
Просто не ждал такого от ИИ))) От человека было бы нормально.
Ба! Как говаривал его предшественник:
Я чёрт и ничто человеческое мне не чуждо.
Я когда-то встречала определение феминистической литературе в виде: "Если в произведении присутствует сцена, в которой две женщины ведут диалог, и они разговаривают не о мужчине, то произведение феминистическое". Так вот в этом смысле ваша "Полуночная гостья" просто гимн феминизму: несмотря на наличие героя-протагониста, характерного поэта-демиурга, ведёт он тут себя довольно пассивно, а на первом плане барышни, да какие! Одна другой привлекательнее. И столько сестринский уз! И дружеских. И вообще красиво.
Какая очаровательная у вас сцена вышла! 
Милая и тёплая (и что-то подсказывает мне, что герой не женат ).
Жуть какая у вас творится! Девочек обижают... кого-то мама не так воспитывала.
Поискала у себя что-то рифмующееся... но у меня как-то обижают в основном мальчиков. Хотя... всякое бывает.
Болли едва поспевал за хозяином. Как вихрь, как ураган мчался Эрик за неверным видением, мелькающим в тумане.
– Сигрид! – он выталкивал крик через саднящее горло. – Сигрид! – хрипел, сплёвывая кровь. – Сигрид… – бессильно шептал потрескавшимися губами.
Туман исчез. Как не бывало. А Эрик стоял у подножья высоченного дуба. Старого, морщинистого, в три обхвата. Обессиленный, потерянный…
К стволу дерева небрежно прислонилась женщина. Стройное тело, красивое лицо, вот только уши… заострённые, без мочек. И рога на голове. Один рог. Второй обломан почти у основания.
– Место узнаёшь? Священное дерево Кромма.
Болли зарычал.
– Ты… – только и смог прохрипеть Эрик, все силы которого сейчас уходили на то, чтобы удержаться на ногах. Сладкий запах клевера кружил голову, туманил взгляд. – Это всё ты…
– Это всё Бард, – Альва рассмеялась. Точь-в-точь, как тогда, над трупами викингов. – Великий Лжец послал тебя на смерть, рыжий. И поделом.
– Зато я… – Эрик слегка покачнулся, но рука опёрлась о высокую холку пса, и викинг встал ровнее. – Зато я вернул обратно туман… королевы Мэб.
Альва сделала два танцующих шага вперёд. Трава под её ступнями не пригибалась. Болли угрожающе оскалился. Она на собаку даже не взглянула – разглядывала Эрика.
– Это марево Кенн Круаха, Скрытого Туманом. Тот, кто тебя сюда отправил, был его жрецом, Великим Бардом.
Викинг заскрипел зубами. Ублюдочный карлик! Чувствовал, что с ним что-то нечисто. Интересно, Альвгейр знал?
– Всё равно, – язык заплетался, Эрик попытался боднуть подошедшую совсем близко альву. – Он поклялся, что Сигрид… не умрёт. Если я всё сделаю правильно.
Волшебное существо так запрокинуло голову, что уцелевшим рогом кольнуло себя между лопаток. И расхохоталось. Звучало жутко. Даже Болли растерял свой пыл и скалиться перестал: напряжённо замер.
– Великий Бард обещал своему богу, что королева Мэб склонится перед ним. И она склонилась, да. Над тем, что от Круаха, известного людям, как Кромм Дуб, осталось. После того, как его убил собственный жрец.
Альва достала нож, и Эрик болезненно зажмурился – так ярко тот засверкал. Однорогая пристально вглядывалась в лицо, заросшее рыжей бородой.
***
Есть два дня в году, когда королеву Мэб лучше не беспокоить. Два дня, когда граница вокруг Волшебных Холмов истончается настолько, что сиды вспоминают о соседях. Люди по ту сторону границы тоже вспоминают о сидах, а потому от холмов стараются держаться подальше, и увидеть короткоживущих – большая удача.
В тот Самайн Геро повезло.
Солнце начинало клониться к закату, а ветер принёс запах дыма. И звон металла. И крики. Геро напряжённо поводила чуткими ушами, нервно вышагивая вдоль границы. Глупо надеяться, что кто-нибудь из людей придёт сюда и расскажет, что происходит там, за стеной леса. Глупо… она и не надеялась, просто ждала и прислушивалась.
Шаги были лёгкими и бесшумными, как у альва. Ни одна ветка не хрустнула под ногой. Но было в этом беге то, чего не бывает у волшебного народца – страх смерти. Панический ужас.
Девушка с волосами цвета расплавленной меди на поляну перед дубом просто выпала. Выкатилась из леса, будто мячик, которым играют, бывает, юные альвы. Два резких поворота головы взметнули это медно-огненное покрывало, разбросали по плечам, а Геро уже прянула под сень листвы, рассыпалась багровыми сполохами разгорающегося заката… или догорающего пожара? Не заметив никого, девушка упала на колени и начала торопливо чертить руны. Геро заглянула ей через плечо и удивлённо приподняла брови: руны были правильные. Для этого времени. Для этого места. Вот только Великого Барда в Ирландии больше нет. Давно уже нет. С тех пор, как он привёл сюда чужих жрецов и пришлого бога, тех, что убили Кенн Круаха, тех, из-за которых Скрытый Туманом стал Наклонившимся с Холма. Нет больше друидов. Нет и филидов, хоть кое-кто ещё так себя и называет. А барды стали жалкими шавками, которым кидают кости с королевского стола. Король, под которым никогда не вскрикивал камень Фаль, перед колесницей которого никогда не расступались камни, и который в глаза никогда не видел душу Ирландии.
Аластриона лихорадочно царапала сухую, крошащуюся землю. Дуб был так огромен, его крона так густа, что сюда почти никогда не проникали свет и дождь, трава едва пробивалась. Полуоглохшая от стука собственного сердца, девушка не слышала, как пробирались по лесу трое викингов. Но не сомневалась, что скоро они будут здесь. У одного, рыжего, как она сама, был огроменный пёс, который наверняка без труда взял след. Правда, Блейн, кажется, выдавил собаке глаз… Аластриона всхлипнула, вспоминая, как хрустнула шея симпатичного парня, на которого заглядывались все окрестные девчонки.
– Вот ты где!
Девушка вскочила. Она знала этот язык. Последние капли старой королевской крови утрачивали земли и власть, но как величайшие богатства сохраняли в семье крупицы знаний. Слова.
– Хочешь обязательно сделать это под омелой? – рыжий доброжелательно усмехнулся и расстегнул пояс. – Не бойся, от одного не понесёшь, так от другого получится. Или от третьего…
Будь тут седовласый Ауд, он бы неодобрительно нахмурился: омела священна. Сошедшиеся под ней должны опустить оружие. Но Ауда здесь не было – он дрался где-то рядом с драккаром, не хочет воду из виду упускать, старый пёс. Эрик пожал плечами, будто спорил с приёмным отцом. Оружие… почему бы теперь и не сложить? На девку совсем другое орудие нужно.
Аластриона не хотела слушать. И не хотела смотреть. Все её мысли сейчас должен был занимать Кромм. Кромм Дуб, убитый бог. Но краем глаза она всё-таки видела пса. И его окровавленную глазницу.
Ирландка улыбнулась.
– Услышьте меня, – твёрдо, насколько могла, сказала Аластриона. – Сегодня, в Самайн, пусть Дикая Охота гонит это зверьё до самых холмов!
– Держи её! – ещё успел крикнуть Олав, но Эрик запутался в штанах, а в руке бешеной девчонки сверкнул золотой серп. С каким удовольствием она отсекла бы яйца этому рыжему чужаку! Но вместо этого полоснула по горлу. Себя.
Геро не верила своим глазам. Алым, как ягоды омелы, окропило ствол дуба.
Сиды не пьют кровь. Теперь, после ухода Кенн Круаха, не пьют. Но…
– Вот с-сука! – Эрик растерянно попытался оттереть капли с рукава. Как будто вся его одежда не была заляпана в крови родичей этой девчонки.
Долгий поход близился к концу. Многие месяцы опасностей, сражений и лишений. И море – на драккаре, полном мужчин. Потому что женщины больше трёх-четырёх суток не проживали. И их снова очень сильно не хватало.
– Гляди, ещё одна! – Бьорн зачарованно глядел куда-то вбок. О да, там было на что посмотреть.
Высокая, стройная, сияющая гневом, Геро шагала вперёд. И ей плевать было на грань, на холмы и на Самайн. Она рванула ветку омелы, и та вытянулась, закрутилась, подобно лозе дикого хмеля. Это не люди, это скот, который Геро будет бичевать, пока не загонит в море, солёные, очищающие воды смоют грязь и кровь, вернутся белой пеной, а северные варвары станут кормом для рыб.
– Альва, – тихо сказал Олав, но никто его не услышал. Эрик с удивлением рассматривал высокие, заострённые уши, изогнутые, изящной формы рога. «Интересно, а мех у неё там есть? Это как козу трахать? Йотун меня раздери!»
– Йотун меня раздери, – зашептал Олав, – надо живьём брать. Альвгейру подаришь.
– Альвгейру? – Альва щёлкнула верёвкой-омелой и сорвала плащ с Бьорна. Тот взвыл.
– Он диковинки любит. – Болли прыгнул и тут же покатился по траве, обиженно поскуливая, как щенок. А в следующий миг, как ни крепко сжимал Олав меч, его вырвало из руки. Запястье полыхнуло болью.
– Тише, отродье! – прошипел он, усмехаясь своему отражению в тёмно-синих глазах Геро. Меч Эрика даже не касался её кожи, а на шее уже появился ожог. – Железа не любишь? Терпи!
Три меча, окованые щиты… Геро передвигалась, как во сне. Всё вокруг пульсировало и переливалось разными оттенками боли. Она почти не соображала, куда её ведут, пока рывок не заставил упасть на колени. Страдание стало настолько пронзительным, что отрезвляло.
Они стояли кружком. Крупные бородатые мужчины глазели на неё, как на диковинное животное. Да она таким для них и была.
– Слышь, – хмыкнул кто-то, – а, это… шерсть у неё там есть?
Геро не стала дожидаться, будут ли они проверять. Лиса, попавшая в силок, отгрызает себе лапу. Альва в одно движение выломала обмотанный железной цепью рог.
Как она бежала! Никогда до и никогда после Геро не бегала так! Куда там оленям! Ветви родного леса не успевали раздвигаться, сами того не желая, хлестали по лицу. Однорогая альва рухнула от изнеможения уже внутри грота, у самой кромки воды, начисто забыв о том, что в Самайн не следует беспокоить королеву Мэб. Геро подняла голову, и злорадное предвкушение стало для неё живительным нектаром: Дикая Охота Кенн Круаха показалась бы сворой щенят по сравнению с душой Ирландии.
– Надо… …ать… отсюда! – седовласый Ауд с переменным успехом пытался перекричать бешеный порывистый ветер.
– В бурю? – прорычал Эрик. – В ночь?
– Здесь нам точно конец! – поддержал наставника Олав. Он кое-что слышал о сидах Волшебных Холмов. Сказки, конечно. Но если в самом деле существуют рогатые бабы, кто поручится, сколько в тех сказках правды. – Сегодня Самайн!
Захваченную на этом берегу добычу даже не успели толком погрузить. Но странное дело: драккар рыжего викинга ещё не потерял из виду землю, как небо расчистилось. Буря развеялась сама собой. Ветер стих. Волны ласково льнули к деревянным чешуйкам. Только последние багровые сполохи заката напоминали о пролитой сегодня крови.
– Может, вернёмся? – неуверенно предложил Бьорн. – Прочешем лес, найдём ту однорогую…
Эрик, уязвлённый позорным паническим бегством, чуть было не согласился. Но бросил взгляд назад и передумал. Остров заволокло непроглядным туманом. Дико, непостижимо.
– Веди нас домой, вождь, – твёрдо сказал Ауд. – И да хранят нас боги.
***
– Я вырежу тебе глаз, – обыденно сообщила однорогая. – А потом повешу на дуб вниз головой. У вас, я знаю, больше ценят ясень с целью поумнеть, но тебе дуб лучше подойдёт.
Эрик попытался сбить альву с ног. Вместо этого упал сам. Проклятый туман, сквозь который он продирался столько часов, иссушил, вытянул силы, сковал разум.
– Через пару дней, – продолжала Геро, – я отсеку тебе то, чем ты думал, когда погнался за девчонкой.
Викинг не собирался сдаваться без боя. Он мало на что уже был способен, и просто ухватил альву за лодыжку. Получил чувствительный пинок по рёбрам.
– А потом, – однорогая наклонилась к самому его уху и прошептала почти нежно: – я вырежу тебе сердце, чтобы когда-нибудь затолкать его в глотку Барду. Может, хоть это заставит паршивца заткнуться навсегда.
Жалобно заскулил Болли. Он полз, прижавшись к земле, стараясь подобраться поближе к хозяину, на альву же больше и не думал нападать. В его лобастой голове просто не осталось места для такой мысли.
– Хороший у тебя пёс, – задумчиво сообщила Геро, небрежно провернула в пальцах сверкающий клинок. – Преданный. Жаль, ты на него мало похож… но это мы подправим.
Нож вонзился викингу в правый глаз. Эрик заорал и почти тотчас же погрузился в блаженное небытие.
Из "Песни для тумана".
Круто!
Тонко
Не стоит близко к сердцу воспринимать критические оценки продвинутого Т9. Просто потому, что у него по умолчанию нет органов, ответственных за критическую оценку, а есть лишь имитация.
А вот вывод:
Просто человек в очередной раз понял - чтобы сделать хорошо, надо много работать, а не "а! понял! ща сбацаем!"
очень хороший.
Видите ли,
"а! понял! ща сбацаем!" )))
это как раз схема, по которой действует сам ИИ. То есть он берёт какие-то исходники, на которых тренировали эту конкретную модель, и пытается
сделать так же. Что-то свое, но так же.
В принципе, человеческое обучение, как вы сами признали, приходит примерно сходным образом.
Но ИИ кое-чего не понимает (как не понимают и многие вполне живые люди, которые так же, как ваш виртуальный собеседник, пытаются приписать ИИ авторство на основании каких-то характерных фраз или приёмов, уже просто психоз какой-то в литературной среде, везде мерещится).
Использовать определённый так или иначе признанный эталонным набор фраз или структуру текста, грамматику с одинаковым успехом могут как человек, так и машина. И с одинаковым неуспехом тоже.
Вот чего ИИшечка не может, так это выдать полноценную рефлексию. Ибо ей нечем рефлексировать. Если ваш текст, написанный "в стиле Хэма", содержит ваше, персонально ваше отношение к прожитой проблеме, если вы взрастили его, поливая собственными потом, слезами и кровью (не в плане "вкалывали над редактурой", а в плане "прожили описываемые эмоции на своей шкуре в реальной жизни и теперь описываете", вот это сложно сымитировать.
Однако, надо признать, что и человек вполне может писать, просто компиллируя события, персонажей и отношения между ними из любимых книг и/или фильмов. Тогдда между ним и ИИшечкой по сути-то и нет никакой разницы. Так что да, метод не универсальный.
Всегда пожалуйста
Не за что. Я ещё забыла замечательных "Вампиров средней полосы" и "Гостей из прошлого" (тоже со Стояновым).
"Muzzy in Gondolend"
"Утиные Истории"
"Пингвины из Мадагаскара"
"Смешарики"
"Маша и Медведь"
"Семейка Аддамс" (ч/б)
"Гравити Фолз"
"Светлячок"
"Орвилл"
"Лейтенант Коломбо"
"Пуаро"
"Доктор Хаус"
"Теория Большого Взрыва"
"Юный Шелдон"
"Дживс и Вустер"
"Медленные лошади"
"Person of interest"
"West World"
"Призраки" (Британские)
"What we do in the shadows"
"Менталист"
Извините, некоторые не помню, как перевели в русской трансляции.
Это Скайнет куражится.
Практика мерило теории.
Если написать такое в романе, раскритикуют за гиперболу в стиле одноногой собачки. А в реальности - пожалуйста! И ходить не надо далеко.
Потому что скорая сказала, что детей они не возят
Вот в этом месте у меня цензурные слова кончились.
Со мной-то всё в порядке будет - мне повезло, что хирург опытный попался (ну и у него была возможность лазером резать вместо скальпеля). Но я бы очень хотела хотя бы часть своей удачи передать вам.
Буду держать за вас пальцы. И не только я. Если ноосфера существует, хотя бы попытаемся её всколыхнуть слаженной силой мысли.
Я сейчас лежу в больнице (мне в этом отношении повезло гораздо больше вашего, меня и прооперировали сравнительно недорого, и менее травматично, чем я опасалась), и давеча дочитала "Мы" Замятина (я теперь читаю антиутопии ради развлечения - любопытно сравнивать представления людей о самом страшном с лентой новостей).
Так вот Замятин талантливый писатель, но он даже близко не смог вызывать у меня такое чувство опустошения и бессилия, как вы своим коротким постом. Очень больно видеть, как страдает хороший человек, и даже приблизительно не видеть выхода, как можешь помочь.
То, что вы пишете - просто ужасно. Когда мы со старшей дочерью попали в больницу в первый раз, она так плакала, мол, почему это с ней случилось? Ведь она хорошо кушала полезные продукты, занималась спортом и много гуляла на свежем воздухе. ПОЧЕМУ же она заболела? И как тогда я не смогла ей объяснить, почему мир так фигово устроен, так и сама не могу понять до сих пор: ты можешь всё делать правильно, а всё равно судьба включает тебе режим прохождения "найтмар".
Мне, как и многим-многим другим, кто любит ваши книги, очень хочется вам как-то помочь. В том числе материально. Может, есть способ как-то это сделать?
Что ж, спасибо, что поделились. 
Автору всегда, разумеется, виднее, как оно задумано и должно звучать
При этом вообразив себя родовитым, богатым и с кучей невесть откуда появившихся знаний и умений. А не так, как это случилось бы в реале, провались он в надцатый век)
Конечно Если уж играть в эскапизм, то на полную катушку, зачем себе в чём-то отказывать?
20++... это все-таки хороший возраст.
Это просто отличный возраст. И если он не омрачён тяжёлыми болезнями, то просто обязан вспоминаться как счастливый. Независимо от.
То-то и оно.
Но настаивать к чему? Нет так нет :)
И вот это правильный подход , ибо агрессивный маркетинг произведения в моём случае - медвежья услуга его автору.
Я не то чтобы совсем плохо относилась к коммивояжёрам (то есть я считаю, что убийцы, насильники и прочие педофилы заслуживают всё-таки более жарких мест в аду), но в общем и целом мне достаточно неприятно, когда мне настоятельно что-то рекомендуют, при том, что я вовсе не запрашивала консультацию по этому вопросу. Даже если я где-то упоминала, что мне нравятся кастрюли с утолщённым дном, это вовсе не значит, что я жду на пороге молодого человека с комплектом "Цептера". С высокой степенью вероятности это означает, что у меня уже есть кастрюли с толстым дном, которые я купила в удобное время уместным для меня способом.
Иными словами, я бы с удовольствием и интересом прочитала Ваш отзыв на "Станцию Эмин-Майл", в которой вы в подробностях рассказали, почему она произвела на вас глубокое впечатление и какие струны души задела, ибо я очень люблю слушать людей, которые рассказывают о том, что им нравится (независимо от моего личного отношения к теме беседы. Собственно, я потому и с толкиенистами довольно долго вполне приятно общалась). Но, если бы вам вдруг пришло в голову заниматься этим именно в комментариях к рецензии на "Рекламщика в ссылке для нечисти", просто из вежливости хорошо было бы сначала сказать пару слов либо о романе, либо, на худой конец, о самой рецензии.
А в той форме, как вы преподнесли, то бишь в форме настоятельной рекомендации прямо с порога, минуя элементарное "Здрасте!", при том, что я нигде не упоминала, что страдаю от невозможности найти себе книжку по вкусу, а как раз таки наоборот, буквально здесь распиналась о том, что мне нравится, ваше альтруистическое стремление найти любимому писателю нового читателя обращается в свою противоположность: ведь если я теперь пойду изучать эту повесть, я буду заранее предубеждена против вас с автором, и внимание моё будет автоматически сосредотачиваться на её недостатках, а не на достоинствах. Не то чтобы я не могла нивелировать этот эффект усилием воли, но этот фокус требует некоторых ментальных энергозатрат, а ради чего мне их предпринимать, если я при прочих равных могу взять другое произведение без подобных негативных ассоциаций?
Спасибо за понимание
Собственно, потому у меня и статус на АТ: "Хочешь отдачу - запишись в секцию стрельбы".
С ним так ещё не говорила
Тогда понятно, почему так шокирован.
Мне когда-то сделали комплимент на тему: "Я за вами наблюдала и отметила, что вы не пытаетесь намеренно унизить или задеть собеседника, даже того, котосый с вами конфликтует. И отметила про себя как положительное качество. Потому что если человек обижает кого-то другого, но не трогает меня, это только пока".
Перепрошил автор!
У меня такое редко получается, но если уж выходит, очень лестно
если не вернуться, то не приятнее ли думать, что раньше, наоборот, было хуже?
Лично мне было бы приятнее, да. Но тут такая беда, что то и дело испытываешь непередаваемые чувства, когда, скажем, читаешь Стату ВКЛ и связанные с ним судебные тяжбы Сапегов и Раскевичами и остро понимаешь, что в 16 веке на землях твоего теперешнего проживания демократии было больше. И сразу ищещь каких-нибудь минусов из той эпохи, чтоб не грустить.
Но кто-то предпоситает эскапизм. И вместо того, чтоб искать дополнительные отличия эпох (на этот раз в свою пользу), лучше напишет роман о попаданце в.
"Лучше" в этом случае прежде всего то, что вспоминающий был молод.
Ага. "Поел, попил, поиграл, на горшок сходил. Да я отлично жил при Союзе!!!"
"на основе реальных фактов" можно соорудить хоть рай, хоть ад, главное - правильно эти факты подобрать и акценты расставить. Такая хитрая вещь...
Совершенно согласна. Как справедливо заметил ещё Гамлет: сами по себе вещи не бывают ни хорошими, ни дурными, лишь в нашей оценке.
А оценку мы вольны подкрутить, как считаем нужным.
Рада за неё Правда, автор охарактеризовал этот опус как "я привел в порядок все свои стёбы по Толкиену". А кто я такая, чтобы спорить с автором?
Спасибо за подробный фидбек (каждый такой я бережно храню в своём ️).
Написалa комментарий к посту Бумага из слоновьего навоза - сбылась мечта, я купил...
Да и из кондитерского мака опиаты выделить не очень получается... Но если уж запрещать, так всё подряд.